- Пора чего? - не поняла Эвинна. А может быть, как раз поняла - только не могла поверить, что битву у Кровавых топей еще можно переиграть. Одно Эвинна знала точно: по своей воле она никогда не станет на сторону алков и Амори. Значит, с этим Тородом ей нечего делить.
- Того самого. Пора мести, - отозвался Тород, и в глазах сверкнула затаенная ярость. - А сейчас не отпраздновать ли нам встречу? Недавно мы ограбили алкского купца, взяли девять бочек алкского красного. Теперь-то осталось только пять, но тебе хватит. Если ты дерешься не хуже мужчины, и пить должна так же.
Никогда прежде Эвинна не брала в рот хмельного. На севере никому и в голову не пришло бы переводить местное пиво на малолетнюю рабыню, а в храмовой школе порядки были строги для всех. Эвинна опасалась, что потеряет над собой контроль, а когда рядом будет столько холостых мужчин... Нужно было срочно изобрести предлог, чтобы и не обидеть Торода, и не оказаться на пьянке в логове разбойников.
- Мне надо спешить, - произнесла Эвинна. - Я обещала жителям одной из деревень, которую тиранят алки, что обо всем донесу Императору.
- Ну, попробуй, - сказал разбойник. - Может, и повезет. И еще замолви словечко за нас: видит Справедливый, не мы первыми подняли оружие!
Эвинна кивнула предводителю - и зашагала дальше. Приставив ладонь козырьком ко лбу, Тород долго смотрел ей вослед. И никто из разбойников не разобрал его чуть слышного шепота:
- Наивная девочка. Что-то она встретит в Эшпере... - Тород тут же тряхнул головой и громче произнес: - Рано или поздно мы будем драться вместе. Были бы сколенские мужчины как эта девчонка!
Глава 12.
Пляска смерти
...И как бы в подтверждение своих мыслей, увидел он жителей города. Страшно отощавшие, похожие на живые скелеты, обтянутые кожей, с глубоко запавшими глазами, в которых горели ужас и безумие, они рылись в развалинах, надеясь выудить хоть что-то съедобное из руин, будь то дохлая крыса или ремень, который можно выварить и съесть. А некоторые, видимо, уже умирающие, просто сидели на потрескавшейся, смерзшейся ледяными комьями земле и покорно ждали конца. Из ноздрей у них вырывался легкий парок, поднимавшийся к небу, словно затянутому дымом исполинского пожара, и с этим парком, казалось, уходила из них жизнь... А еще живые лежали, прислонившись к оледеневшим покойникам, но было им уже все равно...
Первое сказание о Баргальде. VIII, 2, 33 - 35.
- А тут красиво, - улыбнулся Альдин, вертя головой из стороны в сторону. Еще недавно так же вертел бы головой и Моррест - но в двадцать пять удивление проходит быстрее, чем в шестнадцать. Другое дело, в восемьдесят с лишним оно вообще не появляется - есть исключения, но они лишь подтверждают правило.
- Ну, не знаю, - произнес Моррест. Ему вся эта "красота" больше напоминала трущобы в какой-нибудь стране третьего мира. Таковыми, впрочем, по меркам Земли могут считаться все здешние "империи" и "королевства". Это тут они - сверхдержавы... Блин, ну какая сверхдержава из страны без телика и Интернета?
Алкриф или Валлермайер, пожалуй, только выиграли от катастрофы - теплые ветры с моря не дали свершиться самым большим ужасам. Конечно, и здесь в страшную полуторогодовую ночь люди умирали от голода и холода, болезней и расплодившихся бандитов. Но тут катастрофа выкосила лишь самых нищих, кому жизнь итак была не в радость. Остальные стали зажиточнее, ведь теперь рабочих рук едва хватало, и держать работников на голодном пайке не получалось. Пройдет лет пятьдесят, алки расплодятся и снова будут ввергнуты в нищету, но пока что они жили лучше, чем даже при Империи. И, естественно, приписывали это заступничеству своего бога да мудрости короля Амори.
Но Самуру не повезло. Нет, конечно, его не сравняло с землей землетрясение, обошли стороной орды "людей в шкурах", тут не бушевал мор, а запасы зерна в амбарах были куда больше, чем в большинстве городов Сколена. Но и простая паника, массовое помешательство людей перед лицом неизвестного, оказалась разрушительной - в родном мире самозваного Морреста кто-то назвал людскую глупость оружием массового поражения, и он был прав. Кто-то бежал из города - умные в Валлермайер и Алкриф, глупые в Старый Энгольд. Кто-то решил, что настали Последние времена, а значит, можно все. Разум отказывается представить вакханалию, царившую под пологом пятисотсуточной ночи. И в то же время городок не изведал самого страшного: довольно быстро появилась сильная власть, военные взяли под охрану амбар с продовольствием, подновили стены, перевешали опьяненных кровью отморозков. В итоге до появления солнца дожила не одна десятая, а едва ли не половина прежних жителей. Тут не осталось ни брошенных руин, ни скелетов в развалинах, ни страшных курганов над братскими могилами, которыми "украсились" города Верхнего Сколена.
За неширокой речкой Сано начинались живые кварталы. На тот берег вел добротный каменный мост - по местным меркам совсем новый, строили еще при Арангуре Третьем, тогда Самур стоял на важной дороге через Ведьмин лес, кратчайшем пути в Нижний Сколен. Теперь, конечно, старинный путь оборвался, Самур стал захолустьем, доживающим свой век.
- Конечно, красота, - встряла в разговор Олтана. - Кроме того, я слышала, тут уже живут сколенцы.
- В Алкрифе, помнится, они тоже были, - скептически заметил Моррест. - Ты и сама такая.
- Нет, тут есть старые сколенцы, поселившиеся чуть ли не во времена Эгинара. Ближе к столице их вырезали или изгнали, а сюда просто руки не дошли. Наверняка они нам помогут.
- Чем же?
- Хотя бы поделятся новостями. Они живут на краю Ведьмина леса и должны знать, что там творится сейчас.
- А кто мы такие, чтобы нам все рассказали? - задал резонный вопрос Ятос. - Два картира, два алка, сколенка-рабыня и не пойми кто.
- Я не алк, я... - буркнул Моррест.
- Неважно, они не любят алков, а остальным не видят причин доверять. Помогли бы только своим.
- И все-таки стоит зайти, - авторитетно заявил Хегер. - А насчет знакомых... Знаете, у меня там есть... близкие люди.
- Они нас примут?
- В любое время дня и ночи.
- Тогда пошли, - решился Альдин. - Хоть поспим под крышей...
Хегер вел путников узкими, пыльными улочками. Тут и правда то и дело слышалась необычная для нынешней Алкии сколенская речь. Наверное, лет тридцать назад не меньше их было и в Алкрифе - все-таки столица имперской провинции. "Неужели их всех..." Похоже, и в этом замечательном мире есть свои Гитлеры и Дудаевы. Может быть, есть тут место и своим Бен-Ладенам, невзирая на всю местную магию и красоты природы. По крайней мере, самим людям тут местечко нашлось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
