Тут Риана заметила, что его меч, который должен был перерезать ей горло, воткнулся в дерево. Словно он не рассчитал расстояние и вместе с её горлом попытался перерубить весь ствол. Однако клинок ожидаемо застрял в древесине, так и не добравшись до её шеи. И довольная ухмылка на его лице говорила о том, что это вовсе не ошибка.
— Я победил! — сказал Аккес, продолжая улыбаться. Внутри него была настоящая буря. Сердце бешено билось, переполняя его энергией и ликованием. Он смог сделать то, что никому никогда не удавалось. Он смог превзойти жрицу в её мастерстве. Он смог одолеть жрицу-воительницу.
И теперь она стоит перед ним… побеждённая.
Риана уже справилась с растерянностью и даже успела смириться, понимая, что ничего уже не изменить.
— Теперь тебе осталось только убить меня, — сказала она, спокойно глядя в глаза своему убийце. Странная апатия напала на неё.
Веселье тут же пропало с его лица. Теперь Аккес выглядел озадаченным, и даже отступил на шаг.
— Да… осталось убить тебя, — сказал мужчина, так же спокойно глянув на девушку, которую буквально пригвоздил к дереву. Странно, но у него совсем вылетело из головы, что их поединок должен длиться до смерти одного из них. Более того, он уже не хотел, чтобы жрица умерла.
Осознание этого поразило его.
Она всегда его раздражала. Ворвавшись в его мир, эта женщина всё перевернула с ног на голову. Даже если забыть о том, что из-за неё он опять в битвах терял над собой контроль, само её существование выводило его из себя. А началось всё из-за того, что жрица посмела заявить миру, будто она самая сильная и никто не вправе соперничать с ней. Она задела его гордость, и он не смог это стерпеть. С самого начала генерал Дракона хотел уничтожить её, дабы доказать, что никто и никогда не сможет стать сильнее его. Никто и никогда его не одолеет. Никому и никогда он больше не проиграет…
Отступив ещё на шаг, Аккес посмотрел на неё так, словно впервые по-настоящему увидел.
Он так сильно хотел её победить, одолеть, превзойти, что если её не станет… всё закончится. Ему не к чему будет больше стремиться.
Ему слишком нравилось стараться убить её, чтобы действительно убивать.
— Ты на самом деле хочешь умереть? — протяжно спросил он, глядя на неё.
Риана, всё ещё пребывая в неком ступоре, смотрела на него в ответ.
— Я пришла сюда с мыслью, что умру либо я, либо не умрёт никто.
Аккес слегка сощурился, как будто почувствовал что-то неладное.
— То есть ты не собиралась убивать меня? — сердито спросил он, резко приближаясь к ней с угрожающим выражением на лице. И девушка неожиданно отшатнулась в сторону, нырнув под торчащий из ствола меч и делая ещё шаг назад. Что выглядело совсем нелепо, так как реальной опасности стоящий перед ней мужчина сейчас не представлял. Даже оставшийся в его руке меч висел остриём в землю.
Забыв обо всём, Аккес удивлённо на неё посмотрел.
— Я ещё не начал тебя убивать, чего испугалась?
— Я… — неловко посмотрела на него Риана, и вдруг краска залила её щёки, нос и даже шею. — Я не смерти… в смысле, это инстинктивно… просто вспомнила.
Она отвела взгляд, пряча глаза, и это ещё больше заинтересовало Аккеса. Что с ней не так?
— И чего же ты вспомнила, что тебя так напугало?
— Я вспомнила, как там, на дороге… — девушка робко подняла глаза и посмотрела на него. — Ты тоже резко приблизился тогда…
Аккес несколько секунд удивлённо смотрел на неё, а потом вдруг рассмеялся. Подняв руку, он откинул растрепавшиеся волосы назад и посмотрел на неё, искрившимся от веселья, взглядом.
— Ты подумала, что я тебя поцелую? — спросил он серьёзным голосом.
— В прошлый раз ты так и сделал, — нахмурилась жрица, подозрительно уставившись на него в ответ. — Я так и не поняла, зачем.
— Не поняла? — всё ещё едва сдерживая смех, переспросил Аккес. — А ведь это должно было тебя разозлить.
— Все так говорят. Но с какой стати? — удивилась Риана. — Я ведь понятия не имела, что всё это такое и что значит? К тому же, всё произошло так быстро…
— То есть, ты ничего не почувствовала? Ни злости, ни смущения?
— А должна была?
— Обычно люди смущаются, если их целуют на глазах у всех.
Риана вдруг замолчала, а потом вздохнула, опустив плечи.
— Теперь понятно, почему Лекамир так остолбенел…
— Шлемоголовый? С чего вдруг?
— Ну, так я поцеловала его после этого… — тихо проговорила жрица, — чтобы понять… А он покраснел.
Аккес уже не мог сдержаться и засмеялся в голос. Он даже пожалел, что тогда от злости сразу ускакал и не мог видеть всё это своими глазами.
— Да… — вздохнула жрица, опуская голову. — Все смеются. Но ведь ничего особенного-то не произошло.
Вдруг смех прекратился, а Аккес внимательно посмотрел на девушку перед собой.
— Тогда почему ты так отшатнулась?
От неожиданного вопроса и этого взгляда у Рианы по телу побежали мурашки. Ей захотелось отступить ещё на шаг. Насколько всё было проще, когда он пытался на неё напасть…
— Я… — попыталась она что-то сказать, но сама не знала, как ответить на этот вопрос.
Аккес же, закинув свой меч на плечо, и сделал несколько шагов к ней. Внимательно глядя ей в глаза, он продолжал серьёзным тоном:
— Ты подумала, что я тебя поцелую, но зачем было так пугаться, если это пустяк? Ты говоришь: "все смеются". Но зачем было стольких об этом расспрашивать, если это ничего не значит? — он приближался и приближался. — Или может быть, это всё-таки что-то значит? И ты отшатнулась, потому что на самом деле хотела этого поцелуя, не так ли?
Он дразнил её. Риана это прекрасно понимала, но, всякий раз, когда он находился рядом, не могла нормально мыслить. Она чувствовала его энергетику как некое облако, которое стремилось её поглотить. Его взгляд, его речь, даже то, как он сражается… всё говорило в нём об этом.
Ей приходилось всячески сопротивляться этому напору. И с каждым разом это становилось всё труднее.
— Нет, не хотела, — с трудом выговорила она в очередной попытке защититься.
Аккес вдруг замер. С лицом, выражающим крайнее удивление, он даже отступил на шаг назад. Какое-то время он так и стоял, потрясённо глядя на девушку перед собой. Он несколько раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но, словно онемев, закрывал его обратно.
— Серьёзно? — наконец, выговорил он, недоумевающе осматривая жрицу.
И тут вдруг опять расхохотался.
— Я не понимаю… — сказала девушка, чувствуя себя ещё более неловко из-за его странной реакции.
Он опять посмотрел на неё, иронично приподняв брови.
