Джигит по глупости (ум-то к нему не воротился) не знал, что сказать, только головой кивнул. Тогда воины дали ему серебряную кольчугу, опоясали драгоценным оружием, посадили на вороного скакуна и увезли с собой. Таким выглядел джигит молодцом, что и узнать нельзя!
Остановился отряд на ночь в ауле того самого бая, что поменял свое поле на клочок земли бедняка. А у бая была дочь, красавица из красавиц.
— Давайте женим нашего начальника на дочери бая! — порешили воины и послали к баю сватов.
Бай согласился, и джигит сделался женихом его дочери.
Созвали народ повеселиться на пиру, будущего зятя посмотреть. А джигит рта не раскрывает да как-то странно по сторонам озирается.
Так он сидит день, другой, будто воды в рот набрал. Кто из байской родни ни подойдет к нему, ни заговорит, а он и слова в ответ не молвит.
— Что это он все молчит? — дивится родня. — Может, он и разговаривать не умеет?
На третий день уже и сам бай рассердился.
Видят Богатство и Счастье, что дела плохи, стали Ум просить:
— Вернись к джигиту!
Послушался Ум, вернул бедняку рассудок. Как раз в это время пришел бай и захотел поговорить.
— Скажи, джигит, — попросил он, — отчего ты все молчишь?
И тут, на удивление всем, джигит заговорил:
— Когда я был еще ребенком, напали на наш аул враги. Все жители поднялись в защиту — и мужчины, и женщины. Но отважнее всех сражался юный джигит — он один почти всех врагов одолел. А когда кончилась битва, оказалось, что тем юным джигитом была девушка, переодетая в мужское платье. Вот я и молчал два дня, все думал: можно ли считать эту девушку храбрецом наравне с мужчинами?
Обрадовался бай, услыхав, что его будущий зять так складно и мудро рассуждает.
Сыграли они на радостях веселую свадьбу. Забрал джигит молодую жену и уехал в свой аул.
А вскоре опять встретились Счастье, Ум и Богатство. И решили они, что самое главное для человека — ум! Если нет у человека ума, ни богатство, ни счастье ему не помогут.
КАК СТАРИК ШАЙТАНОВ ПЕРЕХИТРИЛ.
Ингушская сказка
Литературная обработка и перевод В. Гацака.
подножия высокой горы, на опушке леса, стояла маленькая сакля, обмазанная глиной, с плоской крышей, небольшими окнами и низенькой дверью. В той сакле жили старик со старухой. Детей у них не было. Старик ходил в лес на охоту, а старуха за домом смотрела Однажды на рассвете шел старик лесом и под кустом увидел спящего зайца, но пожалел его и стрелять не стал. Пошел он дальше и в глубокой пещере заметил медведицу с медвежатами. Их он тоже не тронул и пошел своей дорогой.
А в том лесу с некоторых пор поселились шайтаны. Они считали лес своим, и им не нравилось, что старик как хозяин бродит по лесу и охотится. Собрались они и порешили выжить старика из леса. Но как это сделать? Долго думали, но не могли ничего придумать. Наконец самый старший шайтан, огромный, страшный, — звали его Панк-Панк-сказал:
— Я выйду к нему и скажу: «Я — Панк-Панк, самый страшный среди шайтанов! Давай, старик, бороться с тобой! Если ты меня поборешь, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я тебя поборю — ты уйдешь отсюда и больше никогда в лес не будешь приходить».
— Хитро ты придумал! — закричали шайтаны.
Отыскал Панк-Панк старика в чаще, подошел к нему и сказал:
— Я — Панк-Панк, самый страшный среди шайтанов! Давай, старик, с тобой бороться! Если ты меня поборешь, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я тебя поборю — ты уйдешь
— отсюда и больше никогда в наш лес не будешь приходить.
— Хорошо, я согласен, — отвечает старик, — но только сначала ты поборись с моим младшим братом, а то я боюсь, что переломаю тебе все ребра.
Повел он страшного Панк-Панка к той пещере, где заметил медведицу, и говорит:
— Мой младший брат живет в этой пещере. Зайди к нему и поборись с ним. А уж если его поборешь, тогда и я стану с тобой силой мериться.
Послушался его Панк-Панк и пошел в пещеру. А медведица проснулась на шорох, поднялась на задние лапы, обхватила непрошеного гостя и давай его мять. Помяла-помяла, в пыли поваляла и сбросила в пропасть.
Выбрался Панк-Панк из пропасти еле живой, а старик тут как тут — стоит усмехается:
— Ну что, теперь со мной поборешься?
А Панк-Панк и слова не в силах вымолвить. Притворился, что не видит старика, и побрел скорее в чащу. Добрался к своим, еле в себя пришел, а потом поведал, что с ним случилось.
— Нет, никому из нас не побороть старика! — закончил он свой рассказ.
Стали шайтаны думать, советоваться, как дальше быть. Долго думали, но не могли ничего придумать.
Наконец средний шайтан, самый ловкий и быстрый, — звали его Танк-Танк — предложил:
— Я выйду к старику и скажу ему: «Я — Танк-Танк, самый быстрый и самый ловкий среди шайтанов! Давай, старик, с тобой наперегонки побежим. Если ты прибежишь первым, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я буду первым — ты уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не вернешься».
— Хитро ты придумал!
Отыскал Танк-Танк старика в чаще, подошел к нему и сказал:
— Я — Танк-Танк, самый быстрый и самый ловкий среди шайтанов! Давай, старик, с тобой наперегонки побежим! Если ты прибежишь первым, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я буду первым — ты уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не вернешься.
— Хорошо, я согласен, — отвечает старик, — но только сначала ты моего сынка догони. Хочу убедиться, быстро ли ты бегаешь.
Повел он Танк-Танка в ту сторону, где видел зайца, который спал под кустом. Не доходя до куста, остановился, поднял сосновую шишку и бросил в зайца, а шайтану сказал: «Беги за ним!» Заяц вскочил и бросился наутек, а Танк-Танк помчался за ним следом. Полдня носился он за зайцем, но так и не смог догнать его. Исцарапался он, запыхался — вот-вот задохнется. Понял Танк-Танк, что сына старика ему не догнать. Свалился на тропинку и лежит — отдышаться не может. А старик тут как тут — стоит усмехается:
— Ну что, теперь со мной наперегонки побежишь?
А Танк-Танк и слова не может вымолвить. Притворился, что не видит старика, поднялся и побрел скорее в чащу. Добрался кое-как к своим, еле в себя пришел, а потом подробно рассказал шайтанам, что с ним случилось.
— Нет, никому из нас не обогнать старика! — закончил он свой рассказ.
Стали шайтаны думать, как дальше быть. Долго думали, но ничего не могли придумать. Наконец самый младший, самый сильный и самый хитрый, — звали его Манк-Манк — предложил:
— Я возьму булаву, которая нам от наших предков досталась, выйду к старику и скажу ему: «Я — Манк-Манк, самый сильный и самый хитрый среди шайтанов! Давай, старик, будем с тобой бросать эту булаву. Если ты бросишь ее выше, чем я, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я брошу булаву выше, то ты уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не придешь».
— Хитро ты придумал!
Вышел Манк-Манк из чащи, отыскал старика и сказал ему:
— Я — Манк-Манк, самый сильный и самый хитрый среди шайтанов! Давай, старик, будем с тобой бросать эту булаву. Если ты бросишь ее выше, чем я, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я брошу булаву выше — ты уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не придешь.
— Хорошо, я согласен, — отвечает старик, — только начнем с тебя, ты бросай первый.
Схватил Манк-Манк тяжелую булаву, замахнулся и изо всей силы бросил ее вверх. Взлетела булава выше самых высоких деревьев, выше самой высокой горы и скрылась в тучах. И только через час послышался вой и свист и булава упала, ушла в землю по самую рукоятку.
— Теперь твоя очередь, старик! — гордо сказал Манк-Манк, самый сильный и самый хитрый среди шайтанов.
Старик взялся за рукоятку, но бросать не спешил — он знал, что такую тяжелую булаву ему и не поднять. Стоит он, на небо поглядывает и будто высматривает что-то.
А Манк-Манку не терпится:
— Что же ты не бросаешь?
Старик ему отвечает:
— В прошлом году я забросил на небо такую же булаву и пробил там дыру. Этой дыры сейчас не видно, ее облаком закрыло. Подождем, пока облако в сторону уйдет, чтобы не пробивать новых дыр.
— Что ты, что ты, старик! — испугался Манк-Манк. — Эту булаву нельзя насовсем забрасывать: она нам от наших предков досталась!
Не стал он дожидаться, что ему ответит старик, вырвал булаву из земли и бросился с нею в чащу. Бежит, а сам все оглядывается — не догоняет ли старик, чтобы отобрать заветную булаву и забросить на небо. Прибежал он к братьям своим, долго в себя не мог прийти, а потом рассказал, как старик хотел забросить на небо булаву, которая им от предков досталась.
— Нет, ничего с этим стариком нам не сделать! — сказали шайтаны.
И решили они, что лучше им самим покинуть этот лес и перебраться в другое место.
