Она сидела в саду, подремывая или наблюдая, как постепенно начинают желтеть деревья – первый намек на приближающуюся осень.
Сара находилась в легком забытье, наслаждаясь редким утренним солнцем, но вдруг очнулась, встревоженная чьим-то движением неподалеку. Она подняла голову, ожидая увидеть индейцев или обезьянку. Но никого рядом не оказалось.
В этот момент из задней двери дома появилась служанка с конвертом в руке.
– Только что принесли, мисс Сара, – сказала она.
Все еще находясь в оцепенении, Сара разорвала конверт и достала записку.
«Мисс Сент-Джеймс, мне необходимо увидеть вас. Встретимся в «Кью-Гарденз» около Пали-Хаус сегодня вечером в половине десятого. Приходите одна. С уважением, Дж. Хукер».
Сара удивилась, зачем сэру Джозефу понадобилось встречаться с ней так поздно, затем вспомнила, что вопросы о семенах и побегах еще не обсуждались публично. Распространение не пойдет успешно, пока молодые растения находятся на пути в Цейлон. Возможно, что-то случилось. При этой мысли Сара нахмурилась. Так много жертв принесено ради этих семян. От них зависело будущее Нормана. Ее – тоже, хоть и в меньшей степени. Со времени возвращения в Лондон только одно отвлекало Сару от мыслей о Моргане: мечты о том, как она отправится на Цейлон и устроит там собственную плантацию. Неужели теперь и эту мечту отнимут у нее…
Сара приехала в «Гарденз» на полчаса раньше. Экипаж резко остановился перед главными воротами. Увидев письмо сэра Джозефа, сторож открыл их и помахал рукой.
Сара вышла из экипажа и направилась по дорожке, наслаждаясь ароматом цветов и птичьим пением. Небо начинало темнеть. Она вошла в теплицу или в «питомник», как называли ее Хукер и Уикэм. Влажное тепло и тяжелый запах земли затрудняли дыхание, напоминая о дожде в лесу. Желтовато-зеленые стекла вверху задерживали лучи заходящего солнца. Прошло несколько секунд, прежде чем Сара поняла, что ростки, пробивающиеся через влажную почву, являются гевеей.
Спустившись по ступеням, она пошла по дорожке, рассматривая нежные растения и оглядываясь в поисках сэра Джозефа; иногда она бросала взгляд на часы. Наконец, Сара увидела, что половина десятого уже миновала, а Хукера все не было. Она вышла из теплицы и вытерла влажное лицо рукавом, поеживаясь от прохладного ветерка.
Сара вернулась к своему экипажу, но кучер куда-то пропал. Странно. Она огляделась. В сумерках клумбы стали бесцветными. «Наверное, Хукер не смог приехать из-за каких-то неотложных дел», – подумала Сара. Осторожно оглядевшись, она направилась к кабинету сэра Джозефа, прошла мимо Коттедж-Гарденз и приблизилась к административному зданию. Оно оказалось затемненным.
Мороз пробежал по ее спине, когда она опять оглядела сад. Какой спокойный вид имели в лунном свете ухоженные клумбы и подстриженные кусты! Однако было что-то страшное в тенях, которые отбрасывали деревья и статуи. Мраморный танцующий херувим с поднятым к небу лицом источал призрачный свет, отчего на коже Сары выступили мурашки. Потом она поняла: тишина была такой же полной и зловещей, как на Амазонке.
Стараясь дышать спокойно, Сара направилась к экипажу, пытаясь отогнать свои страхи. Норман был прав. Она явно заболела. Сэр Джозеф, очевидно, задерживался и…
Где же кучер. – Мейнард? – позвала Сара. – Мейнард!
Она поспешила по выложенной плитами дорожке к Палм-Хаус, поблескивавшему в темноте строению из стекла и металла. Может, Хукер имел в виду это место, где амазонские растения жили в тропической атмосфере? Внутри горел свет. Безусловно, Мэйнард отправился сюда, решив, что Сара будет какое-то время занята разговором с Хукером.
Она остановилась. Слева, на стеклянной поверхности пруда, отражались луна и китайские львы, расположенные на другом берегу. Справа на дорожку отбрасывала тень японская вишня. «Нелепость», – подумала Сара. Она прошла несколько тысяч миль вдоль Амазонки, встречала каннибалов, охотников за скальпами, хищных животных, а сейчас боялась пройти по темной дорожке.
– Сара.
Шепот прозвучал так тихо, что она сначала решила, будто это ей показалось. Затем он повторился, – очень мягко, – напугав ее, заставив сердце заколотиться. Сара обернулась. Глаза заболели от напряжения, уши вспыхнули, тело напряглось от холодного страха. Наконец из темноты материализовался призрак – призрак в белом костюме и широкополой шляпе, надвинутой на левый глаз.
Сара попятилась к Палм-Хаус. Ее мозг отказывался воспринимать то, что видели глаза. Морган. Морган. О Господи, это Морган! Человек, который преследовал ее, спрашивал о ней, наблюдал из дома Сандерленда. Это был Морган? Боже милостивый, он не умер?!
Он снял шляпу, и золотистые волосы рассыпались по плечам. Вспыхнула белоснежная улыбка. Это был Кинг!
– Привет, Сара.
Она развернулась и побежала, слишком испуганная, чтобы закричать. Ее единственной мыслью было добраться до Палм-Хаус, где горел свет…
Сара распахнула дверь и споткнулась о какое-то растение. От сырости у нее перехватило дыхание. Стая черных дроздов и воробьев, поселившихся в огромном здании, заставила ее вскрикнуть. Сара бросилась мимо пальм, банановых, кофейных и кокосовых деревьев, споткнулась о корни гигантского бамбука и упала лицом в мокрую землю. Лежа неподвижно, она прислушалась и услышала, как открылась и закрылась дверь. Сара поползла вперед, нырнула под листья папоротника и замерла. Раздались шаги Кинга.
– Ирония судьбы. И в то же время знаменательно, что мы встретились в такой обстановке, – послышался его голос. – Теперь тебе некуда бежать, Сара. И нет причин для этого, я воюю не с тобой. Не собираюсь причинять тебе вред, но ты нужна мне. У нас есть кое-что общее. Морган.
Сара подавила в себе стон.
– Я подозреваю, что он жив.
«Не слушай его, Он сумасшедший. Он сделает или скажет все…»
– Мои люди вытащили меня из воды. Когда меня отправили в Белем, я узнал, что Морган выжил.
«Он лжет». – Он находился в госпитале Белема четыре недели, потом исчез. Куда он мог поехать еще, кроме как сюда? К тебе. Поэтому я приехал в Лондон и нашел тебя. Я слежу за тобой и жду, когда Морган зашевелится. Но теперь я понял: он очень хорошо знает меня. Когда власти не смогли отыскать мое тело, у него появились подозрения, что я жив. Вероятно, Морган понял, что я буду постоянно за его спиной и решил, прибыв в Лондон, пока держаться подальше от тебя. В самом деле он не рискнул бы подвергать тебя опасности до тех пор, пока я не начал действовать. Похоже, мы с ним зашли в тупик, Сара. Единственный способ заставить его выйти из своего убежища, это начать угрожать той, кого он любит больше всего на свете. Тебе.
