В чём он там хотел уверить Гарри, последний решительно не хотел знать.
- Почему бы и не покричать, сэ-эр? Вы мне за это взыскание назначите? Баллы снимете? Уроки окклюменции отмените? Ах, какая жалость, я так расстроюсь... В этой долбаной школе меня били, насиловали, пытали, травили!.. Вынужден Вас разочаровать - Вам сюда просто нечего добавить, - выплюнул Гарри. - Сэр.
Последнее слово прозвучало матерным ругательством.
- Поттер, Вы с ума сошли? - Снейп опасно прищурился. - Кто Вас насиловал? Кто Вас пытал?
Гарри опёрся рукой о стену и расхохотался. Искренне, звонко, весело; хохотал, пока снова не потекло из глаз, уже не от страха за чью-то жизнь, сгибался пополам, запрокидывал голову, смахивая рукавом с лица слёзы истерики. И вместе с солёной горячей жидкостью, с громким, неуместным, сводящим щёки смехом выплескивалось напряжение, уходило, оставляя за собой звенящую пустоту и усталость.
- Мерлин мой, - выдавил из себя Гарри, просмеявшись. - Как это мило звучит, сэр, как здорово! Ещё скажите, что ничего не знаете о Круцио и Креагрэ Инкрескунт, которые Малфой отчего-то особенно любит в меня пускать... не знаете о Ступефаях, Петрификусах и Инкарцеро, которых я вообще не беру в расчёт... знаете, Ваш во всех смыслах любимый ученик обожает испытывать второе Непростительное на людях, скованных Петрификусом. Он считает, это очень эстетично, когда они не дёргаются и не орут, а молча плачут.
Снейп потрясённо молчал, переваривая информацию. Гарри недоверчиво уставился на него.
- Вы что - правда не знали? Ничего себе... ну тогда я Вам больше ничего рассказывать не буду о детских шалостях слизеринцев, ещё перевпечатлитесь...
- Поттер, - голос Снейпа звучал очень напряжённо, - когда и почему Вы прыгали с Астрономической башни, чтобы покончить с собой?
- Почти год прошёл, а Вы спросили, - заметил Гарри едко. - В Вас случайно эстонской крови нет, сэр?
- Почему, Поттер?
- Какая теперь разница, - тихо сказал Гарри. Весь кураж, вся истерика ушли; захотелось свернуться клубком - привычка ещё от чулана под лестницей, где Гарри мог выпрямляться в полный рост только лет до восьми-девяти, а потом существовал там в неком свёрнутом состоянии - и заснуть без сновидений, просто вывалиться в темноту и покой. - Даже мне уже нет никакой разницы, - Гарри вспомнил лихорадочно горячие пальцы Блейза, всю ночь в Выручай-комнате сжимавшие его ладонь. - А Вам тем более.
Гарри сунул палочку в карман и поправил перекособочившиеся очки.
- В следующий понедельник в шесть, сэр. Я прочту книги, - ну забыл Гарри о них... не до книг было в тот вечер.
- Постойте, Поттер!..
- До свидания, сэр, - буркнул Гарри, захлопывая за собой дверь.
Третье занятие было чрезвычайно натянутым.
- Вынимайте палочку, Поттер. Готовы? Раз, два, три, Legillimens!
- Prote!.. - Гарри захлебнулся заклинанием и потерялся в водовороте воспоминаний.
Запах пыли, шёпот: «Только не в Слизерин»? Отчего же? Ты будешь великим... это написано у тебя на лбу, можно сказать...»... Тяжёлое тело василиска продавливает грязь и пыль, и некуда деться, никак не спастись...
- Ex... pono... - выстонал Гарри сквозь сжатые зубы - шрам пылал. - Expono!..
- Соберитесь, Поттер. Раз, два, три... Legillimens!
За всё занятие Снейп не сказал и пары десятков слов, если не считать «раз-два-три-Legillimens». Впрочем, Гарри тоже не горел желанием вести со своим деканом светские беседы.
Защищаться получалось серединка на половинку; боль в шраме сбивала, мешала сосредоточиться. Какие-то заклинания если и выбивали Снейпа из мозга Гарри, то ненадолго и кое-как. Книги помогли, и защита эмпата, изрядно потрёпанная вторым занятием, но всё же оставшаяся на месте, больше не попадала под губительное действие Легиллименс. К несчастью, даже книги не давали действенного совета насчёт того, как научиться окклюменции; все они твердили, что каждый вырабатывает свою защиту сам. Гарри пробовал заклинание за заклинанием, по вечерам освобождал голову от мыслей по инструкции Снейпа, каждый понедельник, чувствуя себя бараном, плетущимся на заклание, шёл на «дополнительное занятие по зельеварению». Пожалуй, он предпочёл бы зельеварение, где ему всё удавалось с ходу.
Шрам ныл теперь непрестанно, то сильнее, то слабее; наверно, чутко реагировал на перепады настроения Вольдеморта, кисло предполагал Гарри. От постоянной занятости - уроки, домашние задания, Эй-Пи, окклюменция, тренировки по квиддичу - и от боли во лбу Гарри сделался раздражительным, дёрганым, нервным. Он избегал и близнецов, и Блейза, чаще всего сбегая в Выручай-комнату, и там в одиночку занимался до остервенения домашним заданием и практикой ЗОТС. Уставая, он засыпал прямо там; так бывало и в прошлом семестре, но никогда раньше Гарри так себя не изматывал. От усталости, впрочем, боль чуть притуплялась - или притуплялось восприятие Гарри, которому после восемнадцати часов бдения без минуты отдыха было уже всё равно, что у него, где и зачем болит. Даже второе по счёту дежурство в ночном Хогвартсе прошло без происшествий; Гарри встретилась только миссис Норрис, но и та обошла его по большой дуге, хотя ничем не рисковала - сливочного пива у Гарри с собой сегодня не было. Дафна Гринграсс, как и Гарри, особой весёлостью не отличалась, поэтому они перебросились парой слов, прежде чем разделиться и ещё парой - после того, как утром встретились в гостиной. Что-то своё мучило старосту пятого курса Слизерина, и по горло занятого Гарри такое положение вещей более чем устраивало.
Занятый делами суматошный остаток января прошёл, начался февраль; Гарри заметил это только потому, что в подземельях стало куда более сыро, чем раньше - с приходом первого февраля начались вьюги с неприятным липким снегом, снег не таял, а как-то разжижался в кашу под ногами. Прошло почти две недели; приближалось четырнадцатое февраля.
- Гарри...
- Да? - Гарри, копавшийся на полках в библиотеке, поднял голову: перед ним стоял непривычно робкий Блейз Забини.
- Скоро четырнадцатое февраля.
- Ага, - не стал отрицать очевидного факта Гарри.
- Это праздник... и будет поход в Хогсмид.
Гарри чуть было не спросил: «Какой праздник?», но вовремя опомнился.
- У тебя уж есть планы на четырнадцатое? - с такие лицом, подумалось Гарри, не вопросы задают, а шагают в пропасть.
- Н-не знаю... - определённых планов у Гарри не было, но, как только ему напомнили о дне святого Валентина, ему пришло на ум прошлое четырнадцатое февраля: тогда он был там с близнецами, но встретился с ними случайно...
- Ты... не хочешь пойти со мной?
Гарри задумался.
- А ты хочешь пойти со мной?
Блейз недоумённо вскинул брови.
- А что, не видно?
- Видно, - снова покладисто согласился Гарри. - Вот только ходить в Хогсмид со мной небезопасно. Насколько я знаю, вы с Малфоем сейчас ладите. А вот если нас увидят мирно пьющими сливочное пиво в «Трёх Мётлах» и разговаривающими о тонкостях толкования древних рун... тебе может не поздоровиться.
