– Но сперва нам надо его поймать, сэр! – снова напомнил Дональд. – А он может годами скрываться в подземном лабиринте, где его никто не сможет найти.
– Да знаю я! Только мне почему-то кажется, что он не станет этого делать. Насколько я успел его узнать, этот Калибан не из таких, кому по нраву темные безлюдные подземелья! Нет. Он не захочет просидеть там всю жизнь. Он мог остаться там, когда в первый раз угодил в эти тоннели, но он так не сделал. И он снова захочет выбраться на поверхность. Может, куда-нибудь за город, где нет людей, которые за ним охотятся. Итак, где Калибан – мы не знаем, но он где-то в городе, хочет отсюда убраться. И знаешь, если бы я был на его месте, то постарался бы удрать уже этой ночью!
18
Правитель Хэнто Грег размашисто написал резолюцию в верхнем левом углу листа и толкнул листок через стол к Фреде Ливинг. Она нетерпеливо схватила бумагу. Как-то даже слишком нетерпеливо, и это обеспокоило Грега. Что-то тут не так. Грег взял у нее из рук бумагу и снова пробежал глазами текст.
– Я не понимаю, Фреда, зачем вам так нужно это разрешение? – спросил Грег. – По правде говоря, предпочел бы вам отказать. И готов даже рискнуть, несмотря на то, что вы угрожаете уйти из проекта «Лимб».
– Ну, пожалуйста, Правитель, разрешите мне! Уверяю вас, я не шучу! Если вы откажете, я больше пальцем не пошевелю во всем этом деле.
Грег все еще колебался.
– Надеюсь, вы понимаете, что это разрешение не имеет обратного действия? И оно не снимает с вас ответственности за создание робота без Законов? Оно только свидетельствует, что вы с этого дня берете под свою ответственность существование именно этого робота, и он, опять-таки с сегодняшнего дня, поступает в ваше полное распоряжение. Поверьте, это не избавит от неприятностей, не снимет никаких обвинений! А у вас они есть, и очень крупные! И если Крэш захочет вас арестовать, я, увы, ничем не смогу вам помочь. И этот клочок бумаги вас не защитит.
– Я не себя хочу защитить, Правитель! – сказала Фреда. – Как только начались все эти беспорядки, я просто не могла больше думать ни о чем другом! Во-первых, я хочу сама найти Калибана. Не знаю для чего, чтобы защитить или уничтожить? Но чем больше я над этим думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что мне это очень не нравится. Беднягу собираются изловить и распылить на атомы только за то, что я сотворила его таким, каков он есть! И если Калибан погибнет, в этом буду виновата я – потому что я его создала! Он не должен пострадать за мои грехи, а без этой бумаги все так и будет.
– По-моему, все известные на данный момент улики свидетельствуют, что Калибан причастен к нападению на вас, доктор Ливинг. Ситуация очень запутанная, однако такое объяснение по-прежнему кажется наиболее вероятным, – заметил Правитель.
– Если это окажется правдой, то он ответит за то, что сделал. И только за это. Но уничтожать его за то, что он таков, как есть, это же варварство! Калибан – первый и единственный робот безо всяких шор на разуме. Он первый из роботов, кто способен рассуждать точно так, как мы с вами! Только он может делать это получше нас. Калибан – первый свободный робот! Он создан для свободы. И за это преступление его преследуют! Я считаю, если мы не можем смириться с тем, что кто-то еще, кроме нас, может быть свободным, мы сами не заслуживаем свободы и мы недолго будем свободны!
Правитель Хэнто Грег не знал, что и сказать, он не мог смотреть Фреде Ливинг в глаза. Вместо этого Грег повернулся к окну и стал глядеть на медленно исчезающий в темноте город.
– Это потребует грандиозных перемен в сознании людей – то, о чем вы говорите, доктор Ливинг. А такие перемены никогда не проходили безболезненно. Иногда я сравниваю себя с врачом, пациент которого смертельно болен, и единственное лекарство – самые решительные перемены. Но если я дам это лекарство не вовремя или неверно рассчитаю дозу, мой пациент может умереть. Но если я совсем откажусь от лечения, мой больной умрет наверняка! И я не раз и не два задумывался, не будет ли это лекарство для нас, колонистов, слишком горьким? И не будет ли проще и приятнее отказаться от всяких там лекарств и спокойно умереть? Как вы думаете?
– Честно говоря, сэр, сейчас меня интересует только это разрешение. Дайте его мне, ну пожалуйста!
Грег посмотрел на Фреду. Она была бледна, темные глаза покраснели от усталости и недосыпания, из-под тюрбана выбился упрямый вихор коротеньких, отрастающих после операции волос. Эту женщину давным-давно перестало волновать то, как она выглядит. Последнее время она думала только о том, как правильнее будет поступить в ее положении.
Наконец Правитель заговорил:
– Что ж, хорошо. Если наше общество настолько ослабело, настолько погрязло в предрассудках, что не переживет существования одного-единственного робота без Законов, то, боюсь, моего пациента не спасет никакое лечение! – И он отдал бумагу Фреде.
– Спасибо огромное! А теперь, простите, сэр, я пойду. – Фреда поднялась, кивнула на прощание и вышла.
Хэнто Грег проводил ее глазами и поймал себя на мысли, что Инферно и вправду может не пережить этого одного-единственного свободного робота.
И тогда уж точно надеяться не на что.
Все, хватит сидеть и рассуждать. Надо либо делать что-то, либо не делать. Или он сумеет управиться с этой машиной, или не сумеет. Калибан устроился поудобнее в пилотском кресле аэрокара. Он крепко сжал ладонями штурвал, поставил ноги на педали и включил тот рычажок, который, по его представлению, скорее всего мог оказаться стартером. Аэрокар медленно поднялся в воздух. Так, прекрасно! Заработало!
Калибана больше заботило, исправна эта допотопная колымага или нет, чем то, сумеет ли он с ней управиться. По-видимому, этот рыдван стоял, всеми позабытый, на посадочной площадке шестого космопорта уже больше сотни лет – с тех пор, как этот подземный порт перестали использовать. Включив свой инфракрасный фонарь, Калибан поднял ветхую развалину метров на десять над полом и завис в воздухе, в огромном пустом ангаре. Потом он пару раз пролетел по кругу, гораздо аккуратнее и осторожнее, чем любой из самых опасливых пилотов, водивших те машины, которые Калибан видел над городом, когда гулял по улицам в первый день.
Так. Повороты, регулировка высоты, скорость – Калибан очень быстро со всем этим разобрался. В его блоке памяти не было ни слова и о том, как управляться с аэрокаром. И Калибану пришлось до всего доходить самому, поэтому он пока представлял только, как ведет себя машина на низких скоростях и при полном безветрии.
Но теперь, когда у него был под рукой исправный аэрокар, нельзя было терять ни минуты. Пора убираться из города. И Калибан медленно, со скоростью не больше каких-нибудь десяти километров в час, направил машину к тоннелю, который вел наверх. Калибан не включал никакого другого освещения, кроме своего инфракрасного фонарика, и вел аэрокар очень осторожно, вверх и вверх по тоннелю, надеясь, что тот в конце концов выведет на поверхность. Он беззвучно скользил в полной темноте мимо покрытых каплями испарений стен. Даже с его опытом блуждания в подземном лабиринте широкий, просторный тоннель заброшенного космопорта по-прежнему представлял для Калибана загадку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
