– Здравствуйте, сэр Брентон, – не слишком восторженно молвил Ульфиус. – По моему адресу уже поступила жалоба из транспортного департамента. Якобы мой ученик нарушил правила, взлетев на ковре-самолете из моего сада с пассажиркой на борту, подвергнув опасности себя и свою спутницу, мешая движению общественного транспорта. Что вы можете ответить, сэр?
Брентон потупился.
– Наша гостья поведала мне, что спешит. Я счел необходимым показать ей академию. Но поведение мое было легкомысленным, неоправданным и объясняется только добрыми чувствами, которые я питаю к Наташе.
Заключительные слова молодого авенорца оказались последней каплей, которая переполнила чашу терпения Сергея. Он уже весь изволновался из-за исчезновения Наташи. Масла в огонь подлил Ульфиус, который рассказал молодому человеку о звонке из департамента транспорта и спросил, не знает ли тот, с кем улетела его подруга. И вот пожалуйста, она возвращается на неизвестно откуда взявшемся велосипеде, в компании с подозрительным и притом довольно симпатичным парнем!
– В чем дело, Наташа? – сердито воскликнул Сергей. – Где ты была? Что все это значит?
– Я не обязана перед тобой отчитываться! – мгновенно вскипела девушка, которая, конечно, понимала, что вела себя не совсем правильно, но выслушивать нотации не собиралась.
– Нет, обязана!
Сергей почти кричал, что, конечно, не делало ему чести. Тут Брентон, оставив велосипед, выдвинулся вперед и строго сказал:
– Я не позволю вам так обращаться с дамой, невыдержанный незнакомец. Хотя вы и наш гость, это не позволяет вам вести себя неподобающим образом.
– Что? – возмутился Сергей. – Так это я, оказывается, веду себя неподобающим образом? Вы, молодой человек, забываетесь! Кто вам позволил ездить с девушкой в академию?
– Я – свободный человек! – тут же вмешалась Наташа.
– Ах, свободный! – воскликнул Сергей. – Тогда приношу свои извинения. Всем. А с вами, молодой человек, я потолковал бы в другом месте и другим способом.
– Что ж, я готов, – тут же заявил побледневший Брентон. Юноша не привык к темпераменту людей Земли, и такой напор его обескуражил, но отступать он не собирался ни при каких обстоятельствах.
– Ты не прав, Сергей, – заявил Ульфиус, грозно сдвинув брови. – С Брентоном я разберусь сам. Ссору вам затевать незачем.
– Не смей его трогать! – тут же вступилась за нового знакомого Наташа.
– Никого я не собираюсь трогать. С мальчишками мне связываться… Еще раз извините, – проворчал мрачный Сергей. Тон его, однако, был совсем не извиняющимся. – Делайте, что хотите и как хотите. Магистр Ульфиус, сообщите мне, пожалуйста, когда мы отправимся в Бонуцитон.
Кивнув на прощание Ульфиусу, Сергей повернулся и скрылся в доме.
С огрызка руки вига капала теплая слизь. Кравчук поспешно бросил откушенную или оторванную конечность на землю, полуприсел и прислушался В пещере стояла тишина. Только капала где-то вода.
– Пых-Пух! Пых-Пух! – громким шепотом позвал Кравчук. – Куда же ты подевался, уродец надутый?
Вылезать из теплой вонючей пещеры в холодную тундру, на свежий воздух, не хотелось. Но оставаться здесь было совсем глупо. Потому что пещера была вовсе не пещерой, а норой какого-то крупного и сильного хищника. Возможно, ящера, следы которого испугали Кравчука, когда он только попал к вигам. Или другой твари – еще похуже.
Человек побрел к выходу, впрочем не слишком торопясь – ведь снаружи ящер мог поймать его с таким же успехом, как и у себя в норе. И зачем его черт понес сбегать от вигов, драться с Вспжу, убегать от Охотника? С каждой попыткой освободиться, улучшить свое положение ему, напротив, становилось все хуже и хуже. Начиная как уважаемый союзник, превратился в пленника, потом стал рабом в шахте. Казалось бы, ниже некуда. Но оказалось, есть еще здесь и место приманки. Теперь вот свободен – бос, не одет, голоден, в норе у какой-то твари. Очередное понижение. Раньше о нем хотя бы заботился Охотник. Исключительно мерзкий мир.
Снаружи тем временем донесся мерный топоток, сопровождаемый чавканьем грязи под тяжелыми лапами.
– Вот и хозяин, – не без некоторой веселости заметил Кравчук. Раньше он никогда не подумал бы, что на появление хищника, который его, по всей видимости, съест, он отреагирует так нестандартно. Впрочем, веселые мысли быстро улетучились, когда человек понял, что хищник может и не убить его сразу. Да и вообще, умирать в зубах хищной твари – процесс болезненный и неприятный.
«Был бы пистолет, я бы застрелился, – сказал себе Владимир Петрович. – Самое время» Топот приближался. Кравчук подошел к выходу из норы и выглянул наружу. То, что он увидел, ему совсем не понравилось. Прямо на него мчался зверь размером со слона, обликом же напоминавший динозавра, картинку с изображением которого Владимир Петрович видел однажды в книжке сына. У ящера была большая треугольная голова с мощными, торчащими вперед зубами. Передние лапы были короткие, слаборазвитые. Зато задние, на которых чудовище бежало, поражали воображение своей мощью.
Кравчук запустил руку в карман брюк за порцией спасительного наркотика. Ясно было, что против этой твари ничего нельзя сделать, даже если мышцы станут железными. Но, может быть, умирать будет легче? Однако в кармане наконец образовалась дырка (Кравчук все удивлялся, как карман оставался целым при том, что брюки расползлись в клочья), и ни крошки порошка Владимир Петрович не нашел.
Тогда Кравчук, сам не зная зачем, с криком и улюлюканьем бросился навстречу ящеру. Тот еще раньше заметил человека и радостно пофыркивал. Видимо, предыдущая охота ящера была неудачной, а тут сюрприз прямо в норе.
Ящер и Кравчук бежали навстречу друг другу, причем Кравчук, как бывшая приманка с небольшим стажем, в глубине души надеялся, что нетипичное поведение сделает его менее привлекательным в глазах хищника. Да и сам он, идя на преступление, не любил жертв, которые не убегали, а вели себя агрессивно или, скажем, неоправданно весело. Мозгов у огромной рептилии, судя по всему, было немного – вдруг испугается?
Однако встретиться человеку и чудовищу было не суждено. Кравчук уже видел крупные зубы ящера с серо-зеленым налетом, казалось, даже ощущал его зловонное дыхание, но тут его подняла в воздух и с силой отбросила в сторону неведомая сила. Владимир Петрович отлетел метров на десять и покатился по земле, цепляясь за мох и комья грязи. Когда он наконец все-таки остановился, стер грязь с лица и взглянул туда, где был монстр, то увидел странную картину. Перед мордой тормозящего всеми лапами чудовища стоял человек в ярких, излучающих свет доспехах. От него исходила такая уверенность и мощь, что Кравчук сразу понял: несмотря на разницу в размерах, этот будет посильнее ящера. Чудовище, уж на что мал был его мозг, тоже все поняло. Отчаянно загребая лапами, оно преодолело инерцию своей многотонной туши, на секунду замерло на месте, а потом начало пятиться с удивительной для таких размеров скоростью. Несколько мгновений – и ящер скрылся за ближайшим холмом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
