Микан замолчала на секунду, слепо разглядывая игру теней и закатного света, падающего в ее комнату сквозь раскрытые окна, устремленные на запад.
— Тогда мы утратили не только дом, но и немалую часть того, что делает из нас Узумаки, — скрипящим голосом продолжила говорить она. — Нам удалось унести большую часть архивов, но они хранят лишь сухие слова. Дух прошлого и традиции должны передаваться изустно. От отца к сыну, от матери к дочери. Нападение Кумо и Кири оборвало цикл.
Котоширо заметил, как сжались пальцы сложенных на коленях рук Акичи. И вспомнил слова Отохиме. Хашихиме отобрала у Узумаки родину? Возможно, это и в самом деле так. Это было бы в духе Киджо.
— Но во благо клана я должна сделать все, чтобы некоторые традиции сохранились, — твердо заявила Микан, переведя взгляд со стен на Отохиме. — Моя внучка не оправдала надежд. И я не думаю, что Котоширо или Акичи смогут понять всю суть дела, которое мне нужно им передать.
Стоящая возле старушки Тахири на этих словах упрямо сжала губы и отвернулась. Котоширо лишь удивленно вскинул брови.
— Но вы, Отохиме-сама, управляете кланом Кагуя, и показали, что способны понять большую значимость ведения родословной. За четырнадцать лет вы увеличили численность членов клана с сорока человек до более двух сотен При этом ни у кого я не заметила негативных мутаций, а частота проявления кеккей генкай как минимум вдвое больше, чем мы наблюдали у Кагуя ранее.
— Микан-сан! Вы хотите передать ведение родословной в чужие руки?! — изумленно вскрикнула Акичи, подскочив со стула. — Это… Это невозможно!
— Успокойся, — строго попросила главу клана Микан. — У нас не так много вариантов, и просьба о помощи у Отохиме-сама — это лучший из возможных. Узумаки осталось слишком мало. А таких бесполезных, как я, и вовсе более нет.
— Бабушка, ты совсем не бесполезная, — ворчливо вставила свое слово Тахири.
— Я уже не гожусь в шиноби, — небрежно отмахнулась старейшина. — Единственное, что мне оставалось — это вести родословные книги и устраивать браки. И кто этим будет заниматься, когда я умру? Я не могу отдать будущее клана невеждам! Для устроения браков нужно знать генеалогию будущих супругов и нужно изучить их чакру. Выучить генеалогию по родословным книгам — не проблема, но техникой Кагура Шинган для опознания чакры владеют лишь некоторые из септа Оками. И все они будут необходимы деревне в качестве шиноби-сенсоров, у которых времени на ведение родословной не будет. Ведь я права, Отохиме-сама?
— Отогакуре имеет слишком мало сенсоров, — кивнув, ответила длинноволосая гостья. — Каждый шиноби с таким талантом необходим деревне. Во время войны Узумаки, владеющие Духовным глазом, не раз спасали нас от неожиданных гостей. Скоро будет еще одна война, и высока вероятность, что фронт между великими государствами проляжет по территории Страны Звука. Не хотелось бы слепнуть в такой ответственный момент.
Котоширо невольно кивнул, соглашаясь со словами Отохиме. До бегства с Узу он плохо владел своей способностью. Техника Кагура Шинган давалась с трудом, но упорством своим он все же смог ее развить. Когда-то во время экзамена на чунина он проиграл пареньку из клана Хьюга, так как не мог точно видеть каналы чакры, но зато сейчас сенсорные возможности были развиты настолько, что наверняка превосходили бьякуган. Во время недавней войны Котоширо уже приходилось нести дозор на важных направлениях и замечать Хьюга раньше, чем они его.
Выслушав аргументы Микан и комментарии Отохиме, Акичи опустилась обратно на стул и недовольно попеняла старейшине:
— В любом случае столь важный вопрос нужно было решить сначала со мной.
— Если бы я сначала обратилась к тебе, то наш спор завершился бы только с моей смертью. И мы не пришли бы ни к какому решению. Ты упряма, как и все Узумаки в молодости, — недовольно ответила Микан на упрек Акичи. — Хорошо, что хоть присутствие Отохиме-сама или Рюджина-сама придает тебе больше терпимости.
Акичи в возмущении надулась, но Микан просто проигнорировала ее, предпочтя прояснить некоторые моменты своей работы в клане в качестве старейшины по ведению родословной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Микан настояла на том, что ее лекцию должны выслушать все присутствующие, даже несмотря на то, что многим большая ее часть была знакома. Котоширо прекрасно знал, что его клан делится на четыре септа. Септ Узуме — самый малочисленный из всех, главная семья, члены которой всегда управляли всеми Узумаки. Они специализировались на технике Призыва и только они становились Каннаги, хранителями Храма Масок. Септ Мизучи и септ Оками, к которому принадлежал сам Котоширо, были более многочисленными. Первый специализировался на фуиндзюцу, а конкретно — на Цепях Чакры. Остальные Узумаки так же славились запечатывающими техниками и могли призвать несколько цепей, но в гораздо меньшем количестве, и они не были настолько мощными. Помимо этого, Мизучи способны были запечатывать в себе демонов и биджу с помощью Бьякуго.
Члены септа Оками обладали повышенным количеством жизненной силы и объемом чакры, что давало им возможность использовать технику Чи но Чию. Лечебная чакра сама по себе концентрировалась в их крови и могла исцелить даже смертельные раны за считаные мгновения. Также некоторые Оками могли развить третий, духовный глаз и научиться видеть чакру.
Последний и самый многочисленный септ Иночи не выделялся какими-то способностями, наоборот, его члены были относительно слабы, из-за особенностей чакры их контроль над ней был низок, но Иночи были основой клана. Ремесленники, мастера по производству Кибакуфуда, Хикаридама, Кемуридама и прочих гранат, а также свитков с запечатанными техниками.
Были еще рода, вроде Шафин, которые примкнули к Узумаки не так давно и в родословную входили лишь условно. Однако Микан рассказала и кое-что, о чем Котоширо не знал. Например, что есть еще несколько ставших независимыми родами ветвей клана Узумаки, которые до сих пор входили в общий план родословной. Такими были, например, род Ямори — жрицы Страны Демонов, хранящие душу Морьё, и род Йоймура, жрецы из Страны Огня, охраняющие печать на проникшей в мир частице Рейки Моома.
— На сегодня вы рассказали достаточно много, Микан-сан, — с мягкой улыбкой сказала Отохиме, когда старейшина клана Узумаки была вынуждена прервать свой рассказ из-за пересохшего горла. — Я уверена, что Рюджин-сама заинтересуется вашим занятием и лично пожелает выслушать вас. Ему претит заниматься евгеникой, но запретный плод сладок, и она всегда его притягивала.
Котоширо не совсем понял последнюю фразу Отохиме, но переспрашивать не стал. К этому моменту Микан-сан успела отпить из принесенной ее внучкой чашки овощного сока и с сожалением высказалась:
— Старость приходит ко мне слишком быстро. Боюсь, у меня мало шансов вновь встретиться с Орочимару.
— Не стоит переживать. Смерть никогда не останавливала Рюджина-сама, — звонко рассмеявшись, сказала Отохиме. — Лучше оставьте заботы и отдохните. У вас еще много времени, чтобы насладиться жизнью и провести его в кругу близких и родных, а не общаясь на рабочие темы. Мне же нужно еще обсудить будущее с главой клана Узумаки.
Из дома Микан выходили в молчании. Отохиме выглядела задумчивой, похоже, переваривая полученную информацию. Тишину нарушила Акичи, когда они оказались на пороге дома:
— Ведение родословной отнимает много времени, — неловко сказала она. — Вообще, передавать это дело в чужие руки — это… нонсенс. Но как глава клана я прошу позаботиться об Узумаки. Надеюсь, это не сильно затруднит вас.
— О, ничего сложного. После возвращения Рюджина мне особо нечем заняться. К тому же, если включить Узумаки в электронную базу Кагуя и Чиноике, то процесс селекции упростится. И ваши родословные книги наверняка помогут процессу расшифровки геномов, — отрешенно вымолвила Отохиме. — Впрочем, это не то, зачем я хотела с вами встретиться.
Богиня Страны Звука остановилась на ступенях к дому Микан и подняла невидящий взор прикрытых веками глаз к темному ночному небу, на котором тускло сиял тонкий серп месяца.
