8 этот же день надежный лазутчик доставил сведения, что 8 декабря турки намечают начать наступление силой около 20 ООО человек одновременно на всем фронте Ольтинского отряда.
внезапная оживленная разведывательная деятельность турок на Ольтинском направлении, которое во всех оперативных соображениях русского командования считалось второстепенным, а также сосредоточение на этом направлении значительных сил противника, побудило Истомина 6 декабря просить Берхмана о содействии ему со стороны Сарыкамышского отряда, имевшего свой правый фланг у Маслагата. Помощь могла быть оказана наступлением Сарыкамышского отряда на Псртанус и на гору Казы-чан (на хребте Чахир-баба), господствующую над районом Кош—Пертанус, где сосредоточивался 9-й турецкий корпус. Однако Берхман отказал в этой помощи Истомину вследствие глубокого снега и вьюги и рекомендовал ему «не слишком доверять показаниям местных жителей и перебежчиков, которые бывают безусловно недостоверны».
10-й турецкий корпус должен был наступать двумя колоннами: правой — 31-й пехотной дивизией (без 93-го полка) — по ущелью реки Ольты-чай на Ид и левой — эшелонированными 30-й и 32-й пехотными дивизиями — по ущелью реки Сиври-чай на Кала-богаз (близ города Ольты).
Левой колонной, более сильной, намечалось внезапно атаковать правофланговые части Ольтинского отряда русских, обеспечивавших направление по реке Сиври-чай, и уничтожить их. Для окружения русских заблаговременно направлялся отрядФетхи-бея в составе 93-го пехотного полка (31-й пехотной дивизии) с двумя горными орудиями и небольшим числом пограничников. Задача этого отряда — скрытно продвигаясь ущельемреки Тортум-чай, обойти с севера гору Ак-даг и, выйдя на селение Хаскей, внезапно обрушиться с тыла на русских, оборонявшихся в районе Кала-богаз, и отрезать им путь отступления. Одновременно отряд Фетхи-бея обеспечивал слева операцию 10-го корпуса и всего ударного крыла.
8 декабря Истомин в своих донесениях сообщал о сосредоточении турок в значительных силах против Ардоса в Котике и о начавшейся на всем фронте в районе Ид при сильном тумане перестрелке с небольшими частями турок. Истомин, ожидая в этот день нападения турок, предполагал, на основании полученных накануне от лазутчика агентурных сведений, что турки начали наступление в районе Ид с целью демонстрации, имея намерение нанести главный удар в направлении на Ар-дос—Ольты.
Если бы это предположение подтвердилось, то Истомин намечал оставить в районе Ид два батальона с четырьмя орудиями, а с остальными силами «двинуться ночью» в район Но-риман, откуда, «смотря по обстоятельствам», представлялось возможным действовать в любом направлении, имея в виду разбить противника по частям.
Однако в этот день турки в районе Ид ограничились лишь перестрелкой; они закреплялись на высотах юго-западнее Эк-река, Кянзасура, Веринтаба и значительно усилили пехотными частями сторожевое охранение в полосе Карапунгар—Баш-кала; Русские тогда же заняли армянской дружиной укрепленную позицию на высотах у Веринтаба.
На Сиври-чайском направлении Истомин, в связи с полу-
40
Комбриг Н. Г. KopqjH
чеиными агентурными сведениями, принял усиленные меры разведки в направлении на Котик.
К вечеру 8 декабря Истомин получил донесение о появлении турецких частей к северу от поста Джуджурус; против них был направлен один батальон с двумя орудиями. В тот же ден ь несколько позже пришло донесение о перерыве турками сообщения между Ардосом и Ольты. Это понудило Истомина «ввиду угрожающего положения» немедленно начать отход главными силами к Нориману,
Сопоставляя ряд донесений Истомина, начиная с 6 декабря, можно было установить сосредоточение частей 9-го турецкого корпуса вдоль реки Ольты-чай против левого фланга его отряда. Что же касается 10-го турецкого корпуса, то он к этому времени на Кавказском фронте еще не был обнаружен. Однако усиление передовых турецких частей в долине реки Сиври-чай, внезапное появление турецких частей у поста Джуджурус и перерыв ими сообщения между Ольты и Ардосом указывали, что и против правого фланга Ольтинского отряда турки сосредоточивали крупные силы, которые, судя по показаниям перебежчиков и агентурной разведки, должны были наносить главный удар.
8 декабря штаб 10-го турецкого корпуса и 30-й пехотной дивизии, как и было намечено, заночевал в районе Тутмаш— Ислам. Ночью в районе этих селений части 30-й пехотной дивизии заняли исходное положение, чтобы 9 декабря внезапно атаковать русских.
Отряд Фетхи-бея, выйдя вечером 8 декабря в район поста Джуджурус, раскрыл русским готовившийся маневр ударного крыла турецкой армии. Начальник Ольтинского отряда, получая с 6 декабря ряд неясных донесений о группировке и намерениях турок, с появлением обходной колонны Фетхи-бея разгадал план турок и принял верное решение — немедленно отойти на горные рубежи вблизи государственной границы.
7 декабря Истомин вновь повторил просьбу о помощи ему со стороны Сарыкамышского отряда. Берхман приказал выслать отряд в две-три роты с двумя орудиями, с задачей овладеть горой Казы-чан и произвести разведку в районе Коша и Пертануса.
Так как вследствие глубокого снега на хребте Чахир-баба
это приказание не было выполнено, то на следующий день, т. е. 8 декабря, ввиду получения тревожных сведений от Истомина, Берхман решил для облегчения положения сосредоточить 4-ю туркестанскую стрелковую бригаду у Маслагата и затем направить ее на Пертанус—Кош. Захватом этих пунктов он предполагал угрожать тылу наступающего на Ид противника и отрезать подкрепления, могущие подходить со стороны Кеп-ри-кея. Но это движение также не состоялось вследствие мороза и сильной вьюги.
Решение Берхмана о наступлении 4-й туркестанской стрелковой бригады заставляет предполагать, что русские были в неведении о готовившемся ударе и не подозревали, что в 10 км от правого фланга Сарыкамышского отряда (у Маслагата) и на одном уровне с ним была сосредоточена крупная ударная группа (9-й турецкий корпус).
Если бы русские располагали авиацией, то и она вряд ли смогла бы в этот день обнаружить ударную группу: начавшаяся сильная вьюга со снегом исключала возможность использования самолетов. Наибольшую пользу на обширном горном театре могла бы оказать агентурная разведка, правильно организованная еще в мирное время. Но существовавшая задолго до войны агентурная сеть почти перед самой Мировой войной была разрушена неумелой работой разведывательного отделения штаба Кавказского военного округа.
С целью отвлечения внимания русских от Ольтинского направления и правого фланга Сарыкамышского отряда турки 7 декабря днем на виду у русских передвигали по высотам на восток в районе прохода Кара-Дербент большие колонны. Затем 8 декабря части 11-го турецкого корпуса вели безрезультатные атаки в районе Юзверана, т. е. против левого фланга отряда Берхмана.
В эти же дни на левом фланге Сарыкамышского отряда части 1 -й Кавказской казачьей дивизии при столкновении с курдской конницей в районе прохода Кара-Дербент захватили в плен командира одного из курдских полков, давшего показания о прибытии Энвер-паши в район Ид и о предстоящем наступлении 3-й армии на Ардаганском направлении. Штаб дивизии, допросив пленного, отправил его под конвоем в штаб корпуса, упомянув в разведывательной сводке о захвате в плен
одного курда, о его показаниях о прибытии Энвер-паши и о намечавшейся операции турок. Предполагалось, что пленный командир курдского полка будет более подробно опрошен в штабе корпуса. Однако этот пленный туда не был доставлен, так как по дороге был убит конвоем. В штабе корпуса, получив названную разведывательную сводку и не зная о захвате в плен командира полка, не придали этому документу должного значения, полагая, что это были показания какого-либо рядового курда. В штаб армии об этом, по-видимому, не было донесено.
