После разгрома русских Энвер-паша мечтал овладеть всем Закавказьем, поднять восстание всех мусульман России и при
соединить к Турции все тюрко-татарские народности (прикаспийские, приволжские, Западной Сибири, Туркестана и Персии). Перед походом на Кавказ Энвер-паша изложил свой план начальнику германской военной миссии в Турции генералу Лиману фон Сандерсу, который в своих воспоминаниях упоминает: «В конце нашей беседы он мне высказал идеи фантастические и курьезные. Он имел желание достигнуть позднее Афганистана и Индии».
Энвер-паша достаточно верно оценил лишь одну часть слагавшейся обстановки, но он не сумел учесть остальных ее элементов, как-то:
1) состояние своих войск,
2) сложный горный рельеф в условиях зимы (снежные бу-
раны при сильных морозах и глубокие снега),
3) время и, наконец, самое главное —
4) необходимость иметь в слабо населенном горном райо-
не обеспеченный тыл — организованные пути сообщения и
транспорт для питания армии. Между тем, тыл не удовлетво-
рял турецкую армию даже при расположении на месте.
Турецкое командование с сожалением подчеркивало, что в армии было очень мало людей, хорошо знавших район операции. Происходило это оттого, что никто не стремился в этот негостеприимный край с его суровыми климатическими условиями. При султане Абдул-Гамиде1 край этот часто назывался «турецкой Сибирью», так как сюда ссылались лица, неугодные султанскому правительству за их политические убеждения.
Энвер-паша, намечая при содействии заместителя начальника генерального штаба план операции «Сарыкамыш» и отчислив от командования командиров 9-го и 10-го корпусов за их «пессимизм», все же просил уволенного в отставку бывшего командира 9-го корпуса Ахмеда-Февзи-пашу, отлично ознакомленного с данным театром, высказаться относительно плана предстоящей операции.
1 Известен нол именем «кровавого султана». Был низложен младотурками в 1909 году.
«Я не могу высказать своего мнения относительно будущего, — ответил спрошенный Ахмед-Февзи-паша,— так как нельзя предугадать, в каком положении будем мы и нротив
ник. Следует устранить недостатки в снабжении и прежде всего обеспечить армию продовольствием. Затем надлежит в тылу привести в порядок артиллерийские и продовольственные склады и только после этого постепенно и уверенно начать движение вперед. В этой стране с суровой зимой, по моему разумению, другого средства для достижения успеха нет»1.
Лхмсд-Февзи-паша очень трезво оценил обстановку, верно отметив, что без достаточного усиления 3-й армии и без устранения целого ряда недостатков невозможно рассчитывать на успех, но его соображения не повлияли на решение Энвер-паши.
Окончательный план был выражен в приказе, заготовленном майором Фельдманом, утвержденном начальником штаба генералом Бронсартом фон Шеллендорфом и разосланном в войска:
«Кеприкей, 6 декабря 1914 г., 22.00. Приказ на 9 декабря 1914 г.
1 Помощник начальника Генерального штаба, он же командир 10-го корпуса, отмечая но карте 11-й корпус с 2-й кавдивизией, как оковывавшие русских с фронта, а 9-й и 10-й корпуса, как обходившие и окружавшие русскихс тыла со стороны Ольты, высказал в беседе с Ахмед-Февзи-иашон елсдуюпгую мысль:
«В результате действий русских па австрийском и германском фронтах было доказано, что русские крайне чувствитрлпы к обходным маневрам и кактолько заметят колонну в тылу фланга, тотчас же отступают».
На это Ахмсд-Февзи-наша ответил:
«...Я того мнения, что 9-й и 10-й корпуса выполнят это обходное движение, отмеченное на карте, при условии совершения маневра быстро и безопасно. Это важнейшие условия успеха. Однако я не представляю себе, чтобы в это время года и в том состоянии, в каком, насколько мне известно, находятся части, возможно было бы быстро выполнить этот маневр в пограничных горах. Опасно также оставлять на фронте один 11-й корпус. Но этой причине, если признается все же необходимым производство обходного движения, следовало бы усилить 11-й корпус 10-м корпусом, и для обхода затребовать из Константинополя еще корпус».
Главные силы противника на старом месте.
Все силы 3-й армии с Ольтинского направления двигаются прямо в тыл правого фланга противника с целью отрезать его главные силы от Карсского направления и сбросить их прямо на юг — в ущелье р. Араке.
2-я кавалерийская дивизия, усиленная пехотой и артиллерией, наступая на фланг противника к югу от р. Араке, отвлекает его внимание на этот фланг (согласно отдельно данным указаниям).
11-й корпус, оставаясь на своих позициях для отвлечения внимания противника, на всем фронте производит демонстративное на
ступленне. В случае наступления всех сил противника, он останавливает его (11-му корпусу даны специальные указания).
9-й корпус двигается, по крайней мере, двумя колоннами (левая колонна дорогой Экрек—Ени-кей) и достигает дороги Кизнл-ки-лиса— Ид. Он будет всемерно препятствовать соединению неприятельского отряда в районе Ида с главными силами, расположенными восточнее.
10-й корпус одной дивизией достигает Ида, двумя другими дивизиями — Ардоса. Оба корпуса атакуют встречного противника. По выполнении этого движения вероятно наступление 10 декабря: 9-й корпус — на линию Чатах—Петкир, а 10-й корпус — прямо в сторону Ольты; 11 декабря: 9-й корпус — в направлении на Кетек, а 10-й корпус — в направлении на Бардус.
Граница между зонами разведки 2-й дивизии и 11-го корпуса — р. Араке. Граница между зонами 9-го в 11-го корпусов — линия, проходящая через Кара-быих, Снчан-Кала, Кюлли-даг. Граница между зонами 9-го и 10-го корпусов — хребет Карга-базар, Ольты, Ид.
Относительно способа доставки донесений последует особое приказание.
Штаб армии — в Кепри-Кее».
Согласно приведенному приказу не исключалась возможность, по достижении 9-м и 10-м корпусами фронта Чатах— Ольты, резкого поворота 9-го корпуса на юг с целью удара по ближайшему тылу и правому флангу русских, в то время как 10-й корпус выходил бы на Бардус.
Энвер-паша намечал и другой, более ограниченный план использования своих 9-го и 10-го корпусов по достижении ими фронта Чатах—Ольты. В этом случае 9-й корпус выходил из района Чатах на Кетек, а 10-й корпус, достигнув района Бардус, действовал бы в направлении на Ени-кей' — то есть оба корпуса одновременно выходили бы на ближайший тыл и 1 Ссверо-иосточпсе Кстска.
По мнению Бронсарта фон Шеллендорфа наилучшим дальнейшим направлением для 10-го корпуса являлось бы в таком случае движение на Сарыкамыш. Если бы 9-й корпус оказался в одном переходе южнее Бардус, а 10-й корпус под Сарыкамы-шем, русским не представилось бы возможным перебрасывать по шоссе в район этого последнего пункта подкрепления с северного берега реки Араке, так как этот путь был бы перехвачен 9-м корпусом.
фланг русских и отрезали бы их от Сарыкамыша. Операция получила бы быстрое развитие, и обходящие корпуса, особенно 10-Й, могли бы воспользоваться патрульной колесной дорогой из Ольты в Бардус.
В обоих случаях русским оставался единственный путь для отхода — шоссе от Баш-кей на Каракурт и дальше на Кагыз-ман — трудная гужевая дорога.
Однако 11 декабря Энвер-паша для наступления этих корпусов окончательно указал направления: 9-му корпусу Бардус— Сарыкамыш и 10-му корпусу — левее 9-го, с выходом в район севернее Сарыкамыша.
