Глава 3
Морис ловит виконта
— Мы с Джоном намерены пожениться.
В гостиной, где все собрались после обеда, повисла напряженная тишина.
Хлоя решила объявить о важной перемене в своей жизни, не откладывая этого дела в долгий ящик. Веревка уже была наброшена на шею повесы, и девушка посчитала, что пришла пора дернуть за поводок.
Джон изумленно смотрел на нее.
А чего он ждал? Хлоя ответила ему кошачьей улыбкой.
«Прости, Джон, никакой отсрочки».
Графиня только что закончила обсуждать последние вести из Франции, заявив, что ничего не изменилось с тех пор, как парижская чернь отрубила голову Людовику. Услышав слова Хлои, она выпрямилась и, потрясенная, поднесла руку к горлу.
Никакая революция не могла сравниться с новостью, которую она только что услышала.
Дейтер заворчал, а Шнапс, расположившийся у него на коленях, оскалился.
Морис опомнился первым. Он понимающе взглянул на племянника увлажнившимися от радости глазами.
— Хо-хо!
Джон поерзал на стуле, не решаясь посмотреть дяде в глаза. Казалось, его вдруг чрезвычайно заинтересовала изображенная на обоях пасторальная сцена.
Морис принялся вполголоса напевать ту же песенку про кошку и мышку.
— Боже мой, это правда, Джон? — наконец обрела дар речи графиня.
Джон сидел подавшись вперед. Нужно попытаться все им объяснить. Он объяснит… когда сам разберется. Как Хлое это удалось? Полдня он размышлял об этом.
— Понимаете, графиня…
— Нет! — Бабушка побледнела. — Но ведь ты приехал всего несколько часов назад, Джон! Боже, признайся, ты совратил ее?
Она переводила взгляд с Хлои на Джона и обратно. Он чувствовал себя не в своей тарелке, а Хлоя… была похожа на мышь, только что проглотившую кота.
— В моей родной деревне человека, позволившего себе такие вольности, на четыре недели привязывали к стене амбара. — У Дейтера в запасе всегда имелся анекдот о таинственной деревне в Германии, где он провел детство. Истории эти были довольно бессмысленные, но Хлою забавляла их мрачность.
В данном случае он попытался досказать ее до конца, прежде чем, как обычно, погрузиться в сон.
— Мы говорим не об амбаре, Дейтер, а о нашей бедной маленькой Хлое! — Графиня достала пахнущий лавандой кружевной платочек и приложила его к глазам. Платочек служил ей прикрытием, из-за которого она могла тайком улыбнуться Морису.
Маркиз украдкой подмигнул ей в ответ.
Джон нахмурился.
— Нет. Вы должны выслушать меня…
— Мне это кажется очень романтичным. — Морис пожал плечами. — На дворе весна, не так ли? Пора любви.
— Это не имеет никакого отношения к… — вновь подал голос Джон.
— …этих людей оставляли без пищи и воды, — невозмутимо продолжал Дейтер, в его глазах появился странный блеск. Так бывало всегда, когда он доходил до самой жестокой части своих рассказов. — Вскоре они начинали выть, как дикие звери…
Джон закатил глаза.
— Бога ради, вы мне дадите договорить?
Шнапс, сидевший на коленях Дейтера, принялся лаять, словно в подтверждение слов хозяина.
Джон воздел руки к небесам и повернулся к Хлое, молча наблюдавшей за всей этой сценой.
Она застыла в неподвижности на своем чиппендейловском стуле и выглядела невинным ягненком. Только в фиалковых глазах блестело озорство и что-то похожее на удовлетворение.
— Вижу, ты не хочешь мне помочь, Хлоя, — сухо сказал Джон.
— О нет, мне кажется, вы сами прекрасно справляетесь, милорд, — весело улыбнулась ему Хлоя.
«Черт возьми, ей это доставляет удовольствие».
Джон потер лоб. Он понял, что это только начало.
— Хлоя предложила мне… — вновь повернулся он к графине.
— Хлоя предложила тебе? — недоверчиво переспросила старая дама.
— Понимаете, она чувствует… ей кажется… — Он не знал, что сказать.
— И что же я чувствую, Джон? — подала голос Хлоя.
Он бросил на девушку угрожающий взгляд. Не мог же он объявить о предложении Хлои и их странной сделке.
— Ты хочешь сказать, что не соблазнял ее, мой мальчик? — нахмурился Морис. — Ты меня сегодня разочаровываешь!
— …Изо рта у них идет пена. — Дейтер сверлил Джона глазами, представляя его на месте этих несчастных, а Шнапс тихо рычал.
Чаша терпения Джона переполнилась. Он встал и крикнул во весь голос, заставив всех умолкнуть:
— Мы собираемся пожениться, и давайте с этим покончим!
Больше он ничего не собирался объяснять. Пусть придумывают все, что им хочется.
Первым опять опомнился маркиз.
— Конечно, конечно, Джон. Ты ничего не обязан нам объяснять.
— Что вы хотите этим сказать? — прищурился виконт.
Морис в ответ погрозил племяннику пальцем и вновь принялся напевать ту же самую песенку.
— Что дядя имеет в виду? — повернулся Джон к Хлое.
Девушка пожала плечами, и он заметил на ее лице странное выражение.
— Когда свадьба? — осведомилась графиня, спрятав платок в карман.
Джон заметил, что глаза ее остались подозрительно сухими. От виконта не укрылось, что дядя и графиня с энтузиазмом восприняли известие о его предстоящей женитьбе. Он вынужден был признать, что они беспокоились о нем, а не о Хлое. Ведь девушка могла выбрать себе любого мужа. Почему она выбрала именно его, самого известного в Англии повесу, оставалось для них загадкой.
Тем не менее они приняли ее решение.
Такое единодушие много могло рассказать о взаимоотношениях маркиза и графини. Кроме того, графиня всегда любила Джона и считала его членом семьи.
Джон нахмурился. Когда перед ним вставала необходимость открыть свои чувства, он тут же начинал искать выход из затруднительного положения.
Взяв себя в руки, он подошел к буфету и неторопливо налил себе стакан рейнвейна.
Поднеся вино к губам, он увидел в висевшем прямо перед ним зеркале профиль Хлои. Огонь камина отбрасывал блики на ее тонкие черты, золотил рыжие волосы. Вид девушки, которая не подозревала, что он смотрит на нее, поразил его, и он не в силах был оторвать глаз от зеркала.
Кто эта самоуверенная женщина?
Конечно, это все та же маленькая Хлоя, но теперь она стала другой…
Его размышления прервал Морис:
— Ну, мой мальчик? Мы еще не услышали от тебя ответа: когда свадьба?
Джон колебался. Лондонский сезон только начинался, и он решил, что лучше подождать до его окончания. Торопиться некуда.
Молодой человек вновь взглянул на зеркало. Блик света упал на глубокое декольте Хлои. Взгляд Джона задержался на вырезе ее платья. Она прекрасно сложена. Он представил, как его ладонь обхватывает…
— Как только мы будем готовы, — неожиданно для себя самого ответил Джон.
Хлоя удивленно взглянула на него: она ожидала жестокого спора по этому поводу.
