Плохосекир пожал плечами.
— Со времени нашей последней беседы положение, в сущности, не изменилось. Тупик — королевство маленькое, на самом-то деле крошечное — в целом там проживает меньше тысячи граждан. Они притязают на весь горный хребет Тупик, от которого берет название их королевство, и который является их основной военной хитростью и защитой. Их претензии не оспариваются по большей части оттого, что горы эти коварные и соваться туда мало причин или понес никаких. По меньшей мере девяносто пять процентов их населения сосредоточено по одной долине среди гор. Никакой официальной военной организации у них пег, там, скорее, ополчение, по этого достаточно, так как в главную долину ведут не меньше пяти перевалов, где даже ребенок с кучей камней может удержать целую армию… а камней у них в избытке. Главное уязвимое место — у них — это продовольствие. Местность такова, что они не в состоянии содержать даже свое небольшое население, а так как они все еще в контрах с королевством в другом конце долины, которое первоначально владело ей целиком, то вынуждены покупать все свое продовольствие у нас… по задумываясь над тем, что цены, которые они платят нам, даже щедрый человек назвал бы грабительскими.
— Спрос и предложение, — молвил с зубастой улыбкой Гримбл.
— Минуточку, генерал, — перебил я. — Если я правильно понял, то из-за своих размеров Тупик не является для нас военной угрозой. Если он как-то и влияет на нас в военном плане, так это охраняет наш фланг от нападения с перевала. Верно?
— Правильно.
— А это он и так уже делает.
— Тоже правильно.
Увидев перед собой выход, я поспешил дальше.
— Мы не можем на них напасть, но, судя по вашим слонам, у них нет ничего нужного нам. Так зачем же мы берем на себя труд заключать этот брачный союз?
Генерал указующе посмотрел на Гримбла.
— Потому, что хотя в Тунике мало народу и низкие урожаи, они сидят на самых крупных залежах драгоценных металлов на континенте, — доложил министр финансов.
— Драгоценных мет… а. Вы имеете в виду золото.
— Именно. Заключив такой союз, Поссилтум станет самым богатым королевством на все времена.
— Это кажется едва ли достаточным основанием для женитьбы, — пробурчал я.
— Нам хорошо известны мнения Вашего Величества по данному предмету, — кивнул Гримбл. — Вы выражали их часто и пространно, каждый раз, когда поднимался вопрос о возможности такого брака. Я лишь рад, что вы наконец дали согласие, когда граждане Поссилтума пригрозили поднять бунт, если вы не примете предложение о браке.
— Что произошло только после того, как вы, Гримбл, распространили слух, что такой союз приведет к значительному снижению налогов, — нахмурился Плохосекир.
— Я говорил, что он МОЖЕТ привести к снижению налогов, — невинно поправил его министр. — Разве я виноват, что простой народ поспешил с выводами?
Теперь, когда я получил более ясное представление о ситуации, я мог бы найти в себе немного сочувствия затруднительному положению короля, если бы он не подставил вместо себя меня.
— Хватит о Тупике. Давайте теперь мнение о моей будущей супруге.
Возник краткий миг неловкого молчания.
— В Тупике монархии нет, — осторожно начал Гримбл. — То есть, до недавнего времени се не было. Он был больше племенным государством, где правил сильнейший. Однако, когда умер последний король, его дочь Цикута каким-то образом сумела взять власть в свои руки и удержаться на троне, основав таким образом своего рода королевскую династию. Как именно она это проделала — неясно.
— Некоторые говорят, что перед смертью короля она сумела заручиться лояльностью всех дееспособных бойцов королевства, обезопасив таким образом свои притязания от оспаривания, — доложил Плохосекир.
Я поднял руку, останавливая их.
— Господа, вы сообщаете мне факты, а я просил вас высказывать ваши МНЕНИЯ.
На этот раз возникло долгое неловкое молчание.
— Так здорово, да? — поморщился я.
— Ваше Величество должны помнить, — запротестовал Гримбл.
— Нас просят высказывать свои откровенные чувства о женщине, которая скоро станет нашей королевой.
— Не раньше, чем после брака, — пробурчал я. — В данную минуту ваш король — я. Уловили мой намек?
Они уловили и с трудом сглотнули.
— На ум приходят слова “хладнокровие” и “беспощадность”, — проговорил наконец генерал. — И это впечатление человека, сделавшего карьеру на военной резне.
— Я уверен, что слухи о том, что она убила отца для захвата власти в королевстве, сильно преувеличены, — слабо возразил Гримбл.
— …Но Вашему Величеству было бы очень желательно настоять на раздельных спальных покоях, и даже тогда спать чутко и при оружии, — твердо заключил генерал.
— С отдельными покоями не предвидится никаких затруднений, — злобно сверкнул глазами Гримбл. — Говорят, королева Цикута отличается нравственностью уличной кошки.
— Восхитительно, — вздохнул я.
Министр оделил меня отеческой улыбкой.
— О, нет ни малейшего сомнения, что все королевство, включая и меня самого, восхищается готовностью Вашего Величества пожертвовать собой ради блага своего народа.
Беда в том, что только я знал, кем готов бы л пожертвовать король.
Я изучал сквозь опущенные веки улыбку Гримбла, отчаянно роясь в памяти в поисках, чем бы расстроить его надменное наслаждение этой ситуацией. И внезапно нашел.
— Я собирался спросить, не знаете ли вы о текущем месте нахождения нашего придворного мага?
Улыбка Гримбла исчезла, словно вода на горячей сковороде.
— Он… уехал, Ваше Величество.
— Что? Опять отправился на поиски нового злополучного приключения?
— Нет, я имею в виду, он… уехал. Подал в отставку и ушел.
— Кому он подал в отставку? — поднажал я. — С чьего разрешения он покинул свой пост в этот, самый темный мой час?
— Ээээ… моего, Ваше Величество.
— Что-что, Гримбл? Я вас не совсем расслышал.
— Моего. Я сказал ему, что он может уезжать.
Гримбл теперь заметно вспотел, что меня вполне устраивало. Фактически, в голове у меня начала складываться одна идея.
— Хммм… зная вас, господин министр, я бы заподозрил, что за внезапным отбытием Великого Скива стоят деньги.
— В некотором роде, — уклончиво ответил Гримбл. — Вы можете сказать, что так оно и было.
— Ну, это не пойдет, — твердо сказал я. — Я хочу вернуть его… и до этого проклятого брака. И что еще важнее, раз вы одобрили его отбытие, то я считаю вас лично виновным и ответственным за его возвращение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
