Смысл ее язвительных слов дошел до Салли.
— Прошу тебя, не разговаривай с Каролин об убийствах, — жизнерадостно заметила пожилая леди. — Она слишком хорошо в этом разбирается.
— Неужели? — удивился самозванец, правда, взгляд его скорее был насмешливым. — Сколько же людей ты отправила на тот свет?
— Ни одного, — ответила Каролин и даже улыбнулась ему. — Пока что ни одного.
— Она у нас любительница читать всякую макулатуру, — развязно пояснил Уоррен. — Детективные романы и тому подобный хлам. Воображает себя знатоком современной преступности, потому что прочитала несколько криминальных книжонок.
— Едва ли, — отозвалась Каролин, попытавшись скрыть раздражение.
— Советую тебе, мой мальчик, подумать дважды, прежде чем ты рискнешь нарушить закон, — продолжил Уоррен нравоучительным тоном. — Наша Каролин способна застукать на месте преступления кого угодно. Можно сказать, она у нас настоящая мисс Марпл.
— Не смеши меня, Уоррен, — произнесла Салли с поразительной энергией. — Я, например, обожаю шпионские триллеры. Но это вовсе не значит, что собираюсь работать на ЦРУ или КГБ. А что ты нынче читаешь, мой дорогой? — повернулась она к Алексу с ласковой улыбкой.
— У меня нет времени на чтение, — громко заявил Уоррен.
— Я не тебя спрашиваю, — одернула его Салли. — Любой мало-мальски разумный человек находит время для чтения, иначе мозг атрофируется, а душа черствеет.
— Даже когда человек читает всякую макулатуру? — парировал Уоррен.
Каролин осушила свой бокал. У нее разболелась голова, однако она не могла покинуть Салли, оставить ее без присмотра. Уоррен имел обыкновение портить сестре настроение. Появление же в доме блудного сына также могло отрицательно сказаться на ее состоянии. С прошлой осени здоровье Салли резко ухудшилось, Каролин становилось страшно при мысли, что любая непредсказуемая мелочь может сыграть роковую роль.
— Все зависит от того, что ты относишь к разряду макулатуры, дядя, — мудро рассудил Алекс. — Я, например, люблю читать хорошо написанные романы ужасов.
— Верно, — пробормотала Каролин. Действительно, в подростковом возрасте, до того, как исчез, Алекс запоем читал книги Стивена Кинга. Самозванец в очередной раз продемонстрировал, как хорошо он выучил свой урок.
— Скажи мне, Алекс, сейчас, когда ты наконец вернулся в лоно семьи, у тебя есть какие-то планы на будущее? — прокурорским тоном поинтересовался Уоррен.
— Уоррен! — укоризненно воскликнула Салли, одергивая брата.
— Я не расспрашиваю его о прошлом, — поспешил оправдаться тот. — Хотя, признаюсь, меня одолевает любопытство. Неужели я не имею права расспросить его о планах?
— Он не обязан отвечать на те вопросы, которые ему не нравятся. Замечательно уже то, что он вернулся к нам.
Алекс перехватил взгляд Каролин. Комната была наполнена нежным мерцанием свечей, и на короткое мгновение Каролин поддалась магнетическому обаянию его пристального взгляда и манящих, чувственных губ.
— Они всегда так себя ведут? — поинтересовался он с ноткой добродушного юмора.
Каролин было не до шуток.
— Разве ты не помнишь?
Самозванец встал и потянулся с ленивой, бессознательной грацией. Никто из истинных Макдауэллов никогда не потягивался, и уж тем более за столом, подумала Каролин, украдкой разминая затекшие мышцы. Для этого все они слишком хорошо воспитаны, под завязку напичканы показным благонравием.
— Обычно они спорили обо мне, — усмехнулся он.
— Они до сих пор это делают.
На половине фразы Салли с тревогой посмотрела в их сторону.
— Извини, дорогой, можешь не слушать нас, стариков. Ты еще не успел толком освоиться здесь, а мы уже спорим о тебе в первый же вечер твоего возвращения.
— Не смей называть меня старым, — вспыхнул Уоррен. — Ты на десять лет старше меня.
— И в придачу стою одной ногой в могиле, — той же монетой отплатила ему сестра. — Ты старый, а я дряхлая. — Салли, сидя в кресле, откатилась от стола. — Вы двое пообщайтесь друг с другом. И еще, Каролин, отправь ко мне миссис Хэтэвэй, хорошо? Я что-то сильно устала.
— А зачем тебе сиделка? — мягко возразила Каролин. — Я присмотрю за тобой сама.
— Не бывать тому, дорогая, — ласково произнесла Салли. — Какой смысл держать личную сиделку, если я не могу воспользоваться ее услугами? Кроме того, мне немного… некомфортно. Она может сделать мне укол.
Салли никогда не признавалась, что ее мучают боли. Очень даже в духе Макдауэллов! Даже свои мучительные роды, когда она пыталась произвести на свет на две недели «пересидевшего» свой срок Александра Макдауэлла, она называла не иначе как легкое недомогание. Согласно семейной легенде, она провела две недели в частной клинике, наотрез отказавшись принимать посетителей, пока ее сын не появится на свет.
— Ну, если ты настаиваешь, — неохотно согласилась Каролин. Приходится признать, что пожилая леди одержала верх. Что ж, она не останется с Салли и не будет ждать, пока та уснет, однако никакая сила на свете не заставит ее провести остаток вечера в обществе так называемого Алекса. — Я тоже устала. Если ты не возражаешь, я сейчас отправлюсь спать.
— Каролин, ты не можешь оставить Алекса одного в первый же вечер его возвращения домой! — запротестовала Салли.
— С ним останется Уоррен.
Эта фраза прозвучала слишком резко, почти как прямой отказ, а ведь за последние годы Каролин ни разу не отказала Салли ни в одной ее, даже самой пустяковой, просьбе.
— Мы с тобой знаем, что Уоррен зануда, он обязательно начнет допрашивать Алекса, как только ему представится возможность. Пожалуйста, не смотри на меня так, Уоррен, я знаю, что ты слышишь меня, но я готова прямо сказать тебе то же самое. Каролин составит вам обоим компанию. Мне нужна гарантия, что ты не станешь донимать Алекса каверзными вопросами.
— Ты хочешь, чтобы она шпионила за мной, я правильно тебя понял? — возмутился Уоррен.
— Я хочу, чтобы ты вел себя достойно, — слабым голосом ответила Салли. — Жаль, я неважно чувствую себя и не могу устроить вечеринку…
При мысли о вечеринке Каролин охватил ужас. Нет, только не это!
— Это всегда успеется, тетя, — быстро произнесла она. — Ты должна думать лишь о том, как тебе поскорее поправиться.
— Не мели чепуху, моя девочка. Мне уже никогда не встать на ноги, и мы обе прекрасно это знаем.
— Лично я слышу впервые…
— Можешь сколько угодно притворяться, если тебе от этого легче. — Салли слабо взмахнула рукой. — По крайней мере Алекс способен смотреть правде в глаза.
