— Собираюсь к чертям собачьим смотаться отсюда, — ответил он каким-то незнакомым голосом. — Мне нужны деньги.
— У меня их нет.
— Зато у тебя есть вот это. — Воришка взял в пригоршню золотые украшения.
Каролин села в постели. Увы, крик протеста застрял в ее горле. Да что там крик — писк!
— Ты не посмеешь это сделать, — выдавила она в конце концов. — Это же подарки тети Салли! Если хочешь, я попробую достать для тебя немного денег…
Алекс отрицательно покачал головой.
— У меня нет времени. Она тебе купит новые. Она всегда покупает любовь при помощи чековой книжки. — В его голосе Каролин уловила озлобленность и, как ни странно, отчаяние.
— Оставь мне хотя бы вот этот браслет. — Она ни за что не призналась бы в собственной слабости. Салли ежегодно покупала ей на браслет новую подвеску-талисман. Этот подарок знаменовал собой новый год ее жизни, прожитой в семье Макдауэллов, и ничего дороже у нее на свете не было.
— Не могу. Извини, малышка. Кстати, мой тебе совет. Если у тебя есть голова на плечах, как только тебе стукнет восемнадцать, сматывай удочки из этого дома. Иначе они съедят тебя заживо. — Его слова показались ей тогда странными, какими-то отчужденными, как будто он уже порвал всякие связи с родными.
— Это моя семья, — возразила Каролин и тут же пожалела.
Алекс порывисто шагнул к ее кровати.
— Неправда, — злорадно возразил он. — Радуйся этому. Потому что все эти господа готовы сожрать друг друга с потрохами.
Он протянул руку и прикоснулся к ее лицу.
— Жаль, что не могу взять тебя с собой, Каролин, — задумчиво произнес юноша. — Ты слишком мала, и я не хочу угодить из-за тебя в тюряжку. Береги себя. — С этими словами Алекс ее поцеловал.
Раньше он никогда не целовал ее. Короткое ритуальное чмоканье в щечку, когда ему приказывали это сделать, не в счет. На этот раз он поцеловал ее в губы. Увы, это не был поцелуй прекрасного принца, пробуждающего к жизни Спящую Красавицу. Это был грубый, властный, откровенно похотливый поцелуй. Не говоря уже о том, как грубо он прижал ее к себе. Это был жадный и бесстыдный поцелуй, но она, не колеблясь ни секунды, обхватила Алекса за шею и ответила на его поцелуй со всей страстью юного неопытного существа.
Ей показалось, что поцелуй этот длился целую вечность, однако в следующее мгновение Алекс отстранился от нее. Он ушел, исчез, растворился в темноте, навсегда покинул ее жизнь. Испарился, прихватив пригоршню золотых украшений, включая и браслет с талисманами, которым она дорожила больше всего.
Потрясенная, Каролин осталась одна, чувствуя, как ее колотит дрожь. Наконец ей удалось сбросить с себя оцепенение, и она принялась торопливо одеваться. Алекс вечно насмехался над ней, дразнил, издевался, причинял боль. Он собрался сбежать и на прощанье обокрал ее, компенсировав кражу прощальным поцелуем, о котором она могла лишь мечтать. Когда Каролин добралась до приморского променада, ей показалось, что она видит, как он шагает в сторону пляжа. И поспешила в направлении берега.
Незамеченным убежать с острова, расположенного в шести милях от материка, не так-то просто. Один раз Алекс уже пытался это сделать, когда ему было пятнадцать лет. Тогда он угнал катамаран своего приятеля и где-то пропадал целую неделю. Полиция нашла его в Бостоне и привезла домой. Алекс вернулся в Эдгартаун героем — без тени раскаяния, зато набравшийся жизненного опыта.
Чью же лодку он намерен украсть на этот раз? Или в его планы входит похищение чего-нибудь покруче? Например, катера или даже яхты? А может, он задумал угнать один из маленьких частных самолетов, что стоят в аэропорту? В качестве подарка на шестнадцатилетие Салли оплатила ему уроки управления самолетом и, похоже, уже горько пожалела о своей щедрости.
Однако Алекс направился к пляжу, а не в сторону аэропорта. И если Каролин увидит, куда именно он идет, то, пожалуй, сможет его догнать. Она пригрозит ему, что закричит во всю мощь легких, если он не вернет ей ее любимый браслет.
Все остальное, с ее разрешения, можно забрать. Более того, она была готова заплатить любую сумму, лишь бы он навсегда исчез из ее жизни. Но в одном этот баловень судьбы прав. На деньги Макдауэллы куда более щедры, чем на чувства. Если сынок сбежит, то Салли будет принадлежать лишь ей одной, и рядом с ней больше не будет этого жестокого, красивого, испорченного мальчишки, который отравляет жизнь им обеим.
Четвертушки луны, на которую время от времени наползали серые облака, едва хватало, чтобы рассмотреть дорогу. Шагая по тропинке, ведущей к берегу, Каролин поскользнулась на камешках и упала на одно колено. Даже сквозь грубую ткань джинсов ей в ногу больно впились острые края раздавленных ракушек. Но девушке было все равно. Она вновь поднялась на ноги и зашагала дальше.
«Я его не боюсь», — раз за разом повторяла она, продвигаясь все ближе к берегу. И пусть все эти годы Алекс издевался над ней, дразнил и обижал, он все равно оставался для нее едва ли не родным братом. Ее не тревожило, что он, вероятно, попытается силой заставить ее молчать. Если она начнет кричать и звать на помощь, чтобы помешать его бегству, он скорее всего лишь пожмет плечами и расхохочется.
И тут же исчезнет.
В ту ночь был высокий прилив. Море по-прежнему штормило, когда Алекс застыл у самой кромки воды, вглядываясь в противоположный берег узкого пролива Чаппакиддик. Вот он обернулся и бросил взгляд в сторону Уотер-стрит, на которой стоял их старый дом.
Ни секунды не раздумывая, Каролин быстро пригнулась и юркнула за опрокинутый вверх дном ялик. Сидя в укрытии, она первым делом попыталась восстановить дыхание. Паниковать глупо, сердито сказала она себе, и собралась было подняться, чтобы вновь броситься вдогонку за Алексом, но в следующее мгновение до нее донеслись чьи-то голоса. Он был не один там, у кромки воды. Впрочем, ей следовало это предвидеть, ведь Алекс ни за что не решился бы покинуть остров вплавь. Не иначе как у него здесь с кем-то назначена встреча.
Они о чем-то спорили. Девушка осторожно приподняла голову и попыталась вглядеться в темноту. Сейчас луна скрылась за облаками, и две фигуры были едва различимы. Поскольку обе были примерно одного роста и телосложения, Каролин не смогла точно сказать, кто из них двоих Алекс. Иными словами, это мог быть кто угодно: родственник, знакомый, посторонний человек, мужчина или женщина, старый или молодой. В темноте толком не разберешь.
— Да катись ты! — донесся до слуха Каролин гневный возглас Алекса. Было видно, как он толкнул своего визави, сбил его — или ее — с ног и бросился бегом прочь по прибрежному песку.
