События развивались столь быстро, что у Каролин возникло ощущение, будто все это ей привиделось. Из своего укрытия она продолжала тупо и испуганно наблюдать за тем, как в ее воображении пляшут призрачные образы. В лунном свете блеснул ствол пистолета. Темная фигура незнакомца стремительно подалась вперед. Грянул выстрел. Правда, в ночном воздухе он скорее был похож на треск автомобильного выхлопа. Алекс дернулся и рухнул на песок. Даже с того места, где находилась Каролин, было видно, как по его спине расползается темное пятно крови. Она попыталась закричать, но из ее горла вырвался лишь сдавленный хрип.
Невольная свидетельница опустилась на песок, на прежнее место, чувствуя, что не в силах дышать. Ее с головой накрыла волна ужаса. Нужно было двигаться, вскочить на ноги, броситься за помощью, однако тело ее как будто превратилось в камень, и дышать было нечем. А каких огромных усилий ей стоило не грохнуться в обморок! Хотя кто знает, может, она зря не позволила блаженному бесчувствию захлестнуть все ее существо.
Она не представляла себе, сколько времени просидела, сжавшись в комок, за опрокинутой лодкой, пытаясь восстановить дыхание и успокоиться. Наконец, перестав хватать ртом воздух, она заставила себя подняться на колени и выглянуть из-за перевернутого киля лодки. Увы, похоже, она опоздала.
На пляже не было ни души. Облака уплыли, и серпик луны тускло освещал пустынный берег.
На узкой прибрежной полоске не было видно никаких следов. Прилив поднялся к прибрежным камням, и если кто-то и прошел по песку, море уже поглотило отпечатки его ног.
Прилив смыл и кровь. Тело Алекса, по всей видимости, унесло в море. Из-за сильных штормовых течений его не смогут найти еще несколько дней или даже недель. А может быть, вообще никогда не найдут.
Нужно позвать на помощь. Быть может, еще не поздно. Каролин утратила ощущение времени, хотя с того момента, как в Алекса выстрелили, прошло всего несколько минут. Возможно, он еще жив. Не исключено, что пуля могла попасть не в сердце, а пройти мимо. Каролин попыталась подняться на ноги, однако тотчас в испуге вновь опустилась на песок.
Кто-то стоял у начала тропинки и ждал. А также наблюдал. Свет уличных фонарей мерцал довольно далеко, и силуэт был виден плохо, расплывчато, но Каролин точно знала, что это не Алекс. Это мог быть только тот, кто в него стрелял. По всей видимости, убийца хотел убедиться, что свидетелей преступления нет.
Ночной воздух был пропитан холодом и сыростью. Каролин чувствовала, что продрогла. Футболка на ней намокла от росы, и дувший с океана ветер больно кусал кожу. Каролин сжалась в комочек, обхватив себя руками за плечи, в тщетной попытке хотя бы немного согреться. Ее присутствия не заметили, в этом она была уверена. Тот, кто убил Алекса, просто проявляет осторожность.
Впрочем, с чего она взяла, что Алекса убили? По крайней мере можно ли быть на сто процентов в этом уверенной? Да, в него стреляли, и она видела, как он упал, видела кровь на песке. Но не видела, как он умер.
Уткнувшись лицом в острые колени, Каролин закрыла глаза и, тяжело дыша, пыталась согреться собственным дыханием. Ей придется ждать. Как только убийца уйдет с берега, она побежит обратно, вернется в дом на Уотер-стрит, разбудит тетю Салли и все ей расскажет…
Вот только что она ей расскажет? Что ее единственный сын мертв? Убит неизвестно кем? Ведь она даже не может с точностью сказать, кто убийца, мужчина или женщина. И вообще, почему она сама не сделала ничего, чтобы спасти Алекса? Каролин подняла голову и посмотрела на море. Волны накатывали на берег, облизывая камни и песок. Даже сильный пловец не смог бы выжить в таком бурном прибое, что тогда говорить о раненом. Да, похоже, звать на помощь уже поздно.
Загадочная фигура по-прежнему стояла на том же месте, лицом к морю. Очевидно, терпения этому человеку не занимать. И Каролин не оставалось ничего другого, как, дрожа от холода, ждать, когда убийца уйдет.
Ее вывел из оцепенения звук детских голосов. Восторженный визг, радость по поводу того, что бабушка привела своих внучат на пляж покормить чаек. Каролин пошевелилась. Ощущение было такое, будто она вся покрылась коркой льда, а ее кости и мышцы замерзли и уже никогда не отогреются.
Было раннее утро ясного, солнечного дня. В небе с пронзительными криками кружили чайки. Снова начинался отлив. Он заберет с собой все следы того, кто когда-то был Александром Макдауэллом.
Усилием воли Каролин заставила себя подняться. Ощущение было такое, будто ее накануне жестоко избили. Едва передвигая ноги, она поплелась по ведущей к дому тропинке. Дети проводили ее удивленными взглядами, а их няня-немка поспешила отвести своих питомцев в сторону — от греха подальше.
В доме на Уотер-стрит было тихо и спокойно. Во дворе никаких полицейских автомобилей, в окнах ни лучика света. Каролин заметила движение в комнате над гаражом, но даже Рубен и Констанца еще не встали. Дрожа от холода, она прошла через черный ход и оказалась в пустой кухне. Затем на подгибающихся ногах поднялась по лестнице к себе в спальню и, обессиленно рухнув на узкую кровать, плотно закуталась в покрывало. Хорошо бы снять с себя промокшую одежду, но на это уже не было сил. Главное, поскорее согреться. Ее била такая сильная дрожь, что было слышно, как скрипят пружины кровати. Несколько секунд она лежала, прислушиваясь к резким звукам, затем закрыла глаза.
Она едва не умерла. Когда, проснувшись, остальные обитатели дома, к своему ужасу, обнаружили, что Александр исчез, прихватив всю имевшуюся в доме наличность и драгоценности, до которых только смогли дотянуться его руки, в доме на Уотер-стрит началась настоящая паника. О Каролин забыли. Им было не до нее в этой кутерьме паники, взаимных обвинений, вопросов полиции и агентов ФБР. Когда же Констанца наконец обратила внимание на то, что Каролин нигде не видно целый день, температура у больной зашкаливала, а тело сотрясалось от безудержных конвульсий.
Об исчезновении Александра ей рассказали лишь через пять дней, когда ее выписали из больницы. Салли все это время была рядом с ней. Ее красивое лицо сразу постарело от горя и тревоги. Лишь позднее Каролин узнала, что Салли осталась с ней, вместо того чтобы отправиться на поиски непутевого сына. Значит, Салли все-таки любила ее! Несмотря на всю свою боль, она одарила своим вниманием в первую очередь ее, Каролин.
Лишь спустя много лет подробности того происшествия вновь напомнили о себе. Однажды ночью, напуганная привидевшимся ей кошмаром, Каролин с криком проснулась. Она словно заново пережила события той жуткой ночи.
Александр Макдауэлл был мертв — это все, что она помнила. Кто-то стрелял в него и убил. Все прочие воспоминания были путаными и вызывали панический ужас. Впрочем, Каролин научилась не думать об этом. Научилась не задавать вопросов. И сны постепенно прекратились. Она смогла, наконец, загнать их во мрак забытого прошлого. Хотя Салли и тосковала по Алексу, но никогда не спрашивала, что ей известно о событиях той ночи. Со своей стороны, Каролин не хотела отнимать у нее надежду. Проще было забыть ту летнюю ночь, притвориться, что ничего не было.
