По пути в Джорджтаун Тома не покидали мысли о двух предметах: отражающемся в светильнике флаге и находящемся рядом смертоносном оружии.
Августовская ночь была все еще душной. Изредка вдали сверкала молния. Том закрыл окна и включил кондиционер, чтобы избавиться и от духоты, и от доносившегося с реки Потомак скверного запаха.
Сегодняшний вечер многое разъяснил, и эти открытия казались Тому зловещими. Неужели у его друга действительно такие непоколебимые убеждения?
«Победителей не судят…»
Сенатор Куп, без сомнения, не стал бы устраивать Дональда на работу в такое деликатное место закрытого типа, каким является отдел 239-Т, если бы он знал о радикальных наклонностях своего племянника. С другой стороны…
Том въехал на место стоянки перед роскошным старинным домом. В спальне Кэла еще горел свет. Он закрыл машину, вошел в дом и начал подниматься по лестнице.
…С другой стороны, как припомнил Том, явная воинственность начала проявляться в Дональде только после смерти матери. Оставшись совершенно без семьи, с единственным родственником – сенатором, Дональд дал себе полную свободу и сошелся с каким-то непонятным тайным обществом.
Дверь в комнату Кэла была полуоткрыта.
– Том? Тебе не кажется, что немного поздновато?
Том воздержался от резкого ответа и миролюбиво сказал:
– Я был у Дональда. Что-нибудь слышно от доктора Уайта?
– Все спокойно. Его командировка, должно быть, проходит по плану.
– Кэл, я…
– Что?
Направившись было в спальню брата, Том остановился:
– Ничего.
Кэл, одетый в купальный халат, появился на пороге и спросил:
– Ты хочешь продолжить разговор о колледже?
– Завтра, – бросил Том, удаляясь по коридору. – Я устал.
Войдя в свою комнату, Том включил кондиционер и разделся. Став под душ, он понял, что его остановило у дверей Кэла.
Чувство собственной глупости.
Конечно же, его подозрения относительно Дональда были не более, чем глупой фантазией. Откровенные разговоры, которые вел Дональд, еще никому не повредили и, скорее всего, дальше разговоров дело не идет.
А лазерный пистолет?..
Но множество людей в городе имеют оружие для личной защиты, ведь так?
Да, конечно. Однако их оружие официально ЗАРЕГИСТРИРОВАНО.
Этой ночью Том очень плохо спал.
4. ПОДОЗРЕНИЕ
На следующее утро Том не переставал размышлять о Дональде. Теперь он обдумывал возникшую вдруг проблему, соотнося ее с последним визитом вице-президента Хэнда, предупредившего о необходимости всем быть бдительными, и приходил к выводу, что, какими бы глупыми ни казались его подозрения, он должен для очистки совести рассказать о них Кэлу.
Том начал разговор по пути в Александрию. Ехать было тяжело. На горизонте поднималось жаркое марево, обещавшее снова душный день. Объезжая медленно двигавшегося по дороге водителя, Кэл нажал на сирену.
– Я уже говорил тебе, что вчера вечером был дома у Дональда, Кэл.
– И?..
– У него собралась компания очень странных друзей. Все они решительно настроены против политики разоружения президента Арчибальда. Они даже планируют провести демонстрацию, когда Арчибальд будет выступать в ООН.
– Это может принести неприятности сенатору Купу. Но не лишит Дональда работы, если он не нарушает закона. Так постановили в прошлом оппозиционно настроенные судебные власти – в конце правления Никсона.
– Но это еще не все.
Выглядевший усталым Кэл потянулся за своими солнцезащитными очками.
– Том, если твои сообщения не имеют первостепенной важности, давай не будем говорить о них. И без того хватает о чем беспокоиться в связи с нависшей угрозой. Я думал об этом почти всю ночь. Буквально каждый из нашего отдела прошел через самую строжайшую проверку, прежде чем был принят на работу. В том числе и Дональд.
– Но имей в виду, что Дональд проходил испытания больше года назад. После смерти матери он стал вести себя… совсем по-другому.
Поучительный тон брата вывел Кэла из себя, и он раздраженно спросил:
– Ты можешь сказать, что стряслось?
В ответ Том разозлился и весь ощетинился. Ему перехотелось говорить. Пусть Кэл потом сам расхлебывает последствия, если что-то случится.
Но так поступить он не мог. Когда Кэл повернул седан на кольцевую дорогу, ведущую в Александрию, Том снова заговорил:
– Вчера вечером Дональд сделал несколько совершенно возмутительных заявлений. Он считает, что Врата времени должны быть использованы для, как он называет, некоторых исторических поправок. Ему бы хотелось, например, провала президента Арчибальда на прошлых выборах.
– Я думал, что мозги у Дональда варят лучше.
– Мне кажется, он не понимает теорию альтернативности исторических процессов. А если понимает, то не верит в нее. Я пытался объяснить ему, но мне не хватает знаний.
– А у кого их хватает? – перебил брата Кэл. – Мы имеем дело с таким явлением, в котором невозможно что-то проверить, не пойдя на громадный риск. Кто может сказать, как изменился бы мир, если бы не пала Римская империя? Если бы не был распят Христос? Если бы Эдисон умер раньше, чем нашел нужную нить накаливания для своей электрической лампы? Появился бы другой Эдисон? Могли бы мы сегодня освещать свои города с помощью газа? Дональд наивен в своих суждениях.
– Люди с нарушенной психикой иногда понимают вещи слишком упрощенно.
– Я не замечал, чтобы у Дональда была нарушена психика.
– Но ты вряд ли когда-нибудь разговаривал с ним.
– Ты хочешь сказать, что лучше разбираешься в людях, чем я?
– Я хочу сказать, что знаю Дональда.
– Том, у нас достаточно проблем, связанных с необходимостью усиления охраны отдела. Так ни к чему еще придумывать…
– Я ничего не придумываю! Я только докладываю…
– Необоснованное подозрение, – кратко заверил Кэл. – Лично я не люблю Дональда. И никогда не любил. Он навязался на мою голову благодаря родству с сенатором. Но это родство не избавило Дональда от самых жестких проверок его благонадежности и психологических особенностей.
– Очень многое может произойти с человеком за двенадцать месяцев. Могут измениться взгляды, свойства характера.
– Я не хочу спорить с тобой, Том. У тебя есть конкретные доказательства того, что Дональд представляет опасность для отдела?
Лицо Тома помрачнело от обиды. Хмурое выражение вызывал еще и слепящий глаза блеск металла проезжающих мимо машин. Почему Кэл всегда уверен в своей правоте? Почему он не считает других хотя бы равными себе?
Том вспомнил о лазерном пистолете и хотел уже сказать о нем. Но, не видя у брата никакого интереса к разговору, он не заговорил об оружии, а ответил на вопрос Кэла:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
