Они предъявили свои удостоверения у дверей кафетерия, вошли и выбрали себе еду – витаминизированный бифштекс и коктейли – из светящегося меню на экране дисплея. На экране меньшего размера появились суммы, которые компьютер автоматически вычтет из счетов, куда поступает их зарплата. Меньше, чем через пять минут, дверцы в стене, слегка хлопнув, открылись и механические руки выдали подносы с горячей пищей. Крошечный кафетерий в отделе был филиалом большого автоматизированного предприятия питания, располагавшегося в надземном здании.
За столом Кэл то и дело смотрел на часы. Он всегда очень волновался, когда наступало время возвращения кого-то из исследователей.
Тому о многом хотелось бы поговорить с братом. Прежде всего снова о Дональде. Тому, в частности, хотелось спросить Кэла, почему бы Дональда не подвергнуть повторным психологическим тестам, которые он проходил год назад. Кроме того, оставался открытым вопрос о планах после колледжа. Но по какой-то причине он не начал разговора ни на одну из тем, решив повременить.
Почти в конце ужина Кэл сказал:
– Я думал, Дональд присоединится к нам.
– Он не работает сегодня вечером.
Кэл удивленно поднял бровь.
– Вчера он просил разрешения прийти к моменту возвращения Уайта. Я и не знал, что профилирующей дисциплиной в колледже является римская история, такой горячий интерес он проявил к тому, чтобы получить рассказ о Помпее из первых рук. Пришлось удовлетворить его просьбу.
Вконец обескураженный, Том ничего не ответил.
Они допили свои горячие витаминные напитки и вышли из кафетерия. Часы показывали без пяти семь.
Том обратился к часовому у серой металлической двери:
– Вы видели Купа?
Однако фамилия ни о чем не говорила новому человеку. Тогда Том описал Дональда. Охранник утвердительно закивал:
– Он пришел около двадцати минут назад.
– А доктор Стейн? Такой плотный, с бородой?
– Он вернулся приблизительно в шесть пятнадцать.
Кэл, показав пропуск, пошел по вестибюлю к красной двери. Том повернул к хранилищу костюмов. Наружная дверь была приоткрыта.
Войдя, он зажег свет и огляделся вокруг. Дональда не было. Четыре больших короба с костюмами так и остались нераспакованными. На боку одного из них Том заметил пробитую дырку величиной с полдоллара.
Вернувшись в вестибюль, он увидел желтую предупреждающую лампочку, горевшую над дверью фотолаборатории. Инженер, работавший в отделе неполный день, по-видимому, готовил свою аппаратуру для просмотра фильма доктора Уайта.
На часах пять минут восьмого. Еще рано идти к Вратам времени. Можно пока продолжить свою работу…
И вдруг распахнулась красная дверь. Появился Кэл и бросился бежать по вестибюлю, не глядя по сторонам. Том никогда не видел брата таким встревоженным.
Нажав на кнопку, Кэл открыл серую дверь и закричал:
– Объявляю тревогу. Никого не впускать и не выпускать.
Закрывающаяся дверь скрыла удивленное лицо стражника.
– Кэл, что случилось?
– Стейн без сознания. Думаю, на него напали.
Чувствуя сильное сердцебиение, Том побежал вслед за братом по туннелю.
Доктор Стейн лежал на полу в комнате с Вратами времени и стонал. На его левом виске была опасная рана. Уже успевшая засохнуть тонкая струйка крови протянулась по всей его щеке и достигла бороды. На белом пиджаке образовались пятна ржавого цвета.
Но беда заключалась не только в Стейне.
Была полностью оторвана лицевая обшивка одной из секций управляющего механизма и брошена на пол, вся искореженная. В нескольких местах была разорвана электропроводка внутри стены. В помещении стоял запах горелой изоляции.
Том бросил взгляд на сигнальные приборы. Они были в порядке. Значит, после выхода из строя контуров первой системы специальные регуляторы благополучно включили запасную систему второго уровня.
Похожий на раненого медведя, Стейн поднялся, опираясь на руки и колени.
– Лео? – пригнувшись, окликнул его Кэл. – Ты меня слышишь?
– У меня кружится голова, – и Стейн сильно затряс головой из стороны в сторону, как бы пытаясь прийти в себя. – Помоги мне подняться.
Подняв его, Кэл нетерпеливо спросил:
– Кто ударил тебя?
На лице доктора Стейна было выражение, в котором слились два чувства: удивление и ярость. Тяжело дыша, он сказал:
– Куп. Этот парень Куп. Он пришел сюда несколько минут назад и, на мой взгляд, вел себя очень нервно… – Стейн замолчал, чтобы перевести дыхание. – Извините. Одну минутку. Я как-то немного не привык, что меня бьют по голове.
Он закрыл глаза и вдруг покачнулся, но Кэл поддержал его, быстро схватив под локоть. Спустя несколько мгновений Стейн показал движением руки, что ему уже лучше. Кэл отпустил его. Стейн, шатаясь, дошел до платформы и сел.
– Как я сказал, поведение Купа показалось мне странным. Но для него это нормально – я всегда так считал и никогда не любил его. Он задавал один вопрос глупее другого о путешествии Уайта. Я был слишком занят, чтобы обращать на него внимание. Работал вон там… – Стейн показал на неповрежденную часть пульта управления в стене. – Услышав шум, я не обернулся вовремя. А он уже подбежал ко мне, в руках у него было оружие. По-моему, лазерный пистолет. Им он меня и стукнул…
Стейн дотронулся до раненого виска, на котором появился страшный кровоточащий синяк.
– Я попытался схватить пистолет, но он ударил меня ногой в живот – и я упал. Потом он снова бил меня по голове, а на закуску от всей души пнул ногой. И приступил к работе – у него был какой-то инструмент…
Немного помолчав, Стейн тихо добавил:
– Но в это время я, видно, потерял сознание, потому что дальше ничего не помню.
Кэл стремительно бросился к стене с приборами. Когда он оглянулся и заговорил, его голос был растерянным:
– Врата времени переналажены.
Стейн испуганно крикнул:
– Что?
Рука Кэла коснулась дисков набора кодов.
– Набраны новые пространственные и временные координаты.
– В какое время? – воскликнул Том. – И куда?
Стейн кивнул в сторону выведенной из строя панели.
– Он считает, что таким образом обеспечил себе надежность передвижения, Кэл?
– Очевидно. Надо быть отпетым дураком! Безумец! Как только он мог предположить, что сможет переналадить механизмы, настроившие Врата времени для переброски Гордона в его теперешнее местонахождение? Этот Куп достаточно долго здесь работал, чтобы успеть понять, что каждая система дублируется трижды. Если нарушить одну, вступает в строй другая.
– В том возбужденном состоянии, в котором пребывал Дональд в последнее время, – заметил Том, – он вполне мог решиться на такое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
