– Брось куртку в спальне и выпей бодрящего в кухне, – сказал Дональд. А потом крикнул в голубой полумрак комнаты, освещаемой двумя тусклыми светильниками: – С тебя причитается, Карлберг. Гейзер выиграл гонку.
На стене коридора, ведущего в маленькую спальню, висела круглая мишень. К ней была приклеена фотография президента Арчибальда, вырезанная из газеты. Из продырявленного фото торчали три стрелы: одна была во рту президента, две другие – в его глазах. Том даже вздрогнул.
Когда он продолжил свой путь, ему встретилась одна из девушек с открытой банкой бодрящего напитка в руках.
– Вы здесь в связи с демонстрацией? – спросила она.
– Какой демонстрацией? Нет, я друг Дональда…
На лице девушки появилось явное разочарование:
– Извините.
И она поспешно удалилась.
Том зашел в спальню, всю обстановку которой составляли кровать, письменный стол и два стула. Его внимание сразу же привлек огромный американский флаг, висевший на стене над кроватью. Во вращающемся пластмассовом диске, укрепленном на потолке, попеременно проплывали красно-бело-синие узоры. Это были отражения от трехцветного символа нации.
Том бросил свою куртку на кровать и направился в кухню. Там два лысых студента обсуждали вопрос о демонстрации, упомянутой девушкой. Как только Том вошел, они прекратили беседу.
Том достал из холодильника баночку лимонадной воды самой популярной марки, хлопнув кольцом, открыл банку и утолил жажду сладким, слегка шипучим напитком. Откуда-то издалека доносились раскаты грома.
Приблизительно через минуту Том начал испытывать приятное чувство расслабления. Лимонад получил название «Бодрящий» благодаря тонизирующему свойству химического вещества, лежащего в его основе, разработанного в специализированной научной лаборатории несколько лет назад. Изобретенный как заменитель спиртного напитка, «Бодрящий» вызывал в человеке эйфорию, не лишая его способности мыслить и не нарушая двигательных функций организма – независимо от количества выпитой воды. Употребление ее не сопровождалось никакими отрицательными последствиями. Этот шипучий напиток, способный поднять настроение, поглощали в больших количествах и молодые, и старые – к большой радости полиции, которой теперь не приходилось бороться с многочисленными когда-то пьяными водителями.
Один из студентов сказал другому:
– Мы планируем отъезд на вторник. Автобус уже заказан. Прибудем в Манхэттен к…
Толчок локтем собеседника, красноречиво напомнившего о присутствии Тома, заставил замолчать говорившего. Оба уставились на Тома.
– Никогда не встречал тебя здесь раньше, – сказал один из них Тому.
– Да, я здесь в первый раз. Я друг Дональда. Мне хотелось бы узнать о демонстрации. Когда она будет?
Студенты продолжали испытующе разглядывать Тома. Грохотал гром, и барабанил военный марш.
Наконец, один из студентов неопределенно пожал плечами и сказал:
– Арчи будет представлять свои последние предложения о разоружении в Организации Объединенных Наций через пару недель. Его ждет большой сюрприз, как только он приступит к своему докладу на ассамблее.
– Какой сюрприз?
– Во-первых, начнется массовая уличная демонстрация, которая с пением будет маршировать прямо перед зданием, куда он прибудет.
– Но это не все, – сказал другой студент. – Арчи придется признать, что власть принадлежит в этой стране народу, а в противном случае он долго не продержится. У нас есть планы, которые пошатнут…
Кивком головы бдительный студент снова дал знак товарищу не забывать об осторожности. И тот, предложил Тому:
– Ты лучше поговори с Дональдом.
– Все это интересно, – сказал Том. – Поговорю обязательно.
А в действительности то, что узнал Том, показалось ему ужасным. Чем больше он общался с друзьями Дональда, тем меньше они ему нравились.
Потягивая напиток из банки, Том вернулся в гостиную. Его друга окружили пятеро юношей, и все они о чем-то говорили, стараясь перекричать музыку. Том забился в угол, прислонился к стене и продолжал пить лимонад. Казалось, комнату наполнил туман, и все, что в ней происходило, было похоже на сон. Клубы сладковатого голубого дыма медленно перекатывались в тусклых лучах света.
Здесь затевается что-то опасное, думал Том.
Просидев незамеченным полчаса, Том встал. Дональд все еще спорил. Том подошел к нему вплотную и сказал:
– Мне пора уходить, Дональд. Уже поздно.
Отойдя немного в сторону от группы парней, Дональд повернулся к Тому:
– Непривычное для тебя собрание, да, Томас? Эти люди очень сильно одержимы…
– Здесь не самое лучшее место для сбора демонстрации, – в спорящей группе, оказалось, была и девушка, которая подала свой визгливый голос. – Я вам докажу это! Дональд, где та карта, по которой мы все размечали?
– В верхнем ящике, в спальне, – ответил ей Дональд и снова обернулся к Тому: – Как я понял, тебе не нравятся наши политические взгляды?
– Нет, конечно. Но тем не менее спасибо.
Насильно улыбнувшись, он сказал Дональду, что они завтра увидятся. Дональд махнул ему рукой и пошел назад к своим спорящим друзьям.
Когда Том подошел к спальне, из нее вышла с картой в руках та визгливая девица, которая хотела что-то всем доказать. Он взял свою куртку и начал натягивать ее на себя. И тут случайно его взгляд остановился на письменном столе. Верхний ящик был полуоткрыт. Выпиравший из-под футболки студента Гарвардского университета предмет Том сразу узнал по очертаниям.
Он глянул на дверь. Шагов не слышно.
Сделав два быстрых шага, он оказался возле стола и поднял футболку. Под ней лежал черный игольчатый пистолет с оптическим прицелом.
Номерной знак под патронником был полностью счищен. Значит, куплен нелегально. Только на контрабандном оружии стирают федеральный регистрационный номер.
На кой черт Дональду Купу этот лазерный пистолет?
Тому вдруг показалось, что кто-то за ним наблюдает. Он открыл дверь и выглянул из комнаты.
В коридоре никого не было.
Он быстро положил футболку на место, закрыл ящик и вышел из спальни.
По пути в Джорджтаун Тома не покидали мысли о двух предметах: отражающемся в светильнике флаге и находящемся рядом смертоносном оружии.
Августовская ночь была все еще душной. Изредка вдали сверкала молния. Том закрыл окна и включил кондиционер, чтобы избавиться и от духоты, и от доносившегося с реки Потомак скверного запаха.
Сегодняшний вечер многое разъяснил, и эти открытия казались Тому зловещими. Неужели у его друга действительно такие непоколебимые убеждения?
«Победителей не судят…»
Сенатор Куп, без сомнения, не стал бы устраивать Дональда на работу в такое деликатное место закрытого типа, каким является отдел 239-Т, если бы он знал о радикальных наклонностях своего племянника. С другой стороны…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
