не оглядываясь, покинул комнату. Приказываю телу это сделать.
Но не ухожу.
Наоборот, стою и жду ее следующего шага.
Глава 6
Каталана
Со мной что-то не так.
Всю жизнь мне часто так говорили, что я сама в это поверила. А сейчас у меня нет иных объяснений, почему флиртую с мужчиной, обладающим серо-голубой кожей и щупальцами. Ожидаю, что его кожа окажется липкой на ощупь, но она прохладная и приятная. Даже слегка резиновая, но не в плохом смысле слова.
– Я едва тебя не убил.
Голос Тэйна звучит низко и холодно, но он продолжает со мной разговаривать.
Будь я умна, то использовала бы его явное чувство вины для заключения сделки между нами. По условиям которой получу все, что только пожелаю, чтобы следующие семь лет в этом месте проходили терпимо.
Но уже давно поняла, что не отличаюсь умом.
– Ты можешь загладить свою вину.
Смотрю в его лицо, вглядываюсь в резкие черты, которые не позволяют ему быть всего-навсего симпатичным. Он суров, как сам океан. Его глаза черны как смоль, но не лишены эмоций. Особенно, когда он смотрит на мои губы, словно испытывает страдания.
Король Кракен хочет меня.
Эта мысль будоражит, что лишь подтверждает, какая я дурочка. Облизываю губы, и он следит за этим жестом, напрягшись всем телом так, что у меня по спине бегут мурашки.
– Как?
Он прокашливается, а когда заговаривает вновь, его голос звучит тише. Грубее.
– Как мне загладить перед тобой вину, Каталина?
Беги.
Беги сейчас же!
Но я не слушаю внутренний голос.
– Может, щупальцами, Тэйн? Сделаешь мне приятно?
Не знаю, почему кажется более безопасным попросить его прикоснуться ими, а не членом, но это так. Я говорила всерьез, что не хочу иметь детей, и хотя принимаю противозачаточные таблетки, мои вещи не перешли со мной в царство демонов, поэтому сейчас я не защищена. При всем моем безрассудстве, у меня есть границы.
– Ты хочешь секса.
Его голос становится еще холоднее, даже когда в глазах вспыхивает жар.
– Я едва тебя не убил, а ты хочешь удовольствия.
Никогда не признаюсь, сколько усилий требуется, чтобы беззаботно пожать плечами, будто вовсе не затаила дыхание.
– Как по мне, справедливая сделка.
Уверена, что он пошлет меня из-за этой извращенной логики. Почти надеюсь, что он так и сделает. Логика и впрямь извращенная. Он не желает мне зла, в этом уверена, но отнюдь обо мне не заботится. Это очевидно. Я ему даже не нравлюсь.
Оттого хочу его еще сильнее.
Знаю, что в итоге все закончится болью. Так всегда и бывает. Но эта мысль никогда меня не останавливала, не остановит и сейчас.
– Что скажешь?
– Скажи, если захочешь, чтобы я остановился.
Едва успеваю осмыслить его слова, а он уже движется. Вернее, движутся его щупальца. Они скользят по моим ногам и прихватывают край платья. Рывок и ткань расходится прямо по середине. Платье слишком облегающее, чтобы под него можно было что-то надеть, поэтому теперь от напряженного взгляда Тэйна меня не скрывает ни один клочок ткани.
Он обхватывает щупальцем мою талию и, подняв меня, движется к кровати. Вновь выдерживает осторожную дистанцию, оставшись стоять у края кровати и скользя щупальцами по моему телу. Обвив ими запястья, он поднимает руки над головой и пригвождает к матрасу. Еще двое щупалец обхватывают мои бедра и широко разводят в стороны.
Нежно. Он так дьявольски нежен со мной. Но это неважно. Пытаюсь вырваться, но с тем же успехом могла бы бороться с железными оковами, потому что не могу даже шелохнуться.
Меня охватывает такое сильное желание, что становится трудно дышать.
– Неплохое начало.
Он хмурит брови.
– Ты слишком много болтаешь.
Не обращаю внимания на его едкое замечание. Почти.
– Только потому, что ты плохо справляешься со своей задачей. В противном случае я бы вообще лишилась дара речи.
Делаю вдох, чтобы продолжить, но издаю стон, когда кончики двух щупалец тычутся в лоно.
Какой бы беззащитной сейчас себя ни чувствовала, не могу отвести взгляда от его лица, пока он смотрит между бедер.
Тэйн выглядит… страдающим.
Это что-то новенькое. Обычно, когда привожу партнеров в постель, они либо полны энтузиазма, либо максимально отстранены, но на меня никогда не смотрели так, будто я главный источник раздражения в жизни, но вместе с тем ко мне невозможно не прикоснуться. Это чувство пьянит, хотя и немного ранит.
Тэйн выбрал меня по условиям сделки. Отказался от предложения Азазеля обменять на кого-то другого. Принял мое ненавязчивое приглашение. Сорвал с меня одежду и распростер, как личный шведский стол.
Не понимаю, почему он ведет себя так, словно совсем этого не хочет.
Но спросить об это не могу, потому что он проникает в меня щупальцем. Никогда не испытывала ничего подобного. Оно не твердое, как член, пальцы или фаллоимитатор. И точно не такое теплое и влажное, как рот, хотя по ощущениям больше всего похоже на язык. Но поверхность не совсем такая. Его щупальце кажется прохладным, почти текучим, пока исследует меня внутри.
Боже, это приятно. Очень приятно.
Стараюсь держать глаза открытыми, чтобы следить за выражением его лица, упиваться сосредоточенностью. Неважно, что его будто бы раздирают противоречивые чувства. Он делает то, о чем попросила, доставляя мне удовольствие. И у него прекрасно получается.
Щупальце внутри меня извивается, и я кричу. Тэйн замирает.
– Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, – задыхаюсь я. – Продолжай.
Через мгновение он возобновляет движения. Вращает им. Смутно осознаю, что он просовывает щупальце все глубже, наполняя меня почти до ощущения дискомфорта, но удовольствие, пронзающее в такт биения сердца, лишает способности думать. Он использует присоски? Вот откуда размеренная пульсация внутри? Это очень приятно, но даже когда наслаждение нарастает, сомневаюсь, что смогу достичь разрядки.
– Клитор. Мне нужно, чтобы ты прикоснулся к клитору.
Он колеблется. А меня посещает истерическая мысль о том, что придется объяснять кракену, что такое клитор, но Тэйн не дает такой возможности. Еще одно щупальце скользит вокруг талии, по животу и к клитору. Он поглаживает почти неуверенно, и выражение его лица становится суровым.
– Моли об этом.
Я почти молю. Почти. Но я – это я, ни разу в жизни не сдавалась без боя.
– Заставь меня.
Щупальце движется обратно. Вскрикиваю в знак протеста, и он, воспользовавшись возможностью, просовывает другое щупальце мне в рот. Оно проникает неглубоко. И уж точно не причиняет боли, но я все равно потрясена. На языке ощущается его солоноватый вкус, а сами щупальца покрыты той же слегка
