и поручив подбежавшему рабу задать ему корма, он вошел внутрь постройки и, усевшись за грубо сколоченный стол, потребовал еды и вина, что моментально было исполнено – местные прислужники хорошо чувствовали уровень гостя, привыкшего повелевать. Насытившись, он крикнул хозяина, расплатился за обед и спросил, есть ли свободная комната, чтобы отдохнуть до вечера.
– Комнаты все заняты, но есть отдельно стоящий склад во дворе, – немного подумав, сказал носатый иудей, одетый в кетонет с длинными рукавами. – Там сейчас товара нет, но есть лежанка. Зато обойдется в два раза дешевле.
– Годится, – согласился Артабан. Он зверски устал, и хотелось скорей куда-нибудь прилечь. – Веди на склад, вот деньги.
В дверях они столкнулись с двумя странными посетителями, которые сразу же не понравились Артабану. «Закутаны по горло в черные плащи, а здесь такие не носят… И лица скрывают под повязками… От кого скрывают?» Он насторожился. С момента возложения на себя важной миссии, у него обострилось чувство опасности.
Зайдя на склад, Артабан увидел широкий и низкий лежак с наброшенной на него верблюжьей шкурой и стопку шерстяных одеял. Вдоль стен стояли большие глиняные кувшины. Дверь запиралась на своеобразный затвор: вмонтированные в стену два металлических крюка и деревянная затворная планка, приткнутая рядом. Он взялся за один из крюков и легко выдернул его.
«То есть эту дверь можно открыть пинком! Что-то здесь не так, что-то здесь не то, какие-то типы в черном, испорченный затвор… По недосмотру или с умыслом? Надо перестраховаться».
Артабан выложил на лежак несколько кувшинов, накрыл их одеялом, имитируя спящего, поставил перед дверью еще один кувшин, который непременно громыхнет, если резко открыть дверь, а сам расположился в затененной нише на верблюжьей шкуре. Распоясавшись, он положил мечи рядом, чтобы при случае моментально ими воспользоваться.
Его сон продлился недолго. Громыхнул разбитый кувшин, резко отворилась дверь, и в помещение влетели двое. Артабан быстро продрал глаза и, несмотря на скудное освещение, увидел, что это те самые, в плащах, которые встретились в харчевне. Один из незваных гостей подскочил к лежаку и с ходу рубанул мечом по кувшинной кукле. Второй остался на страже возле двери. Нельзя было медлить ни секунды. Артабан вынырнул из ниши, подхватив мечи и, находясь в полулежачем положении, одним взмахом отрубил ступню стоящему у двери. Тот дико взвыл от боли и рухнул на земляной пол. Этот был уже не боец. Артабан вскочил на ноги. Второй пришелец несколько растерялся, и его можно было прикончить сразу же, но следовало узнать, кто твои враги.
– Отдай то, что тебе не принадлежит, и останешься жив! – вскричал незнакомец, помахивая мечом. – Я посланник, тебе меня не победить.
– Я тоже посланник. А ты, стало быть, непобедим? Как этот? – Артабан пинком отправил окровавленную ступню в направлении незнакомца. Ему вдруг стало смешно. – Ты кто, чтобы я тебе внимал? Впрочем, я это сейчас и сам узнаю.
Против мастера фехтования, коим являлся Артабан, мало кто смог бы долго продержаться, поэтому бой длился меньше минуты. Обезоруженный противник оказался на полу, а в его грудь уперлось острие меча.
– Ты кто? Скажи – жив будешь. – Артабан покрутил мечом, вспоров одежду и поранив до крови тело противника.
– Ты никуда не скроешься, – прохрипел лежащий. – Тебя найдут и убьют. Отдай талисман.
– Ну ты упрямый. – Два взмаха меча, и противник лишился обоих ушей. Брызнула кровь. – А теперь я тебе отрежу чресла. Девок любишь? – На улице раздались хлопки крыльев и воронье карканье. – Вон, они уже ждут. Я их буду кормить твоим мясом, резать кусочками и кормить. Кто ты, кого ты представляешь. – Меч переместился и уткнулся в промежность противника.
– Я посланник «Братства Змеи». Я должен любым путем добыть «Орден Власти». – В глазах лежащего отчетливо проявился смертельный испуг. – Иначе меня убьют.
– Ты не сумел выполнить задание, и я избавлю твоих хозяев от лишних забот. – Взмах меча, и из горла поверженного фонтаном брызнула кровь. Немного подумав, Артабан добил его напарника. Выскочив наружу с двумя окровавленными мечами, он бросился к постоялому двору. Хозяин оказался на месте и сразу же все понял.
– Они мне хорошо заплатили, я отдам тебе эти деньги. – На его побледневшем лице выступили крупные капли пота.
– Оседлайте моего коня и пополните запасы. Мясо и вино, и чтобы самые лучшие, – распорядился Артабан.
– Будет исполнено, господин. – Хозяин было дернулся, но был остановлен резким окриком.
– Исполнят твои слуги, а ты будешь стоять здесь и гадать, убью я тебя или нет.
– Не убивайте, господин, все будет исполнено, господин.
«Надо отсюда быстрей выбираться – неизвестно, какие сюрпризы мне здесь еще заготовлены, – подумал Артабан. – Иди на звезду и бойся змеи… Вот она и проявилась эта змея».
Вскоре он несся вскачь по степи, оставив позади себя негостеприимный оазис. Порывистый зимний ветер поднимал тучи пыли, застил глаза и растаскивал полы плаща. А конь все скакал и скакал… Но только не в Вифлеем, а в сторону Иерусалима.
Вифлеем бурлил: каркали мятущиеся стаи ворон, кричали ишаки, скулили собаки, народ суетился, но целеустремленно двигался в одном направлении. Юродивый в драном хитоне кричал на площади истошным голосом: «Спаситель! Спаситель!», но получил дубиной по голове и затих. Артабан прекрасно знал о причинах подобного столпотворения, понимал, что несколько опоздал к началу действа, задержавшись в Иерусалиме, но это и не было важно – он должен передать важную информацию родителям новорожденного, и цель – вот она, близка, осталось совсем немного. По разговорам он узнал, что младенца назвали Иисусом и что он находится в хлеву, в пещере на окраине города.
Оставив коня на постоялом дворе, он поддался течению разношерстного людского потока. В толпе мелькали конные фракийцы, наемники царя Ирода, но не проявляли какой-либо активности. Пока не проявляли. Толпа густела по мере приближения к пещере, все чаще раздавались выкрики, славящие Спасителя, некто упавший кричал о помощи, но вскоре умолк, раздавленный десятками ног.
Артабан неуклонно приближался к цели, активно работал руками и ногами, протискиваясь сквозь толпу и раздавая тумаки направо и налево. Внезапно он заметил недалеко от себя фигуру в знакомом черном плаще, потом еще одну и сразу понял, кто это. «Достали-таки посланцы Змеи, обкладывают со всех сторон. Надо быстрей, осталось всего с десяток метров…» Он увидел Марию на выходе из пещеры и отходящих от нее волхвов, сделал последний рывок и внезапно почувствовал, как в его тело проникло что-то острое. Оказавшись рядом с волхвами, Артабан повис на шее одного из них и прошептал ему на ухо:
– Им надо идти в Иерусалимский храм, к благочестивому старцу Симеону. Это должно случиться неминуемо.
Секунду спустя он получил сильный удар по затылку, и свет в его глазах померк.
Артабан очнулся ранним утром. Он лежал абсолютно голый на шкурах в углу утлой комнатенки. Саднило в боку, гудела голова. Первые лучи солнца, проникающие через узкое оконце под потолком, освещали глинобитные стены, увешанные пучками засохших растений.
«Где я, где моя одежда и оружие, где пояс?»
– Эй, кто-нибудь! – Его голос звучал хрипло и надсадно. Мучила жажда.
Артабан привстал, осмотрелся и увидел стоящий рядом кувшин. Дотянувшись до посудины и убедившись, что внутри что-то плещется, он сделал несколько глотков. В кувшине было вино со странным привкусом.
«Ну, не отравить же меня хотели, иначе бы не держали здесь», – подумал Артабан и вновь припал к горлышку кувшина.
– Эй, кто-нибудь! – Его
