кто-то прошел, постукивая чем-то жестким, после чего кто-то слил воду в унитазе, а человек, стуча по полу, прошел обратно. Скорее всего, жена к Олегу Князеву не вернулась, исчезнув из его жизни, а сам Олег, действительно пока без костыля передвигаться не может, следовательно, пока из моих врагов он мне наименее опасен. Я вспомнил сладкие губы жены Олега – Олеси, а также дипломат с деньгами, которые Олеся забрала у Олега в качестве компенсации, и торжествующе улыбнулся – время Олега еще не пришло, его я оставлю на десерт.
Из известных адресов, которые были связаны с группой Князева известными мне были еще два – дача Олега, уютный домик, расположенный в городской черте, и квартира Инны, красивой генеральской дочки, с которой до последнего времени сожительствовал мой бывший приятель – Руслан Конев.
Квартира Инны была ближе и я, сначала, поехал к ней.
Судя по свету в окнах, Инна еще не спала, и я потопал по бесконечной лестнице наверх. Стоять, затаив дыхание у двери квартиры генеральской дочки мне пришлось десять минут, потом что-то скрипнуло и, до боли знакомый голос, человека, с которым мы многое прошли, гаркнул под самым моим ухом:
- Инна, а где полотенца?
Сука, он моется. Он моется, а потом ляжет с кровать с этой девицей со сложным характером и надменным выражением лица, и будут заниматься всякими безобразиями, а я тут мотаюсь по ночному городу, крадусь по лестницам, пугаю, курящих на лестничных клетках, мужиков длинным стволом своего ружья, а этот беглец просто живет у своей сожительницы! А где группа захвата, где ОМОН, проникающий в квартиру через окна, спустившись по системе тросов, сверху, где свето-шумовые гранаты «Заря»?
Эти гаврики что, никому не нужны? А если даже их задержат, какова вероятность, что пацанов закроют в СИЗО. Капитан де Тревиль, то есть, майор Окулов на голубом глазу скажет, что дал тройке оперов срочное задание привезти из Парижа алмазные подвести, и не о каком розыске эти славные милиционеры не знали. Их допросят по поводу денег с моей квартиры и, вероятно, выпустят под «подписку», а мне ходить и оглядываться, ожидая удара в спину?
К садовому обществу, расположенному у гоночного кольца я приехал в настроении «минус сорок», подошел к дому Князева, с карабином на плече, и здесь моя злость просто захлестнула меня с головой.
Из домика на нужном мне участке доносилась музыка, «Агата Кристи» была на войне, которая как на тебе. В ритм музыке, на втором этаже стонала женщина и явно не от боли, а на крылечке стоял и курил сигарету довольный, как слон, Вареник, с обмотанным вокруг бедер, полотенцем.
Я, не думая ни о чем, положил ствол карабина на перекладину соседского штакетника и стал совмещать мушку и целик оружия с грудиной моего, самого ненавистного, опера из команды Князева.
- Сержик, ты идешь? – из домика раздался хрипловатый, а ночью, особенно заводной, женский голос, и Вареник, который для кого-то был Сержиком, кинув на землю «бычок», шагнул в темноту дома.
Сука! Отвел Господь руку! Спасибо тебе, добрая девушка, что вовремя позвала этого урода и не дала мне подставится по полной.
Я сидел на каких-то трухлявых досках, ждал, когда уймется сердцебиение. Ко мне подбежал, бегавший по окрестностям Демон, посмотрел вопросительно, потом стал тщательно вылизывать лицо.
- Молодец, молодец, собачка… - я как за спасательный круг вцепился в загривок пса, перебирая пальцами жесткую шерсть и постепенно успокаиваясь. Не понимаю, что на меня нашло? Накатили воспоминания, как Вареник впинывал меня ногами на полу дежурки в бытность мою БОМЖом, без памяти и осознания себя, или как он тащил меня за ногу по коридору РОВД… Так я вроде бы рассчитался с Сержиком, кожа на лице, до сих пор, вся в волдырях и шрамах.
- Пойдем, Демон. Пойдем отсюда. – Я последний раз оглянулся на уютный домик, где две парочки молодых-красивых, занимались сексом, не давая спокойно спать пенсионерам с двух соседних улиц – звуки в этом тихом месте, посреди большого Города, доносились удивительно далеко. Нет ребята, эту халяву я для вас закончу, не позднее, чем завтра. Я еще не знаю, как, но, беззаботно отдыхать здесь, со своими подругами, вы больше не будете.
В пять часов утра я вернулся к дому Инны. Если вы живете на нелегальном положении в квартире, куда может нагрянуть милиция, это самое время, когда из квартиры надо уходить. Пять часов еще ночь, шесть часов – уже утро, и в шесть часов в вашу дверь могут начать настойчиво тарабанить, предварительно вырубив подачу электроэнергии в подъездном электрическом ящике. Я очень хотел узнать, чувствует ли себя мой бывший приятель в квартирке своей сожительницы безопасно, или он каждое утро покидает свою ночную лежку. Эта морда до шести часов утра из квартиры не вышла, значит настоящим беглецом он себя не ощущает и находится в подполье в комфортных условиях.
Я представил, как группа Князева, в полном составе, придет к кассе РОВД, получит начисленную заработную плату, да еще и с премией по итогам работы за прошлый месяц и истерично засмеялся. А меня, стукача, посмевшего вынести ссор из избы и вообще, ведущего себя не по-пацански, просто отошлют из РОВД подальше с дурацким заданием, чтобы не устраивал скандал.
Достало меня это все, буду считать, что период сбора информации закончен.
- Сиди здесь. – я погрозил уставшему за ночь Демону пальцем и вышел из машины.
В дверь квартиры Инны мне пришлось стучать минут пять, прежде чем с той стороны дверного полотна раздался женский голос.
