– Тогда решено, – сказал Краймонт с удовлетворением. – А завтра вечером, дорогие дамы, мы с Хавергалом приглашаем вас пообедать в «Ройал Оук». Там великолепно готовят говяжье филе. – И он повернулся к Летти. – Не подскажете ли, куда здесь можно прокатиться после обеда, мисс Бедоуз?
Ударение, которое он сделал на ее имени, придало фразе характер вопроса.
Провести день в обществе герцога и красивейшего из виконтов было слишком большим соблазном. Вместо того чтобы напустить на себя вид холодного снисхождения, она ответила любезно:
– Кентербери недалеко отсюда.
– Прекрасно! Нужно будет заехать к дядюшке Кларенсу – архиепископу, – пояснил он назидательно.
– О, Господи! – прошептала Виолетта. Лицо ее приняло выражение, которое у нее обычно появлялось, когда она читала романы о фантастических чудесах.
Краймонт быстро допил чай.
– Благодарю. Счастлив был познакомиться. Но мне пора. Я знаю, что Хавергал остановится у вас, а я заказал номер в «Ройал Оук». – Когда удобно зайти к вам завтра, мадам?
Хавергал заерзал от смущения.
– Я вовсе не собираюсь здесь останавливаться, – пробормотал он сердито.
– О, пожалуйста, останьтесь, – воскликнула Виолетта. – Мы специально приготовили для вас комнаты, вам не следует искать пристанища где-то на стороне.
Хавергал вопросительно смотрел на Летти, боясь ответить, прежде чем она не подтвердит приглашения. Она же делала вид, что не замечает, будучи не в силах так быстро принять решение.
– Ну что ж, если вы уверены, что я не доставлю вам лишних хлопот… – произнес наконец виконт, обращаясь к Виолетте.
Она улыбнулась, и вопрос был решен. Летти повернулась к Краймонту:
– Вас устроит завтра в два тридцать, Ваша Милость? – Ей раньше не приходило в голову, что когда-нибудь придется произносить «Ваша Милость» или «Ваша Светлость». Хотя, справедливости ради, нужно было признать, что герцог производил менее внушительное впечатление, чем виконт. – Отлично!
Обменявшись приличествующими случаю поклонами и любезностями, Краймонт ушел. Хавергал проводил его вниз до двери, пытаясь придать как можно более непринужденный характер этому неположенному по этикету поступку. Дамы поняли, что джентльменам нужно что-то сказать друг другу, и сгорали от любопытства. Летти даже пересела на другое место, чтобы видеть выходящих, но расслышать разговор ей не удалось.
Появился Сиддонс с накидкой Его Светлости и пышным головным убором. Краймонт при помощи дворецкого облачился в эти атрибуты туалета, необходимые для путешествия, и, подмигнув многозначительно Хавергалу, вышел из дома. В этом подмигивании Летти уловила столько злого смысла, что ей стало не по себе, но не хотелось думать, что Хавергал подстроил визит герцога с дурными намерениями. Когда герцог приехал, вспоминала девушка, виконт был искренне удивлен, по крайней мере так всем казалось, даже заинтригован, и не сразу овладел собой.
Сначала, когда Хавергал вышел из «золотого зала», чтобы проводить Краймонта, Летти фыркнула:
– Вот еще! Можно подумать, что он здесь хозяин, а не я!
– Тише, Летти, он может услышать, – испугалась Виолетта.
– Пусть слышит. Грубиян! Я могу ответить тем же, не обязана с ним церемониться! Возьму газету и буду читать в его присутствии. Пусть знает!
Вернувшись в комнату, он застал ее поглощенной чтением. Однако привычку к хорошему тону оказалось нелегко нарушить, и вскоре она отложила газету.
– Пожалуйста, мисс Летти, не обращайте на меня внимания. Прошу вас, не прерывайте чтения, – сказал Хавергал вежливо.
Она попыталась возразить, но Виолетта тут же пожелала заполучить его в свое распоряжение, уж больно ей не терпелось посудачить о герцоге, и Летти вернулась к чтению, стараясь в то же время не упустить ни слова из их беседы. Она узнала, что герцог Краймонт очень богат, кое-какие подробности о его поместье, но за полчаса, что те двое разговаривали, она не уловила ничего, что характеризовало бы герцога с положительной стороны. То, что он унаследовал колоссальное состояние, было, конечно, недурно, равно как хорошие манеры и не совсем неприятная внешность. Но, казалось, это было все, что о нем можно было сказать.
Короче, герцог был сделан из того же теста, что и Хавергал. Фортуна их баловала, но для окружающих в этом был небольшой прок. Другими же ценностями они оба обладали в минимальном размере. Более значительное состояние герцога уравновешивалось незаурядной внешностью виконта и умением расположить к себе людей. Конечно, они с Виолеттой должны быть польщены визитом столь знатных особ и их желанием сопровождать их на бал, но, с другой стороны, не следовало и забывать, с какой целью они приехали. Хавергалу, при его неумеренной расточительности, нужны были деньги, а Краймонт, как догадывалась Летти, просто создавал для него фон, обеспечивал тылы.
Спустя полчаса Хавергал потянулся и сказал:
– Дорогие леди, не смею вас дольше задерживать. Я не имею в виду, что у вас усталый вид и вам нужно отдохнуть именно по этой причине, – добавил он галантно.
– Вы уже покидаете нас? – произнесла Летти с напускным разочарованием, откладывая чтение.
– Поездка была утомительна. – Желая ее отблагодарить, он подошел и заглянул в газету, которую она читала. – Что же так увлекло вас в этом листке, мисс Летти?
Она подняла глаза и почувствовала, как внимательно изучают ее эти лучистые глаза, обрамленные на редкость красивыми ресницами. Шаржи, пожалуй, не слишком преувеличивали это несомненное достоинство его внешности.
Бросив быстрый взгляд на заголовок, она сказала:
– Да вот, читала статью о новом законе о лекарствах. В нем говорится, что неквалифицированным врачам будет запрещено иметь практику.
– Давно пора, – согласился Хавергал. – Уж слишком много развелось шарлатанов и кровопийцев, которые паразитируют на своих пациентах. Интересно, каковы же будут критерии для определения квалификации?
Она лихорадочно пробежала колонку.
– При аттестации нужно будет сдавать специальный экзамен, разработанный Фармацевтическим Обществом. Не хотите ли прочитать статью, лорд Хавергал?
– Если она вам больше не нужна, я, пожалуй, ее почитаю.
– Да, пожалуйста, я уже кончила. Она сложила газету и подала ему.
Это был намек, что ему следует удалиться. Он присел на подлокотник дивана и заглянул в газету.
– Вы обратили внимание, что у «Таймс» шрифт в этом году более четкий, чем раньше.
– Да, я заметила это, – согласилась Летти. – Помнишь Виолетта, мы об этом не так давно говорили? Я жаловалась, что газету трудно читать без очков, и вдруг шрифт изменился.
– В ноябре они перешли на более усовершенствованные печатные станки, которые приводятся в движение паром, – сообщил Хавергал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
