6
Равенна ходила кругами по зеркальному залу и, звеня кольчужными браслетами, царапала ногтями каменные стены. Содранная кожа на кончиках пальцев уже начала кровоточить, но королева ничего не замечала. Ее мысли были заняты Белоснежкой. Девчонка пряталась где-то за стенами замка, и сердце по-прежнему билось у нее в груди. Она все еще была жива.
Похоже, королева упустила свой шанс. Белоснежка столько лет просидела в башне, а теперь исчезла. Равенна не могла понять, почему она раньше не догадалась. Почему не заметила алых губ, белоснежной кожи, волос цвета ночи. Ведь вся эта красота была так близко и только и ждала, чтобы она, Равенна, ею воспользовалась. И вот теперь все пропало.
Раздался негромкий стук. Дверь открылась, и в зал заглянул Финн. Лицо его было располосовано гвоздем Белоснежки. Равенна в ярости повернулась, кинулась к брату и изо всех сил ударила его кулаком в грудь.
— Ты обещал защищать меня! — закричала она, и каждое ее слово было наполнено невыносимой болью. — Ты понимаешь, что значит для нас эта девчонка? Это мое будущее. Она для меня все.
Равенне было тяжело дышать. Она чувствовала, как стены давят на нее. Пока Белоснежку не поймают, могущество Равенны будет под угрозой.
— Я ведь говорил тебе, — взяв сестру за руку, тихо сказал Финн, словно ничего страшного не произошло. — Ее загнали в Темный лес. Она, вероятно, уже мертва.
Равенна покачала головой. Вина полностью лежала на Финне, на ее родном брате! Как он мог так с ней поступить?! Даже здесь, в стенах замка, невозможно было найти абсолютную преданность. Она никому не могла доверять. Эта девчонка, такая юная, такая слабая, удрала, напугав Финна каким-то гвоздем.
А может, он сам отпустил ее? Или специально поддался ей, понимая, что его оплошность позволит ей обрести свободу? Ведь он так часто по утрам поднимался наверх и наблюдал за спящей красавицей.
«Я так и знала, — подумала Равенна и еще крепче сжала руку брата. — В глубине души он любит ее».
— Какая мне польза, если девчонка там пропадет? — раздраженно буркнула она. — В Темном лесу мои чары не действуют. Мне нужно ее сердце.
Равенна еще раз ударила брата кулаком в грудь. Ей было приятно видеть, как он морщится от боли. Она обрушила на него град ударов, но он перехватил ее руку.
— Разве я не служил тебе верой и правдой? — спросил Финн.
Его серые глаза пристально смотрели на сестру. Он словно хотел напомнить ей о бесчисленных приказаниях, которые он всегда послушно выполнял. О королевских подданных, которых он посадил в темницу, а потом казнил. О девушках, которых привел в замок, чтобы она могла забрать их красоту и молодость.
— А разве я не служила тебе верой и правдой? — вырвав руку, прошипела Равенна. Ей хотелось напомнить о существующей между ними связи. — Разве нет?
Ради него она оставалась сильной и могущественной. Не будь ее магии, враги уже давно захватили бы замок. И убили бы их обоих.
Они молча стояли, глядя друг другу в глаза. Затем Равенна дотронулась до щеки брата. Она провела большим пальцем по открытой ране, и под ее волшебным прикосновением кровь исчезла, а рана затянулась. Равенна убрала руку. На лице Финна не осталось даже шрама. Кожа стала гладкой, как прежде.
— Больше я тебя не подведу, — потрогав место, где только что была рана, прошептал Финн и почтительно склонил голову. — Я привел кое-кого, кто хорошо ориентируется в Темном лесу. Этот человек может найти ее. Если ей, конечно, удалось выжить.
Сердце Равенны наконец перестало беспокойно биться. Она взглянула на Финна, на лице которого играла самодовольная ухмылка.
— Хорошо, братец, — улыбнулась она, и зловещий смешок сорвался с ее губ. Она представила себе, как Белоснежка в одиночестве бродит по лесу, и снова засмеялась, на сей раз громче. Они обязательно ее поймают. Не позднее завтрашнего дня Белоснежка будет здесь. — Очень хорошо, Финн, — взяв брата за руку, сказала она и направилась к двери. — Теперь отведи меня к нему…
Эрик подошел к окну тронного зала и стал наблюдать за воронами, которые, нахохлившись, сидели на карнизе и смотрели вниз на склон холма. Никчемные создания. Он запомнил их со дня похорон Сары. Тогда они, пристроившись на крыше церкви, вертели головами и разглядывали окрестности. Будто двое непрошеных гостей. Они оставались там на протяжении всей церемонии, словно олицетворение зла, и периодически каркали. Когда священник снова вошел в церковь, Эрик, который был больше не в силах выносить карканье ворон, бросил в них камень, но не попал.
И вот спустя много лет он стоял в королевском замке. Его рубашка пропахла потом и виски. Штаны были давно не стираны, а карманы пусты.
Однако он чувствовал такую же печаль и злость, как тогда. Сара, его милая Сара, ушла из жизни. Он стукнул ладонью по стеклу, чтобы прогнать птиц.
В противоположном конце зала двое часовых угрожающе подняли мечи. Эрик только рассмеялся в ответ. У него все тело болело после прошлой ночи. Всякий раз, как он поворачивал голову, правый висок пронзала острая боль, а любое резкое движение вызывало головокружение. Похоже, состояние похмелья пройдет еще не скоро.
— Ну, где она? — крикнул Эрик стоявшим у двери стражам в черном.
Голос его гулко разнесся по просторному тронному залу. Но никто ему не ответил.
Когда за ним приехали, Эрик как раз пил в деревенской таверне, причем успел надраться сильнее обычного. Так что оказался он здесь не по собственной воле. Его просто взяли и закинули на спину лошади, а он был до того пьян, что не мог сопротивляться.
«Королева требует доставить тебя в замок», — сказали ему.
Больше в его памяти ничего не осталось. Эрик все еще не понимал, зачем это он ей понадобился. В настоящее время он чувствовал себя совершенно бесполезным. От коров и то больше проку. Если королеве и требовалась чья-то помощь, то точно не его. Он провел рукой по сальным волосам, убрав их со лба.
Королева вошла в тронный зал. Сзади нее шагал молодой человек. Эрик даже не сразу его заметил: так потрясла его красота королевы. Она вся сияла. Ее кожа светилась, на щеках играл румянец, светлые волосы были заплетены в косы. Королева распахнула иссиня-черную мантию и открыла платье с приспущенными плечами и таким глубоким декольте, что вся грудь была напоказ. Платье из необычной металлической ткани было отделано волчьими зубами. Женщина пристально смотрела на него голубыми глазами. Ее пронзительный взгляд словно требовал, чтобы Эрик встал по стойке смирно. Что он немедленно и сделал. Формально она была его королевой. Черной королевой. Эрик никогда еще не видел ее так близко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
