Открыв наконец глаза, Равенна обнаружила, что бронзовая статуя снова стала обыкновенным зеркалом, отражавшим голые стены. Человек из зеркала исчез, но его слова все еще звучали в ее ушах: ты обретешь бессмертие…
4
Белоснежка прижалась лицом к прутьям решетки. Розу увели час назад. Белоснежка видела, как Финн с солдатом поднялись по лестнице и вытащили девушку из камеры. Роза кричала и брыкалась, так что солдату пришлось схватить ее за ноги. И как Белоснежка ни умоляла их оставить девушку в покое, они поволокли бедняжку вниз.
Девушка очень надеялась, что с Розой ничего плохого не случилось. Все это просто недоразумение, пыталась убедить себя Белоснежка, и Розу скоро отпустят, не причинив ей вреда. Но беспокойство не оставляло ее, ведь она слишком хорошо знала Равенну. Белоснежку не покидало ощущение, что их сегодняшний разговор был последним, в чем бы Роза ни провинилась, если она вообще в чем-то провинилась.
Меряя шагами узкую камеру, Белоснежка в отчаянии ломала руки. Все происходящее плохо укладывалось в голове. Герцог Хэммонд жив. Уильям сражается под знаменами ее отца. Сама мысль об Уильяме и его отце давала надежду. Камера теперь казалась теснее. Белоснежке стал невыносим запах плесени, шуршание тараканов по ночам. Она так страдала без солнца. Годами дремавшие чувства проснулись. Ей захотелось выбраться на волю, сбежать из промозглой темницы и отправиться на поиски герцога Хэммонда. Ей захотелось снова обрести семью.
Но тут ход ее мыслей нарушил какой-то свист. Девушка повернулась и увидела двух сорок, примостившихся на карнизе. Со времен раннего детства она помнила этих особенных, ни на кого не похожих птиц. Блестящее черное оперение делало их хорошо заметными на фоне сизого неба. У них были длинные хвосты и отливающие поразительно яркой синевой перышки на крыльях. Птицы кивали Белоснежке, словно это она вызвала их с помощью какой-то магической силы.
Девушка подошла к окну и принялась наблюдать. Птицы взмахнули крыльями, и переливчатые синие перья заиграли в лучах солнца.
— Вы хотите мне что-то сказать? — тихонько спросила Белоснежка, гадая про себя, не слишком ли она расфантазировалась. — Что вы здесь делаете?
Сороки запрыгали по карнизу к скату крыши. Кровельная дранка местами прогнила. Черный деготь размяк от солнца. Белоснежке потребовалась секунда, чтобы заметить между птичьими лапками кровельный гвоздь. Он торчал под углом, и дотянуться до него не составляло труда.
Девушка просунула руку сквозь металлические прутья и взялась за гвоздь. Длиной он был сантиметров восемь, и нижняя часть его по-прежнему сидела в дереве. Белоснежка толкнула гвоздь вперед, потом назад, вперед-назад, вперед-назад и в конце концов хорошенько раскачала его. Сороки сидели на крыше поблизости и смотрели, как она бьется с ржавой железякой. Девушка уже практически вытащила гвоздь, когда из каменного коридора донесся звук шагов. Она услышала приглушенные всхлипывания Розы и скрип двери в ее камере. Роза была жива. Радость придала Белоснежке сил.
Сороки, почувствовав опасность, перелетели на росшее неподалеку дерево.
— Давай же! Давай! — бормотала Белоснежка себе под нос.
Она дернула гвоздь со всей силы. Потом еще раз. Финн захлопнул дверь камеры Розы. Девушка услышала звук приближавшихся шагов. Теперь он шел к ней. Белоснежка дернула в последний раз, гвоздь выскочил, и девушка упала на спину. Она забралась на кровать, натянула на себя одеяло и сжала в кулаке ржавый гвоздь.
Белоснежка сделала вид, будто крепко спит. Финн был уже совсем рядом. Его каблуки громко стучали по каменному полу. Наконец она открыла глаза, словно только что проснулась.
— Я разбудил тебя? — спросил Финн и, повернув ключ в замке, вошел в темницу.
Белоснежка покачала головой и еще сильнее сжала гвоздь, не понимая, что на сей раз нужно ее тюремщику.
— Вы никогда раньше не заходили ко мне, — тихо произнесла она и повернула зажатый в руке гвоздь острым концом наружу.
Финн, будто зачарованный, пристально смотрел на нее. Белоснежка изогнула губы в едва заметной улыбке, стараясь подманить его взглядом.
— Королева не позволяла, — объяснил он. — Она хочет, чтобы ты принадлежала только ей.
— Я боюсь ее, — предприняла еще одну попытку Белоснежка.
Девушка во все глаза разглядывала Финна. Его лицо ничуть не изменилось с того дня, когда они впервые встретились на королевской свадьбе. Светлая кожа Финна сохраняла юношескую свежесть. Безупречно подстриженные русые волосы были зачесаны вперед, чтобы скрыть слишком большой лоб и заостренный нос.
Финн шагнул поближе и примостился на краешке кровати. Белоснежка глубоко дышала, стараясь сохранять спокойствие. Она села на кровати, прижав колени к груди, по-прежнему стискивая в кулаке гвоздь.
— Тебе не о чем волноваться, принцесса, — успокоил ее Финн и дотронулся до ее руки. — Больше тебя не станут держать взаперти.
Финн, как всегда, был в камзоле из черной кожи, такой блестящей, что в ней, как в зеркале, отражалось лицо Белоснежки. Высокий воротник закрывал шею. Девушка еще сильнее сжала ржавый гвоздь.
— Что ей от меня надо? — спросила она, подняв глаза на Финна.
Он осторожно убрал волосы с лица Белоснежки. Толстые пальцы задержались на ее скуле. Девушке потребовалось все самообладание, чтобы не показать ему, насколько ей претят его прикосновения.
Потом он опустил руку и выхватил из ножен кинжал. Все произошло так быстро, что она не сразу поняла, в чем дело.
— Твое горячее сердце, — ответил Финн, сжав рукоять кинжала.
Белоснежка посмотрела на блестящий клинок, затем заглянула в его бесчувственные глаза. А потом замахнулась и недрогнувшей рукой вонзила гвоздь ему в щеку, распоров ее до подбородка. Из раны потекла кровь, обагрив его пальцы и запачкав шерстяное одеяло.
— Что ты натворила? — пробормотал оторопевший Финн.
Он попытался было встать на ноги, но Белоснежка с силой ударила его ногой в бок. Она сорвала висевшие у него на поясе ключи и кинулась к двери. Ее сердце бешено колотилось от страха.
Девушка захлопнула за собой дверь, и замок защелкнулся. Затем она бросилась к темнице Розы и попробовала первый ключ из связки. Он не подошел. Она вставила в скважину второй ключ, потом третий. Замок не отпирался. Белоснежка провела пальцем по оставшимся ключам. Их было не меньше сорока. В горле у нее пересохло.
— Охрана! — крикнул Финн. — Охрана!
За металлическими прутьями показалось его окровавленное лицо. Белоснежка заглянула в камеру Розы и ужаснулась. У дальней стены сидела старая женщина с морщинистым лицом. Жесткие седые волосы падали ей на спину. Одета она была в знакомое платье, широко расставленные голубые глаза тоже не изменились, но узнать Розу было практически невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
