— Начинайте осаду, — приказала она, продолжая смаковать нежное мясо.
Вперед выступил другой генерал. Его лицо украшала густая борода, и ростом он был пониже остальных.
— Горы и лес обеспечивают им безупречную защиту, моя королева, — заметил он, нервно сжимая и разжимая руки.
Равенна встала, мантия упала на пол, и все увидели серебристо-золотое платье, переливавшееся при каждом ее движении. Она ничуть не изменилась за десять лет. Кожа была нежной и гладкой, на лице не было ни морщинки. Она выглядела даже моложе, чем тогда, когда встретилась с королем. Год от года Равенна становилась только красивее. Время было не властно над ней.
Она резко наклонилась вперед, наставив на генерала указательный палец.
— Значит, выманите герцога оттуда! Сожгите все деревни, которые его поддерживают. Отравите их колодцы. Насадите головы непокорных на пики и украсьте ими дороги!
Черный Рыцарь встал перед вызвавшим гнев Равенны генералом, словно хотел защитить его.
— Моя королева, — склонив голову, сказал он, — они нападают на нас. Повстанцы уничтожают наши запасы продовольствия. Гномы грабят повозки с деньгами.
Равенна была больше не в силах всего этого терпеть. Оправдания, вечные оправдания. Она выхватила указку из руки Черного Рыцаря и с размаху стукнула его по ногам.
— Гномы?! — воскликнула королева, наслаждаясь глухим звуком от удара дерева по металлу. — Это же полулюди!
Черный Рыцарь покачал головой. Он снял металлический шлем и убрал со лба волосы.
— Когда-то они были благородными воинами, моя королева, — словно оправдываясь, произнес он. — Мы схватили двоих повстанцев. Что нам с ними делать? Казнить?
Равенна усмехнулась, потянулась к чаше с птицами и вытащила еще одно сердце. Она разжевала его и с удовольствием проглотила сочное мясо.
— Нет, — ответила она. — Я хочу сама их допросить. Приведите их сюда.
Черный Рыцарь подал сигнал солдату, стоявшему на часах в дальнем конце тронного зала. Тот мгновенно исчез за массивными деревянными дверьми. Равенна раздраженно расхаживала взад и вперед перед генералами. Она не допустит, чтобы ее королевство захватили мятежники. Где бы они ни прятались, она найдет их. И не остановится, пока не уничтожит всех до одного. Их деревни должны сгореть дотла, а дети — стать ее пленниками. Конечно, на это уйдет время, но она добьется своего. Надо только сохранить красоту и не терять своей силы.
Равенна выглянула из окна, чтобы посмотреть, что происходит за стеной замка. Крестьяне копошились в кучах отбросов, выискивая что-нибудь съедобное. Женщина с грудным младенцем на руках с истошным криком отнимала у стоявшего неподалеку мальчугана куриную кость. Равенна, шурша блестящими металлическими юбками, наблюдала за ними. Когда-то они с Финном тоже бедствовали. Они были нищими цыганами с кибиткой вместо дома. И что сделал король? Он не пощадил тогда даже женщин, посчитав их предателями. Разве она не стала более великодушным правителем, чем он?
Вернувшийся солдат тащил за собой двух пленников. У того, что постарше, были седые волосы и глубокие складки возле рта. Один глаз у него заплыл и покраснел. На руке зияла кровоточащая рана. Вторым пленником оказался красивый молодой парень, вдвое моложе первого. Рваная рубаха не могла скрыть широких плеч и рельефных мышц. Ему, похоже, удалось остаться целым и невредимым.
Равенна сделала шаг вперед. Оба пленника дерзко подняли на нее глаза, в которых горел внутренний огонь. Старший дернулся, попытавшись вырваться из рук солдата.
— За время вашего правления мы потеряли все, — бросил он в лицо Равенне. — Мы не остановимся, пока не освободим королевство.
— Не все, — возразила Равенна, рассматривая стоявшего рядом с ним красивого парня. — Это ведь твой сын? Как ты смеешь так непочтительно разговаривать со своей королевой?
Она взяла юношу за подбородок и заглянула в его серые, как камень, глаза. Равенна погладила юношу по щеке, и он несколько мгновений терпеливо сносил ее ласку, но затем одним резким движением оттолкнул солдата, выхватил у него кинжал и всадил в грудь королеве.
В зале воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы к кинжалу. Равенна с трудом сдержала смех. Она даже ничего не почувствовала. Благодаря полученной от матери силе она была настолько неуязвима, что ни один самый острый клинок не мог лишить ее жизни. Равенна вытащила кинжал из груди. Отверстие тотчас же затянулось. Из него не вытекло ни капли крови. От раны не осталось и следа. Там, где только что торчал клинок, кожа снова была безупречно гладкой.
Парень в ужасе смотрел на Равенну.
— Неужели ты хотел убить свою королеву? — прищурив голубые глаза, спросила она и почувствовала, как в ней закипает гнев. Смешиваясь с пульсирующей в жилах кровью, он делал ее еще сильнее, чем прежде. — Ты красив и отважен. Но насколько выносливое у тебя сердце? — прошипела королева юноше в ухо.
Она положила руку ему на грудь. Лицо парня исказилось. Он попытался сделать шаг назад, но колдовские чары королевы парализовали его. Она слышала, как бьется его сердце, и этот звук эхом отдавался у нее в ушах, нарастая с каждой секундой. Где-то рядом отец юноши умолял ее о пощаде. Но она не понимала его слов. Равенна упивалась своими магическими чарами, закружившими ее в неистовом водовороте. Она отклонилась назад, сосредоточив колдовскую силу в кончиках пальцев, и сердце парня застучало сильнее.
«Быстрее», — подумала Равенна, и сердце заколотилось быстрее.
«Быстрее», — повторяла она про себя, и сердце выполняло ее приказы. Паузы между ударами исчезли, звук стал таким громким, что уже оглушал королеву.
Юноша словно обезумел. Глаза его вылезли из орбит и покраснели. Равенна выдохнула и сосредоточилась. Она ощущала сердце юноши в своей ладони, как если бы проникла ему в грудь. Она стала сгибать пальцы, медленно сжимая их в кулак. Лицо юноши исказилось от боли. Пульсация собственной крови оглушала его. И сердце в конце концов не выдержало и разорвалось. Юноша замертво рухнул на пол. Отец опустился рядом с ним на колени и принялся разминать грудь сына в безуспешной попытке оживить его.
Финн занес над стариком меч, но Равенна остановила брата.
— Нет. Пусть вернется к герцогу и расскажет о великодушии королевы, — усмехнувшись, сказала она и покинула тронный зал.
Финн кинулся следом. Каждый шаг давался Равенне с трудом. Брат поддерживал ее, помогая идти. Ей казалось, будто из легких выкачали весь воздух. Ноги подкашивались, плечи сутулились. Она почувствовала, как кожа на лице неприятно натянулась, а затем оно вдруг покрылось сеточкой тонких морщин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
