Читаем без скачивания Вдох-выдох - Мария Акулова

– Неужели ты не боишься, что я поведу себя так, как положено похитителям?

Ему сейчас меньше всего хотелось выяснять, что же становится причиной ее отказа, упрямство или храбрость. И то, и то – глупо. И с тем, и с тем бороться можно лишь одним путем – заставляя испугаться.

– Я слышал, что пленницам обычно отрезают сначала прядь волос, потом палец, ушко, отправляют все это родным, для наглядности, если ты понимаешь… – и улыбнулся так искренне и многообещающе, будто уже предвкушал все описанное.

– Можете начинать. Я лучше умру от потери крови, чем…

– Ты ведешь себя глупо, – наверное, все-таки и то, и другое – и храбрость, и упрямство, которое не оценит ни он сам, ни, скорей всего, ее отец.

– А умно, это бросаться навстречу похитителю с распростертыми объятьями, каждый раз, когда вам придет в голову со мной побеседовать и сливать всю известную мне информацию или врать родным, заставляя их при этом дико нервничать? Чего вы хотите? Денег? Так скажите сколько! Только не стройте из себя благородного, предоставляющего мне возможность выбора… Пошел ты знаешь куда, со своим выбором… – нервы, к сожалению, как оказалось, действительно не железные. Саша понимала, что переходит грань, но остановиться не смогла.

– А еще я могу разрешить своим доблестным стражам наведываться к тебе… – он продолжил свои размышления, будто и не было ее злобной тирады, а если и была, значила меньше комариного укуса. – Тебе ведь понравился Артем? Поверь, разнообразие тоже понравится…

– Подонок! – Саша выплюнула оскорбление, желая скрыть подальше проснувшийся внутри страх. А ведь он может.

– Что, не нравится такая перспектива? – Яр резко встал, облокотился о ручки ее кресла, склоняясь ближе. Саше пришлось вжаться в спинку, чтобы оставить между ними хоть какое-то расстояние. – Ты просто не знаешь, от чего отказываешься… Высокие, сильные, не дурны собой, и, подозреваю, от таких как ты – отбоя нет. Где ты еще получишь такое предложение? Хочешь, чтобы я сделал сказку былью? Продолжай сопротивляться, Саша, и твои ночи станут намного красочней.

И так же резко, как приблизился, он оттолкнулся, вышел, хлопнул дверью. А вот Саша осталась сидеть, вжавшись в кресло. Ее пробрала дрожь. Черт, доигралась. Он не угрожал больше. Предупреждал.

Глаша взяла верх – выйдя из комнаты пленницы, Яр направился не обратно в кабинет, чтобы вести свои дела отсюда, а вниз, навстречу той, которую заставлял скучать о себе, даже будучи так близко.

Он прошел к двери кухни, вечно остававшейся открытой, постучал, заискивающе посмотрел на Глафиру, которая продолжала что-то нарезать, мурлыча знакомую мелодию себе под нос.

– Можно?

– Тебе можно все, мой мальчик…

В этом мире существовало трое самых близких для него людей, Дима, лучший друг с детства. С тех времен, когда мальчишки дают друг другу клятву на крови идти по жизни вместе, считая худшим грехом – предательство доверия. Снежа, в которой он нуждался так сильно… Которая олицетворяла все доброе, что только можно представить. Ему нужен был этот белый цвет, чтобы не ощущаться себя таким темным. И Глафира… Первая учительница, лучшая няня, искренне любящая почти что мать, хотя возможно даже больше.

Продолжая улыбаться, Яр прошел на кухню, сел за стойку, внимательно следя за всеми манипуляциями еще и лучшей в мире хозяйки.

– Гостье не понравился мой пирог? – нарушила уютную тишину Глаша.

– С чего ты взяла? – Самарский непонимающе прищурился.

– Артем вернул обед нетронутым.

– Он был очень вкусный, не бери в голову… – перегнувшись через стол, Яр схватил лежавшее в корзинке яблоко, откусил.

– Помыл бы ты руки… Как малый ребенок, – Глаша попыталась пожурить мужчину. – Кто она, Слава? Зачем такие меры?

– Гостья… – Самарский напрягся, предчувствуя, что таким ответом любопытство Глаши не удовлетворить.

– Гостья… – няня тяжело вздохнула. – Слава, я ведь никогда не лезла в твои дела, правда?

Он кивнул.

– Но я должна тебя предостеречь, это моя обязанность. Не совершай глупостей. А если уже натворил, то, Слава, ведь еще не поздно все исправить…

– О чем ты, Глаша? Какие глупости? – взгляд мужчины из мягкого, улыбающегося, стал холодным. – Если ты хочешь что-то мне сказать, сделай это, а не поучай двузначностями.

– Да нет, я сказала все, что хотела. А ты уж понимай, как хочешь, – не обидевшись на грубость, Глафира продолжила заниматься своими делами. – Если я снова попытаюсь познакомиться с гостьей, Артем отправит меня обратно так же деликатно, как сделал это уже трижды?

– Да.

– Почему?

– Она предпочитает уединение.

– Ну да, как же я сама не догадалась…

– Глаша… – Яр встал, обошел стол, забрал из рук няни нож, развернул. – Мы ведь уже говорили об этом. Я забочусь о тебе, именно поэтому тебе лучше держаться подальше от тех мест и тем, которые я считаю для тебя опасными. Это – одна из них. Если хочешь знать, гостью зовут Александра. Уверен, пирог пришелся ей по вкусу, а даже если нет – это не твоя вина. Знакомиться вам смысла нет, со дня на день Александра покинет наш скромный дом, продолжит свое путешествие. Это все, что тебе стоит знать.

– Я люблю тебя, мой мальчик, поэтому, безоговорочно доверяю. Честно. Хотя и прекрасно вижу, как ты врешь… – скинув руки Самарского со своих плеч, Глаша снова отвернулась.

А ведь он знал, что просто это все ему не дастся. Не зря. Надо решать все как можно скорей, иначе он получит еще одну проблему в лице Глаши. Проблему, с которой он уже не сможет справиться, как привык – отбросив эмоции и простые человеческие чувства.

Глава 4

Если Самарский хотел испугать, ему удалось. Принесшего ужин Артема Саша встречала уже не так воодушевленно, как днем.

Как ни в чем не бывало, мужчина вошел в комнату, поставил поднос, начал выкладывать все на стол. Саша в это время стояла у двери в ванную, рассматривая его по-новому. Достаточно высокий, не слишком впечатляет своими объемами, но Саше почему-то была уверена – силы ему не занимать. Захочет побороть ее хилое сопротивление – сделает это одной левой. Она и без того чувствовала себя тут не слишком уютно, а после угроз Самарского стало откровенно страшно.

– Что? – Артем выпрямился, посмотрел вопросительно, приподняв бровь.

Саша моргнула, возвращаясь в реальность из своих размышлений.

– Что?

Мужчина хмыкнул. Он отметил и странный взгляд, настороженный, изучающий. Она не смотрела так, даже когда он преградил ей путь в кафе. Даже тогда смотрела открыто. Отметил и то, что она стоит, придерживая ручку в ванную за спиной, будто собирается сбежать.

– Вот и я спрашиваю, что? – Артем уже открыто улыбался. Она его забавляла. Эта девочка сильно напоминала его младшую сестру, он удивлялся этому сходству каждый раз, как видел Титову, и не мог заставить себя относиться к ней беспристрастно. – Снова вопросы, Саша?

– Нет, – откровенно испугавшись этого шутливого тона, она ответила быстро и уверено. Сейчас ее пугали любые отклонения от установленной на протяжении проведенных тут дней «нормы».

– Уверена? А я хотел ответить на один любой… – не совсем правда, на один, который не сможет повредить Самарскому, и то, чисто из любопытства. Артем сделал шаг в ее направлении.

Прищуренные, до этого его движения, глаза вдруг распахнулись, излучая истинный ужас.

– Не подходите!

Удивленный Артем, правда, остановился.

– Если этот придурок считает, что я соглашусь на все под … таким давлением, передайте, что он ошибается. Ничего он этим не добьется!

Теперь уже Артем непонимающе посмотрел на девушку.

– Что? О чем ты?

– Я прекрасно знаю, как именно Самарский приказал заставить меня звонить отцу, и я этого не сделаю! Можете так и передать, а если сделаете еще шаг, я скорей утоплюсь в раковине, чем позволю к себе притронуться, ясно? За труп отец вас точно не поблагодарит! – сказав все, что считала нужным, Саша дернула дверь, собираясь скрыться за ней. Не успела, реакция у Артема отменная, он захлопнул дверь, правда тут же отскочил, жестом призывая не двигаться и не повторять попытки.

– Я не собирался к тебе прикасаться! О чем ты? – или она пересмотрела фильмы о похищениях, или Самарский пригрозил ей чем-то таким, о чем забыл предупредить самого Артема. И, кажется, Артем даже понял чем… – Оуууу, – он окинул взглядом все так же убийственно следящую за ним Сашу.

А Самарский, однако, действительно не прогадал, она испугалась, по-настоящему… Вот только ему самому от осознания ситуации почему-то стало смешно.

Не в состоянии сдержаться, он прыснул, а потом и вовсе рассмеялся в голос, заставив бедную Сашу растеряться.

– Прости, малышка, но ты не в моем вкусе! – это правда, Артем больше любит блондинок, повыше, да и к тому же, часто, она больше смахивала на подростка, чем на женщину. Может, конечно, только для него, но ни о чем подобном, он даже не помышлял.