чувствовать…
Все это. Как он наполнил меня до краев, не оставляя места ни для чего другого. Я чувствовала, как он покорял меня, втискиваясь в мое тело, прокладывая себе путь с каждым движением. От его стонов я покраснела в благоговении, потому что я была источником его удовольствия, и мне было приятно слышать эти звуки.
Я громко застонала, когда он стал двигаться еще быстрее, трение послало в меня сильные толчки экстаза. А затем…
Его бедра прижались еще теснее, упираясь в внутреннюю поверхность моих бедер, и он замер. Я ахнула, когда пришло понимание. Он был уже не только наполовину внутри. Он был… глубоко.
Дрожащей рукой я дотронулась до своего живота. Выпуклая форма была намного выше. И все, что я могла чувствовать, это дикое удовлетворение и жадные импульсы моей киски, обнимающей его со всех сторон.
— В конце концов, мы подошли друг другу, — тихо произнес Олдриг. — Моя королева.
ГЛАВА 5
ОЛДРИГ
Сдерживать себя от самозабвенных толчков было самым трудным, что я когда-либо делал. Тело моей невесты, такое теплое и отзывчивое, уже практически лишило меня сил. Я ничего так не хотел, как трахать ее снова и снова, пока все мои обязанности, нет, весь мир, не исчезнут.
Она была возбуждена и истекала моей спермой, и все равно я хотел большего.
Но сейчас я стиснул зубы, мое тело было так напряжено, что скоро начнет дрожать. Медленные, размеренные удары. Вход и выход. Ее хныканье направляло меня, восхитительные звуки ее капитуляции и удовольствия. Это было единственное, что держало меня в узде.
Доставить моей невесте удовольствие, а не боль, было важнее, чем взять ее так быстро, как я хотел. Ее удовольствие важнее моего.
Потому что я хотел, чтобы она развалилась на части из-за меня. Я хотел бы, чтобы она полностью удовлетворилась, и ее тело кончало на мой член.
Чтобы увидел Уллага.
Я отогнал мысль об Уллаге, зарычав на себя. Внезапно, мне показалось, что неправильно думать о ком-то другом кроме нас, когда мы с моей невестой были так тесно связаны.
Я был внутри, уютно устроившись в ее горячей киске, практически с пеной у рта от того, как хорошо она заставляла меня себя чувствовать. Между нами не осталось места ни для кого другого.
— Да, вот так, — выдохнула она, когда я почти полностью вышел, головка моего изогнутого члена скользнула по верхней части ее киски. — О, боги. Пожалуйста.
Я снова врезался в нее, ее жар обжег меня, и отстранился так же, как и раньше. Она пронзительно закричала, выгибая спину. Я сильно толкнулся, также постанывая от удовольствия. Я был в нескольких секундах от того, чтобы кончить в нее, но мне пришлось сдержаться.
Она кончит первой.
Я снова отстранился, потеря ее тепла была подобна удару в живот, и вошел так быстро, и так глубоко, что мои бедра прижались к ее мягким бедрам.
Она приподнялась на кровати, ее спина выгнулась так высоко, что ее выпуклый живот коснулся моей кожи. Теперь она молчала, но я чувствовал это.
Моя невеста сжалась вокруг меня, как тиски, давление заставило меня застонать от усилия сдержаться. Она сжимала… и сжимала… пока, наконец, не отпустила, ее удовольствие накатывало быстрыми волнами, когда она расслаблялась и сжималась вокруг меня.
Она издала глубокий стон, за которым последовал тихий стон.
В моих ушах раздался свистящий звук, словно подул ледяной ветер, и сквозь него я смутно расслышал звуки аплодисментов. Мои братья заметили, что моя невеста кончила прямо на мой член, и поздравляли.
Мне было все равно. Все, что мне сейчас нужно было, это отпустить.
Я трахал ее жестко, так сильно, что она сползла по кровати. Каждый мой толчок был встречен сдавленным стоном, ее киска вокруг меня была такой горячей, что обжигала, и все же…
С громким стоном я кончил в нее, оргазм охватил мои яйца и какое-то место глубоко внутри моего таза, сжимая и разжимая. Моя сперма вырывалась длинными струями, каждая из которых была мощнее другой, пока я не задрожал над своей невестой, и мое тело не захлестнуло наслаждение.
Наконец, оно ослабло, и из последних сил я скатился с нее. Мои руки больше не держали меня, но я не хотел раздавить Люси, поэтому я скатился.
Прямо на пол.
Когда я приземлился, застонав от боли, кровать зловеще заскрипела, сотрясаясь. Люси испуганно вскрикнула, и мгновение спустя трясущаяся кровать развалилась под ней. Она вскрикнула, когда матрас упал, потому что его больше не держала рама, а затем рассмеялась.
Я повернулся и обнаружил, что ее темные смеющиеся глаза устремлены на меня, и я улыбнулся в ответ, хотя мое тело убивало меня. Бедро свело судорогой, а руки были слишком слабыми, чтобы поднять их. Мой член, теперь вялый и тяжелый на моем бедре, ощущался так, словно он никогда больше не станет твердым.
Неудивительно. Это был лучший секс и самый интенсивный оргазм в моей жизни.
— Ты в порядке? — спросил я Люси, тихо смеясь вместе с ней.
— Лучше не бывает, — ответила она с усмешкой. — Хотя такое ощущение, что у меня между ног растеклась лужа.
Я с усилием поднял голову. Действительно, довольно большая лужа. Моя сперма все еще сочилась из нее, но большая ее часть вытекла наружу, блестя на простынях и медленно впитываясь в матрас.
Это зрелище заставило меня преисполниться собственнической гордости. Вот оно, доказательство на всеобщее обозрение. Эта женщина была моей, и мое семя было внутри нее, готовое превратиться в ребенка.
— Они дерут втридога — сказал я. — Неудивительно, если им приходится менять кровать каждый гребаный раз.
Люси хихикнула, слабо пошевелившись на липком матрасе. Она поджала ноги и возилась с простынями, пока, наконец, не высвободила одно шелковое полотно и не накинула его на свое тело.
Ткань была такой тонкой, что я мог видеть сквозь нее ее дерзкие соски. Мой член дернулся, и я ухмыльнулся. В конце концов, не так уж и устал.
— Эм… я просто схожу в ванную, — произнесла Люси, ее лицо стало ярко-красным.
Я кивнул, с интересом наблюдая за цветом ее кожи, который не бледнел.
Ледяные великаны, когда краснели, становились еще более синими. Ее непохожесть на других становилась все более привлекательной, и я уже знал, что мне не надоест смотреть на нее.
— Иди. Мы отправимся в путь, когда ты будешь готова, — сказал я, кивнув ей.
Она прикусила губу, опустила глаза и быстро встала, полностью обернув простыню вокруг себя быстрым, умелым движением. Я мельком
