Она позволила себе вздохнуть с облегчением – и тихо выругаться от злости на приближающийся корабль. Ей не нравилось чувство бессилия: «Если эти сукины дети не смогут взломать компьютер, как ты думаешь, они попытаются вступить с нами в контакт?»
Он пожал плечами и взглянул на приборную доску: «Каналы открыты. Если они заговорят, мы услышим». Минуту он покусывал свою нижнюю губу. Затем откинулся на спинку кресла и повернулся к Темпл. Его глаза были черны от ужаса. «Мне это не нравится», – отчетливо произнес он. – «Мне это совсем не нравится. Со скоростью, превосходящей скорость света, корабль движется прямо на нас. Прямо на Эстер. И они не пытаются заговорить, а вместо этого стараются взломать наш компьютер».
Она понимала его ужас. Ей самой было страшно. Пока он выглядел так, словно нуждался в ее помощи, она не думала о своих переживаниях. «Не хочешь ли ты сказать», проговорила она, нарочно растягивая слова так, чтобы они звучали насмешливо и спокойно, – «что к нам приближается враждебно настроенный объект?»
Он безмолвно кивнул.
«Что ж, мы неплохо защищены. Может быть, скорость света не так уж неуязвима, у нас есть С-векторный щит. Единственное, о чем нужно беспокоиться – это Эстер. Если этот корабль пронесется мимо нас, мы его никогда не догоним. Как далеко он сейчас?»
Грасиас повернулся к своей консоли и запросил несколько данных: «В пяти минутах». По его лицу не было видно, но по тону голоса она чувствовала, что он благодарен ей за это проявление спокойствия.
«Я не думаю, что нам следует ждать, что произойдет», продолжала она. – «Нужно сейчас же отправить послание домой».
«Это верно!» – он немедленно приступил к работе, набирая на дисплее данные, кратко излагая историю контакта «Надежды Эстер» с приближающимся кораблем. «Постоянный прием», – бормотал он, набирая информацию для передатчиков. – «Всегда в духе времени. Пусть Эстер знает, на что мы способны».
Темпл с одобрением кивнула, и вдруг от изумления широко разинула рот – цифры на экране превратились в электронный мусор. А из всех громкоговорителей внутри и снаружи корабля одновременно донесся шипящий звук перегоревшей проводки. Она еле удержалась, чтобы не закричать, но тренировка и здравый смысл взяли верх. Она знала, что это было. «Радиопомехи», – сказал Грасиас. – «Они нас глушат». «С такого расстояния?» – поинтересовалась она. – «С такого расстояния? Этому сигналу», – она проверила свои данные, – «понадобилось три с небольшим минуты, чтобы достичь нас. Как это у них получается?»
Несколько мгновений он не отвечал: был занят восстановлением порядка на дисплее. Затем сказал: «Они мчатся со сверхсветовой скоростью. Наши сканеры рядом с их просто игрушки. Почему бы и их радио не быть лучше?»
«А, может быть», – хрипло вставила она, – «они начали глушить еще до начала нашей передачи, сразу, как только засекли нас?» Несмотря на свое желание выглядеть спокойной, она тяжело дышала. Неуверенность и злость в голосе выдавали ее. – «Ты не можешь прорваться?»
Он снова попытался и покачал головой: «Слишком плотно».
«Проклятие! Грасиас, что мы собираемся делать? Если мы не можем предупредить Эстер, все теперь зависит от нас. Если это враждебный корабль, нужно с ним как-то сражаться…»
«Наш построен не для этого», – заметил он. – «Надежда Эстер» неповоротливая, как скала».
Она понимала. Корабль был рассчитан скорее на оборону, чем на нападение. Корабль был построен, во-первых, чтобы на нем могли выжить люди; во-вторых, чтобы до нужного момента законсервировать информацию о своем родном мире. Как внешне, так и внутренне он не был приспособлен для участия в военных действиях. Те, кто проектировал миссию, даже не представляли себе возможности встречи с чужим (не говоря уже о вражеском) кораблем так близко от дома.
Оказалось, что кораблю нужно различное вооружение, большая скорость и гораздо меньшая масса. Но теперь уже ничего нельзя было изменить. «Нам нужно как-то занять их внимание», – сказала она. – «Заставь их прежде вступить с нами в контакт». Ее озарила идея: «Что наши сканеры узнали о них?»
«Не так уж много. Размер. Скорость». – Тогда, словно, интуитивно, он понял, что было у нее на уме: «Конечно, щиты. Выглядят, как обычные дезинтегрирующие силовые поля».
Она почти улыбалась: «Ты шутишь. Не С-векторные?»
«Нет».
«Тогда, возможно», – была видна усиленная работа ее мысли. – «Возможно, мы что-то можем сделать. Если мы не в состоянии задержать их – может быть, мы сможем как-то поразить их, – а они не смогут нам ответить – может быть, тогда они не полетят на Эстер.
Грасиас, мы находимся с ними на одной траектории?» Он взглянул на нее. – «Не совсем. Расхождение в пределах одного километра».
Она заявила, словно была командиром корабля: «Поставь нас на их траекторию».
Улыбка рассеяла его сосредоточенность: «Слушаюсь, сэр, Темпл, мэм, сэр. Хорошая идея!»
Он начал медленно вводить в компьютер команды. Пока он вводил поправку на изменение курса «Надежды Эстер» и затем на следование курсом, пересекающим траекторию приближающегося корабля, Темпл надела ремни безопасности. Меньше трех минут, подумала она. Три минуты до удара. Мгновение ей казалось, что Грасиас движется слишком медленно. Но прежде, чем она успела что-либо сказать, Грасиас оторвал руки от приборов и начал пристегивать свои ремни безопасности. «Двадцать секунд», – сказал он. Она обхватила себя руками: «Мы это почувствуем?» – «Инерционный сдвиг? Конечно». – «Нет, идиот. Мы почувствуем удар?» – Он пожал плечами: «Если мы столкнемся. Никто никогда не пробовал пробить С-векторный щит чем-то таким огромным». Живот Темпл повело в сторону, весь вспомогательный компьютерный компункт, казалось, закрутило, как волчок.
Поправка курса была произведена почти сразу: на скоростях, с которыми двигались «Надежда Эстер» и чужак, один километр уместился всего в один легкий поворот.
Менее двух с половиной минут. Если мы столкнемся… Она не могла сидеть и ожидать в молчании: «Что показывают сканеры? С этого расстояния мы должны бы уже сосчитать их зубы».
«Проверяю», – ответил он. Нажав несколько клавиш, он получил на главном экране новые данные – и уставившись на них, не говорил ни слова. Его рот остался открытым; и все лицо выражало крайнее удивление.
«Грасиас?» Она сама взглянула на экран. Изо всех сил стараясь шевелить мозгами, она заставила себя посмотреть на колонки цифр. Она потеряла контроль над своим голосом и сорвалась на крик: «Грасиас!» – «Не могу в это поверить», – шептал он. – «Нет, не могу поверить».
Как показывали сканеры, приближающийся корабль был битком набит компьютерами, оружием, оборудованием самого различного размера и формы, источниками механической и электрической энергии всевозможных видов – и ни одного живого существа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
