«Грасиас?» Она сама взглянула на экран. Изо всех сил стараясь шевелить мозгами, она заставила себя посмотреть на колонки цифр. Она потеряла контроль над своим голосом и сорвалась на крик: «Грасиас!» – «Не могу в это поверить», – шептал он. – «Нет, не могу поверить».
Как показывали сканеры, приближающийся корабль был битком набит компьютерами, оружием, оборудованием самого различного размера и формы, источниками механической и электрической энергии всевозможных видов – и ни одного живого существа.
«Совсем ничего», – она попыталась произнести это, но сразу не удалось. У нее перехватило горло, и она не смогла говорить. Напряженные мышцы не позволяли ей даже сглотнуть. – «На корабле нет ничего живого!» Внезапно «Надежда Эстер» сместилась по курсу, и Темпл почувствовала, что ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Чужак пытался уклониться от встречи, а «Надежда Эстер» отрабатывала свою поправку. Одна минута.
«Это безумие!» – почти кричала она. – «Он движется быстрее света и начинает тормозить прямо перед нами, начинает глушить нашу передачу, и изменяет курс в попытке избежать с нами столкновения – и там на борту нет никого живого? А к кому нам обращаться, если мы захотим сдаться?»
«Не принимай близко к сердцу», – сказал Грасиас, – «не все сразу. А что, если это искусственный интеллект? Возможно, корабль думает сам. Или является автоматическим. Исследовательский зонд, например…»
Новое смещение курса не дало ему договорить. Сильный инерционный удар – слишком сильный. Ее голова дернулась влево. Сигнал тревоги заревел, как тысячи клаксонов. «Надежда Эстер» пыталась вновь лечь на курс столкновения с чужим кораблем, пыталась…
На экранах загорелись яркие предупредительные надписи, сигналы опасности, так же хорошо знакомые Темпл, как ее имя. Три корабельных двигателя подверглись критическому перегреванию. Один из них разрывался на кусочки, пытаясь выполнить смещение. «Надежда Эстер» не была предназначена для этого.
Темпл была ницианкой корабля, она не могла позволить на корабле поломку: «Останови!» – пыталась она перекричать вой сирен. – «Мы не должны это делать!»
Грасиас резко опустил руку на клавиатуру и отменил курс столкновения.
Опасность перегрузки уменьшилась. Индикаторы на приборной доске Темпл говорили о том, что повреждены моторы, заклинены сместившиеся в своих рамах двери, в медицинской секции выскочил замок, перевернуто несколько криогенных капсул. Сигнал тревоги внезапно стих.
В ту же секунду заревел сигнал предупреждения о столкновении, но и он смолк, внезапно наступившая тишина казалась громче всех сирен.
Взгляд Грасиаса упал на экраны. Он вовремя поймал картинку: другой корабль неясной металлической громадой прошел мимо так быстро, что глаз не мог уследить. Прошел на расстоянии, как показывали приборы, всего в несколько десятков метров. По размеру чужак напоминал крепость – массивную, квадратную, огромную.
Когда он пролетал мимо «Надежды Эстер», то выстрелил в упор ярко-красным столбом силового поля.
Все экраны во вспомогательном компункте погасли. «Боже!» – выдохнул Грасиас. – «Сгорели сканеры?» Это уже была область Темпл. Ее еще пошатывало от пережитого шока: знать, что в «Надежду Эстер» стреляли! Но ее руки были натренированы до автоматизма, они знали, что делать. Едва до нее дошло, что сказал Грасиас, как она уже занималась диагностикой схем сканеров. Ответ промелькнул на экране перед ее глазами.
«Повреждений нет», – сообщила она.
«Что тогда?» – В его голосе звучало беспокойство, желание скорее найти правильный ответ.
«У тебя есть развертка их луча?» – спросила она в свою очередь. «Достаточное для анализа? Прямой угол к скорости света не является ли постоянным направлением для любой силы? Возможно, С-вектор послал его в какое-то свернутое поле».
Вот то, что ему было нужно: «Правильно!» Руки Грасиаса снова замелькали над приборной панелью.
Почти тотчас он получил ответ: «Ионный луч. Без щита нас бы разложили до субатомного уровня. Сканеры работают, только пропало визуальное изображение. Имеется отставание визуального образа на одну секунду».
«Хорошо». Она проверила свои данные и убедилась в том, что попытки «Надежды Эстер» маневрировать с чужаком не причинили ей большого вреда. В то же время Темпл себя успокаивала, что сила чужого ионного луча не ощущалась за щитом. Тогда она вновь обратила свое внимание на экраны и Грасиаса:
«Что же сейчас делает наш друг?»
Он что-то пробурчал и кивнул на главный дисплей. Компьютер строил новый график, показывающий курс другого корабля относительно «Надежды Эстер».
Она смотрела, не веря своим глазам. Это было невозможно. Невозможно кораблю таких размеров, летящего с такой скоростью, сделать такой резкий поворот.
Но, конечно, думала она с неясным чувством, близким к помешательству, на борту нет ни единого живого существа, чтобы почувствовать стресс перегрузки.
«Ну, что», – она сглотнула, голос ее дрожал, – «по крайней мере, мы привлекли их внимание».
Грасиас попытался рассмеяться, но его смех был скорее похож на хрип: «Хорошо для нас. Но что теперь?»
«Мы могли бы попытаться сбежать», – предложила она. «Сделай так, чтобы расстояние между нами и домом увеличилось, и как можно скорее».
Он покачал головой: «Это не сработает. Они гораздо быстрее».
«Кроме того», – прохрипела она, – «за нами тянется такой хвост частиц, что даже мы могли бы по нему определить дорогу назад к Эстер. К тому же беспрестанная радиоболтовня… Если этот механический бегемот захочет найти наш родной дом, мы же сами и помогли».
Грасиас оторвался от пульта управления и вместе с креслом повернулся к Темпл. Выражение его лица обеспокоило ее. Глаза казались скучными, почти пустыми, словно от напряжения ум потерял свою остроту. – «У нас есть выбор?» – спросил он.
Мысль о том, что он мог погубить «Надежду Эстер», панически билась в ее голове; но девушка заставила ее отступить. «Конечно», – быстро выговорила она, стараясь передать ему хоть каплю своей ярости. – «Мы можем бороться!»
Его глаза не смотрели на нее. «Конечно, у нас есть лазерная пушка», – сказал он. – «Водородные торпеды. Но корабль, как этот», – он кивнул в сторону экрана, – «оснащен такой защитой, которую мы не сумеем пробить. Как мы можем бороться?»
«Ты сказал, что у них всего лишь щиты, разрушающие силовые поля. Мы можем достать их. Любой непрерывный обстрел способен их пробить. Вот почему „Надежду Эстер“ не начинали строить, пока не смогли додуматься до чего-то лучшего».
Он все еще не поднимал глаз. Тщательно выговаривая слова, произнес: «Я не думаю, что мы можем пробить щиты корабля».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
