безделье…
Род хмыкнул.
— Ты все еще помогаешь Брику варить эль по выходным? — спросил Лем.
— Чаще всего.
Род завершил свои броски и отошел, давая сыграть другим. Раунд за раундом мужчины играли с Лемом, по его вопросам понимая его невысказанную просьбу о помощи.
Они вспомнили, как однажды Род напился, а Лем помог ему добраться до дома, как во время урагана Джул лишился крыши в доме, а Лем помог ему выстроить новую. Подобных историй насчитывались десятки. Лем был человеческим эквивалентом глубокого колодца, откуда можно всегда зачерпнуть чистой воды. Он приходил на помощь в нужный момент и ничего не просил взамен. Мало того, больше никогда об этом не вспоминал.
Разве что дело было неотложным.
Разве что дело было важным.
Лем был бедным с точки зрения уплаты налогов, но настоящим богачом, если речь заходила о том, что и правда имеет значение.
В тот вечер прошел слух, что Лему требуется помощь, а именно от Гремми, Сора и Брика. Лем, человек без долгов, так сильно нуждался в услуге, что едва ли не просил о ней в открытую. На языке таких мужчин это все равно что умолять.
Лем продолжал бросать дротики и набрал довольно много очков. Если вам интересно, куда они целились, то однажды вечером пару лет назад кто-то заметил, что узор из сучков на стене ужасно напоминает лицо. И не просто лицо, а лицо герцога, если представить, что древесные волокна — это волосы, а мишень для дротиков — родовой герб на груди.
Ну, и чуть пониже на стене выделялись два заметных сучка. Прямо над тем местом, откуда растут ноги.
Лем бросил дротик, и мужчины рядом с ним поморщились.
— Метко, — заметил один.
С наступлением ночи были подбиты тихие невидимые итоги, приняты, но не произнесены вслух решения. Этого и не требовалось. На следующее утро, ни свет ни заря Прядка обнаружила на своем крыльце бармена, начальника порта и портового грузчика. Они заявили, что окажут любую помощь в ее деле.
Чуть больше недели спустя в порт привезли большой бочонок. Гремми подкатил его к пяти остальным, ожидающим проверки.
Незадолго до этого к Персту Диггена причалил корабль под названием «Мечта Ута», который идеально подходил, чтобы воплотить план Прядки в жизнь. Команда такого корабля не должна была часто посещать остров, и у капитана должно было иметься разрешение на покупку эля Брика.
Моряки с «Мечты Ута» едва не приняли бочонки на борт без проверки, но капитан прочитал условия в разрешении.
— Должна быть проверка, разве нет? — спросил он. — Без нее мы не можем покинуть порт.
Вызвали инспектора. Она прибыла вершить правосудие с жезлом наготове и взглядом могла бы испепелить даже споры. Проверив первый бочонок, она приставила к нему слуховое устройство.
Сор с колотящимся сердцем глянул на карманные часы, отсчитывая секунды. Инспектор продвигалась вдоль ряда бочонков. Гремми промокнул пот на лбу. Брик толкнул его, чтобы тот не вел себя так подозрительно.
Наконец инспектор дошла до последнего большого бочонка. В таком как раз поместилась бы свернувшаяся калачиком девушка. Инспектор внимательно послушала и… ничего не обнаружила. Взмахом руки она приказала грузить бочонки. Трое заговорщиков обменялись взглядами. Инспектор вдруг замерла, вернулась к бочонкам и резким пинком опрокинула последний.
Послышался глухой удар.
А потом возглас боли.
— Так я и думала!
Инспектор схватила лом и поддела крышку бочонка, чтобы раскрыть правду: внутри пряталась, пытаясь выбраться с острова, черноволосая девушка.
— Перья для изоляции! — воскликнула инспектор. — Думала приглушить звуки и обмануть мой слух?
После этого события понеслись с огромной скоростью.
— Тут не обошлось без посторонней помощи! — рявкнула инспектор на начальника порта. — Тут не обошлось без заговора!
Такого бедняга Гремми не вынес и не сходя с места разрыдался. Брик попытался его успокоить, а Сор во весь голос запричитал, что вместо него нужно наказать Гремми.
— Король беспокоился насчет вашей лояльности, — глумливо усмехнулась инспектор. — Он предупреждал меня насчет местных жителей. Ему доложат, как вы сговорились обойти закон. Капитан, заплатите только за пять бочонков.
На корабль погрузили пять оставшихся бочонков, и он отчалил, чтобы доставить эль на Центральный архипелаг Изумрудного моря. На корабле покинула остров и инспектор, оставив присматривать за портом помощника. Она заявила, что лично доложит королю о предательстве на Персте Диггена.
Вы наверняка поняли, что девушка в бочонке была не Прядка, и, скорее всего, решили, что она притаилась в другом бочонке. Ничего подобного.
Прядка не пряталась среди груза.
Она вообще не пряталась.
Она и была инспектором.
Глава 8. Беглянка
Прядке показалось, что вдалеке спешит к причалу настоящий инспектор. Крошечная разгневанная фигурка грозила убегающему кораблю. Ей сообщат, что капитан настоял на том, чтобы покинуть Скалу без проверки. Дочка начальника порта Грет уже выбралась из пустого бочонка и скрылась. Других свидетелей, кроме Брика, Гремми и Сора нет, и их долги теперь оплачены.
Вот так запросто Прядка получила свободу. На этот раз за горизонтом исчезал Перст Диггена. Практически все, что Прядка знала в жизни, осталось на острове. А скоро она не сможет даже различить его вдали.
Отъезд не вызывал восторга, на сердце было тяжело. Все дети с нетерпением ждут дня, когда их пути с родителями разойдутся. Прядка искренне надеялась, что выбранный путь не заведет прямиком в пропасть.
Но она получила свободу. Все прошло без сучка без задоринки. Вот бы следующие шаги дались с такой же легкостью, рассуждала Прядка. В ее рассуждениях нет ничего удивительного, ведь без образования в области искусств она понятия не имела о драматической иронии.
Прядка обратила взор к небу. Вдали от шахтного смога оно казалось удивительно синим. Ей стало неловко, будто она подглядывает за раздетым небом. Солью больше не пахло, воздух был чистым и прозрачным. И в нем витала угроза. Нет соли — опасайся спор.
К счастью, ограждение палубы было покрыто серебром. И наверняка никто бы не путешествовал по Изумрудному морю, если это слишком опасно. Захлопали, вздулись паруса, корабль разворачивался. Моряки перекрикивались за работой. Им пришлось взять ее на борт. Королевское разрешение на торговлю обязывает капитана перевозить государственных лиц, если им требуется покинуть Скалу.
В общем, команда оставила Прядку в одиночестве, и она стояла на корме корабля, на юте. Рядом у штурвала болтали капитан и рулевой. На Прядке красовалась инспекторская форма — яркий красно-золотой сюртук ниже колен. Это был запасной сюртук, который они украли прошлой ночью из шкафа инспектора. Ульба подогнала его точно по фигуре дочери.
