— Ну-ка, Джейк, отойди в сторону. Я был в Рио пять лет назад, и мне хочется взглянуть, что там делается сейчас.
Конджер отошел в сторону и облокотился о щит, огораживающий его балкон на 20-м этаже. Под ним раскинулся Рио-де-Жанейро, эта мозаика из белого мрамора и изумрудной листвы в полуденной дымке светло-шоколадного цвета.
— Что ты ешь?
— Разумеется, лэнч, — сказал Конджер, обращаясь к пиксфоническому экрану. — В Манхэттене теперь перевалило за полдень. Я взял себе за правило питаться в одно и то же время, чтоб не расстроить пищеварение.
Конджер взял со стоящего рядом автостолика стакан витаминизированного апельсинового сока.
— Есть какие-нибудь новые сведения, касающиеся только что воскрешенного смутьяна?
Джиэр вытер со щеки виноградное варенье и облизнул палец.
— Я для того и нанял этого недоноска, чтоб он кое-что для тебя раскопал.
— Какого недоноска?
— Этого кудрявого португальского шпика.
— Кэнгуру? Он в Бразилии?
— А где же еще ему быть? Только что оплатил счет по его телепортированию. Он должен был попасть туда еще ночью. Я решил, тебе потребуется помощник, владеющий местным языком. К тому же у него, мне кажется, нюх на этих воскресших подонков. Он с минуты на минуту тебе доложится.
— Вы уже навели справки о человеке, которого, как сказал Кавала, ему напомнил Дрема? О сэре Томасе Энсти-Гэтри?
— Он по всем статьям для этого подходит. Чрезвычайно одаренный необиолог, длительное время возглавлял Лаймхаузский научно-исследовательский центр по продлению человеческой жизни в Англии, один срок был партийным лидером в парламенте, — сказал Джиэр. — Вот только…
— Что только?
— Он мертв.
— Многие из тех, кого сейчас считают мертвыми, разгуливают себе живыми и невредимыми.
— Что касается Энсти-Гэтри, то мертвым его никто и не видел, — пояснил Джиэр. — Примерно два года тому назад он пошел в кабину для телепортирования в Лайморе, Калифорния, и так никогда и не появился в месте назначения, в Барчестере, Англия.
— Значит, не исключено, что он жив-здоров.
— Не исключено, — согласился босс. — Я поручил нашему человеку специально заняться этим.
— Что-нибудь еще удалось узнать в Новом Лисабоне?
Конджер сел на воздушную подушку возле фонической стойки.
— Мы пытались найти след кого-нибудь из тех подонков, что откопали тело полковника, — сказал Джиэр, принимаясь за новый пончик. — Вели наблюдение за монастырем, но до сих пор никто из подозрительных личностей не пытался наладить связь с Кавалой. Слуховые мониторы, которые мы установили повсюду, не записали ничего, кроме молитв и высказываний, по поводу производства этого проклятого напитка.
— А что слышно насчет агентов Китая II, которые пытались расплющить меня горгульей?
Джиэр проворчал нечто нечленораздельное, помахал у себя под носом листком розовой бумаги для факса.
— Тебе известно, во что обойдется установка на прежнее место этого проклятого пластикового чудовища?
— Нет.
— В 290 долларов. Наличными, — пояснил Джиэр.
— Нам-то что до этого?.
— Мой тамошний представитель имел неосторожность проболтаться об этом инциденте, и наш дурачок-посол предложил АРФу в качестве жеста доброй воли взять на себя расходы по установке, — пояснил Джиэр. — Вот я при встрече сделаю, ему один жест.
— А что слышно о Верзиле Маке?
— Он вместе с одним или двумя своими коллегами был в Новом Лисабоне в одно время с тобой, — сказал Джиэр, заглядывая в желтый блокнот. — В Новом Лисабоне все еще болтается несколько агентов ССА, к примеру, вокруг монастыря. Но Верзила Мак, судя по всему, оттуда отчалил. Мне кажется, он тоже должен объявиться в Рио-де-Жанейро. Выпив апельсиновый сок, Конджер поинтересовался:
— А что ответила Служба Национальной Безопасности?
— Ничего, — сказал шеф.
— Их агентесса произвела на меня впечатление очень общительной особы.
— Одно дело в низах. Здесь же, наверху, даже люди и те закодированы.
— Значит, СНБ не сочло нужным признать, что они нашли способ рассекретить наш процесс невидимости?
Джиэр покачал своей лысой головой.
— С тех пор, Джейк, как ты доложил мне, что эта агентесса может тебя видеть, я только и делаю, что занимаюсь диктовкой докладных и прочих нудных документов. Официально СНБ ни когда ничего не признает. Нам, видимо, придется провести массу конференций и заседаний, чтоб обнародовать хотя бы часть сведений.
— Очень досадно, что агенты СНБ могут меня видеть, — заметил Конджер. — К тому же меня беспокоит, что Китай II имеет возможность обнаружить мое местонахождение.
— Не имеют они таких возможностей, — заверил его босс. — Это ничем не доказано.
— Три дня назад мы ничем не могли доказать, что за дело взялась СНБ.
Джиэр запихнул в рот остатки последнего пончика.
— Твой боевой дух, Джейк, не поднимется от того; что ты начнешь сомневаться в непогрешимости методов Секции Самобытных Дарований. Запомни, Джейк: в груди АРФа бьется сложный символ веры всех отважных и мужественных поколений янки, так или иначе связанный с кровью, пролитой в священных…
— Что с пилюлей, которую я нашел в помещении бывшей лаборатории.
Джиэр насупил брови и взял двумя пальцами маленький плионовый конвертик.
— Ты уверен, что у тебя мозги в порядке? Телепортироваиие этой ерунды обошлось нам в 27 долларов, а тут вдруг выясняется, что это одна из тех пилюль из золы бурых водорослей, которые глотаешь ты.
— Не может быть.
— У тебя небось дырявый карман. — Джиэр разжал пальцы с конвертом. — Нужно…
Конджер взглянул вверх и увидел две маленькие ножки, спускающиеся из отверстия в настиле верхнего балкона.
— Минуточку, — сказал он боссу. Его правая рука потянулась к пристегнутому сбоку ранцу, где лежал маленький пистолет. — По-моему, вижу своего внештатного помощника. Свяжусь с вами чуть позже.
Спрыгнув вниз, Кэнгуру сказал:
— Лифты в этом отеле ужасно ненадежные. Этот проклятый механизм провез меня двумя этажами выше, сеньор. — Он стоял, широко расставив ноги и улыбаясь. — Como vai?
— О'кэй. — Конджер вошел с балкона в свою гостиную. — Что-либо узнали?
— В СНБ служат очень симпатичные агенты. — Кэнгуру остановился посередине комнаты. — Здесь все расставили шиворот-навыворот.
— О каких симпатичных агентах вы говорите?
— Эта девушка тоже была в Новом Лисабоне. — Все еще хмурясь, Кэнгуру подошел к прозрачному диванчику, наполненному бирюзовой водой, в которой плавали пестрые тропические рыбки. — Она остановилась в «Интеллекчуэл Риц Отель» под фамилией Анжелика Эйбрил.
