Конджер ходил взад-вперед по ковру цвета травы.
— А что слышно об этом смутьяне Мачадо?
Белокурый шпиончик сидел, широко расставив ноги, и следил за маленькими мерцающими рыбками, которые плавали под ним. — Мачадо опять жив-здоров.
— Где на сей раз провел свою операцию Дрема?
— Этого мне еще не удалось установить, — покачал головой Кэнгуру. — В этой стране процветает подкуп, и цены здесь куда выше, чем в Португалии. Я уже потратил чуть не полтыщи долларов.
— Где Мачадо?
— Сообщать все сведения в закодированном виде — страшно трудоемкая процедура, — жаловался Кэнгуру. — Я каждый раз рискую здоровьем и жизнью, в АРФе же выдают зарплату только по 1-ми 15-м числам. Преимущества СНБ в том, что там деньги дают каждый вторник и четверг. — Он следил за полосатой, точно зебра, рыбкой, пока она не исчезла под его задницей. — Где Мачадо находится в данный момент, я вам сказать не могу. Однако мне известно, где он будет сегодня вечером.
— Где?
— Здесь, в Рио, — ответил маленький шпион. — На инаугурацирнном балу.
Конджер перестал ходить по комнате.
— Кто вступает в должность?
— Никто. Устраивает эти танцульки президент Барко де Песка. На самом деле он заступил на должность больше года назад, только до сего дня времена были тревожные и устраивать официальное торжество было опасно. Когда Мачадо прихлопнули, он решил, что теперь террористы притихнут.
— Мачадо появится там не затем, чтоб станцевать вальс.
Кэнгуру сполз с прозрачного диванчика и стал возле него на колени.
— Этих рыбок нельзя сажать с мелюзгой, этих оранжевых, в крапинку. Они ведь исконные враги, — сказал он. — Насколько мне известно, Мачадо собирается обставить свое возвращение к жизни как религиозное чудо. Он рассчитывает совершить помпезный выход, что поможет ему отобрать власть у Барко де Песка.
— О'кэй, я приду на бал невидимкой и перехвачу Мачадо, прежде чем ему удастся замутить воду. Может, он подскажет нам, где искать Дрему. — Конджер плюхнулся в наполненное золотистыми камешками кресло из псевдостекла и достал пилюлю из золы бурых водорослей. — СНБ подозревали, что Дрема воскресит Мачадо. Может, их агенты следили за его трупом?
Кэнгуру, показывая крохотным указательным пальцем на рыбу-вуалехвостку, поднялся и посмотрел на арфовского агента.
— Хорошо, что вы напомнили мне, сеньор, — сказал он. — Я узнал, что все агенты СНБ, которые посменно несли вахту возле тела этого подонка, клянутся, что к гробу никто не подходил, кроме нескольких смельчаков из левых организаций. Все агенты, в том числе секретная полиция, божатся, что труп Мачадо ни на секунду не покидал простого соснового гроба, в который его поместили. Однако когда вчера поздно вечером их достигли слухи о его воскрешении и они открыли крышку этого соснового гроба, Мачадо там не оказалось.
— Мне это уже известно, — прервал его Конджер. — АРФ посылал туда своего агента, когда стало известно, что Мачадо воскрес.
— Мне кажется, Дрема изобрел новый усовершенствованный способ затуманивать мозги окружающим и сбивать их с толку, — рассуждал Кэнгуру. — Очевидно, агенты СНБ обладают иммунитетом только против более явно выраженных препаратов гипнотического, а также депрессирующего свойства. Этот Дрема, видать, очень одаренный человек.
— По крайней мере в хитрости ему не откажешь.
— А может, вы хотите посетить бал в человеческом обличье? — поинтересовался Кэнгуру.
— Нет, я приду туда невидимкой.
— А то я хотел дать вам несколько полезных советов относительно бальных танцев, — сказал Кэнгуру. — Бесплатных, разумеется.
Президентский дворец парил в трехстах футах над землей, поддерживаемый столбами воздуха. Это было круглое здание, эдакий огромный, светящийся в темноте серебряный пончик.
Дворцовые войска сомкнулись в тесное кольцо внизу, окружив пространство под висящим в воздухе дворцом. Гостей внимательно разглядывали у трех проходов, образованных солдатами. Лакеи в малиновых ливреях из натурального шелка спрашивали у гостей пригласительные билеты и, чтоб убедиться в том, что они подлинные, опускали их в отверстия квадратных проверочных автоматов. Потом гости поднимались по висячим трапам на платформу, где их тщательно обыскивали роботы специальной службы безопасности.
Конджер проделал с собой соответствующую процедуру в общественном цветочном сквере около висящего в воздухе дворца президента Барка де Песка. Теперь он был невидим. Невидим для всех, кроме агентов Службы Национальной Безопасности.
Кэнгуру укрылся в зарослях ранних тюльпанов и отсюда в ночной бинокль следил за все пребывающими гостями, надеясь углядеть воскресшего Мачадо.
Худой, седовласый лакей, стоящий возле трапа, по которому поднимался Конджер, протирал свои покрасневшие глаза, когда он проходил мимо него. Серый с красноватым отливом робот службы безопасности не обратил на него ни малейшего внимания. Этих роботов использовали в Вашингтоне в конце XX века, и теперь они были списаны правительством Соединенных Штатов. Они были слишком незамысловаты, чтоб его обнаружить.
Все три трапа вели к возвышению из ярко-розового пластика. Высокопоставленный человек-кот с Марса толкнул Копджера своим мохнатым локтем и, сощурив узкие зеленые глазки, ступил на возвышение. Когда он летел к президентскому дворцу, его рыжий мех встал дыбом. За ним, придерживая обеими руками коротенькую юбочку форменного наряда, устремилась вверх хорошенькая темнокожая принцесса Третьего Всемирного Временного Государства 6.
Конджер задержался под аркой, ведущей на возвышение. Когда престарелая аристократка-ящерица обернулась на пороге, чтоб отцепить свой жемчуг от ручки шпаги урбанского генерала, Конджер прошмыгнул мимо нее и устремился вверх.
В зале под музыку оркестра, составленного из девятнадцати разодетых в шелка роботов, танцевало человек двести гостей. Все Рио в данный момент было буквально помешано на вальсе, и оркестр наигрывал Штрауса.
Анжелика Эйбрил, хорошенькая агентесса СНБ, пронеслась мимо него, кружась в вальсе в объятьях дородного мужчины. Конджер узнал в нем Верзилу Мака, агента Китая II, который пытался раздавить его горгульей.
Заметив Конджера, Анжелика едва заметно подморгнула ему.
Конджер почесал нос. Как было бы здорово, если б эта девушка не могла его видеть. К тому же ему не нравилось, что она теперь танцует с агентом ССА.
Но коль уж: ты видимый агент, тебе приходится придерживаться иных правил, поэтому он отметил, что на Анжелике было коротенькое платье, обнажавшее ее сильно загорелую гладкую спину.
