к ручью, помыла ноги, обсушила их о траву. Надела лапти, перевязав щиколотку бечёвкой. Как удобно! Мне казалось, что такая обувь должна нещадно тереть, но ни малейшего дискомфорта не почувствовала. Лёгкие, приятные. Даже ходить в них было удовольствием.
– Спасибо тебе, – поклонилась старику в пояс.
Тот молча кивнул. Двое волхвов, заметив, что всё готово, подали знак, и все поднялись. Шагать было легко, кажется, даже мелкие царапины поджили, ноги больше не саднили.
Ближе к вечеру мы уже прошли несколько деревень, где к нам добавился ещё один ученик. Волхвы были неразговорчивы. Их дело – нас к волшебникам доставить, а не лясы точить. Тем более, что, может, и не увидимся больше. Дорога также шла через лес. Вообще, казалось, что это не деревни сменяются лесом, а в чаще нашлось немного места для людских поселений. Бор встречал нас буквально за околицей.
На очередном повороте дороги волхвы остановились и сели под деревья. Мы последовали их примеру.
– Нам на ночь устраиваться? – спросил светловолосый невысокий юноша у рыженькой девушки.
– Кто ж его знает? – пожала та плечами, – молчат ведь.
– Может, костёр развести? – подошёл к старцам рослый парень с буйными смоляными кудрями.
Один покачал отрицательно головой, и наши проводники, прикрыв глаза, казалось, уснули.
Мы молча переглянулись, а потом устроились на траве, как могли, подложив свои узелки под голову.
Вот старцы, словно по чьему-то приказу, дружно поднялись и вышли на дорогу, поманив нас за собой. Мы стали у них за спиной, также ничего не понимая.
Воздух замерцал, переливаясь точно в знойный день, и перед нами вышло четверо.
Первый – высокий старец с угрюмым лицом, одетый в тяжёлую шубу. Седые длинные волосы спадали из-под меховой шапки, густая борода почти скрывала лицо. И не жарко ему?
Второй – моложавый мужчина с русой, отдающей рыжиной, кудрявой головой и такой же бородой и усами. Плечистый, статный красавец. Глаза его лучились весельем.
Третья – красивая девушка с пронзительно зелёными глазами и льняной косой, что была перекинута через плечо.
И четвёртый – высокий, худощавый мужчина с каштановыми волосами и янтарными глазами, в которых светилась вселенская скука. Одет он был в длинный чёрный плащ с глубоким капюшоном.
Волхвы поклонились до земли.
– Здравы будьте, волшебники. Привели мы учеников ваших.
Вперёд вышел старик:
– Когда-то вас выбрали нам в помощь, а может, и в преемники, ежели силу покажете небывалую. Лютом меня зовут, заведую я зимой да морозами. Рядом со мной Зарев, лето его время. Цветана весной всем заправляет, а Руен осенью. Подойдите к нам.
Мы робко приблизились к колдунам. Возле них было не по себе. Это как видеть волну, что вот-вот смоет тебя в океан. Беспричинный страх затопил душу.
– Не бойтесь, – улыбнулась Цветана, – назовите свои вторые имена.
Первым шагнул к ней черноволосый парень, волшебница взяла его за руку, успокаивая. Тот произнёс имя, которое я не расслышала.
– Зарев, – повернулась красавица, – к тебе это, – подтолкнула парня к летнему волшебнику.
Остальные осмелели и уже подходили без робости, называя имена. Настя подошла к Люту:
– Зорицей меня нарекли, – сказала она хмурому колдуну. Впервые услышала её второе имя. Дед едва глянул на девушку, кивнул в сторону Цветаны.
– Нет, – качнула головой Настя-Зорица, – к тебе меня прочили.
Изумление стёрло невозмутимость с лица колдуна:
– Не спутала чего, девица? – Он протянул руку, взяв сестру за ладонь, долго держал её, после чего удивлённо произнёс: – Верно говоришь. Странные дела. Завсегда я своих учеников среди других вижу.
– Иди смелей, – поманила меня Цветана, – как звать тебя, милая?
– Тайя, – ответила я, протянув руку.
Волшебница положила свою тёплую и нежную ладонь сверху и нахмурилась:
– Вроде и моя, а вроде и нет. И имя не то.
К ней подошёл Лют и взял мою руку:
– О чём я и толкую, впервые вижу, чтобы мы в учениках путались. Да вы сёстры? – спросил он.
– Да, – ответила Настя.
– Вот в чём дело, – удовлетворённо кивнул Лют, – забирай к себе девицу, Цветана, задержались мы уже.
Я хотела сказать, что мы не родные, но язык будто прирос к нёбу. Глаза защипало от злых слёз. Как же мне поведать о себе? Мне было всё равно, к кому попасть, лишь бы учиться, но уж если Люта называют сильнейшим из колдунов, так лучше к нему. И тут испоганил всё Стужайло. Вовек я тебе этого не забуду, батюшка.
Тем временем волшебники, взмахнув рукой, открыли заповедные тропы и велели ученикам взяться за руки. Мы ступили за Цветаной, и остальной мир померк.
Глава 7
Ощущения от путешествия по заповедной тропе оказались неприятными: всё вокруг смазалось, не разобрать, что и где, ориентироваться в пространстве было невозможно, голова кружилась. Я от страха вцепилась в кого-то, кто шёл впереди. Хорошо, что продолжалось это недолго.
И вот вывалились на поляну, вслед за смеющейся волшебницей.
– Поднимайтесь, это в первый раз трудно, потом привыкнете.
Я встала сначала на четвереньки, затем кое-как и на ноги. Рядом со мной была та рыженькая девушка. Остальные попали к другим колдунам.
За полянкой, на которой мы очутились, виднелся большой двор. Посреди возвышался терем, очаровательный, будто сказочный. Из светлого дерева, разукрашенный яркими красками. Вокруг него, точно цыплята под наседкой, виднелись маленькие хатки. Между ними ходили люди, занимались своими делами.
Рыженькой, что пришла со мной, было совсем худо. Её явно мутило. Поддержала девушку под руку.
– Нам бы умыться холодной водой, – попросила Цветану.
– Так ступайте к озеру, – махнула куда-то влево волшебница, – во дворе вас дождусь.
Я буквально взвалила на себя девицу и потащила, куда сказано. Обойдя колючий кустарник, мы вышли на берег удивительного небольшого водоёма, круглого, как блюдце, и синего-синего, точно небо поделилось своей лазурью с ним.
По берегам росли камыши, найдя, где можно спуститься к воде, подвела туда рыжую.
– Умойся, легче станет. А может, и вся ополоснись, если совсем худо.
– Н-нет, – сдавленно ответила она, – сейчас пройдёт.
Девица поплескала себе в лицо прохладной водой, краски вернулись на её побледневшую кожу. Она села на землю, откинувшись на стоящий рядом валун.
– Ох, уж думала, смертушка моя пришла. Всё внутри в узел стянуло, даже вздохнуть не могла. Спасибо тебе.
– Давай знакомиться, что ли. Теперь нам с тобой у Цветаны учиться. Меня зовут Марфа, то есть Тая.
– Я – Мерцана, – представилась рыжая, – идём. Не стоит нам надолго отлучаться.
– Облокотись на меня, – предложила ей.
– Благодарю, лучше мне уже.
Мы пошли в сторону терема, только мне всё казалось, что в спину нам кто-то смотрит. Обернулась. Никого. Лишь
