За какое-то одно мгновение зародился чистейший хаос. Крики, метания, брызги воды и крови, глухие удары, и полная неразбериха.
Неожиданно я заметила, что на меня летела парочка сцепившихся вампиров. Не успевая среагировать, я приготовилась к столкновению. Вот кроме чеснока на коже, и уже под ней, мне не хватало только этого. Но тут меня дернула чья-то рука, и вампиры пролетели мимо. Этот рывок был таким резким, что хрустнули кости, и я влетела в каменное тело Александра, которого чеснок не щадил так же, как и всех, но только не как все, он будто его и не замечал. Подхватив за предплечье, он потянул меня в сторону пустующей небольшой сцены, которая была позади нас, и втолкнул в нишу.
- Стой здесь, - произнес он, а сам остался рядом, повернувшись лицом к залу, чтобы видеть все происходящее.
Попадая на него, чесночная вода мгновенно разъедала кожу. Его уже розовая рубашка начинала наливаться краснотой, впитывая кровь. Несколько капель скатились со лба на кончик носа, с которого уже падала алая капля. Александр смахивал воду рукой, и кожа мгновенно начинала восстанавливаться, быстрее, чем я когда-либо видела, пока на нее снова не попадала вода. Меня это впечатлило, но восхищаться было не время. Перед глазами все мелькало, и мимо носились вампиры в поисках выхода. Стояли крики и рев. Дышать я перестала вовсе, но если сделала бы хоть вдох, то кроме чеснока ощутила бы запах крови, которая сочилась из ран. И кровь уже была повсюду.
А Александр просто стоял и смотрел на это, без каких либо эмоций на обожженном лице. И что это могло значить? Он наслаждался этим или что?
"Что ты стоишь? Сделай же что-нибудь!" - не выдержала я.
"Серафим сейчас отключит сигнализацию", - безразлично ответил он.
"Ох, простите, мистер Первородный, я забыла, что вам нет никакого дела до ваших потомков".
Зеленые глаза повернулись ко мне, и добра в них не было ни грамма.
"Посмотри на этот скот и скажи мне, ради чего я должен проявлять о нем заботу?"
С его словами упали последние капли чесночного дождя, и суета начала постепенно утихать. Хотя в зале остались немногие, и это были те, кто так и не смог с собой совладать или в панике найти выход.
"И это ваши защитники?" - спросил он, махнув рукой в сторону троих волков, которые дрались с несколькими вампирами.
Да, происходящее выглядело не лучшим образом. Казалось, будто сцепились смертельные враги, хотя в действительности оборотни должны были нас защищать. Но тут в эту кучу прыгнул каштановый волк с янтарным огнем в глазах. Ян! Он грозно рычал и скалился, расталкивая дерущихся друг от друга мощными ударами лап, причем доставалось от него и волкам, которые со скулежом отбегали прочь.
Прекратив драку и убедившись, что никто не собирается ее возобновлять, Ян повернул морду в нашу сторону и пошел к нам, медленно переставляя лапы. Даже по сравнению с другими волками он казался огромным, и при каждом шаге было видно, как перекатываются его напряженные мышцы спины. И этот воинственно настроенный хищник остановился в двух метрах от Александра.
Вспоминая всю мощь Яна, его дикость, вкус его крови, во мне мгновенно обострился такой голод, что рот наполнился слюной, причем его крови мне захотелось именно тем способом, которым он был готов мне когда-то дать, и это - через секс.
- Смело, - подметил Александр, складывая на груди руки, а его губы искривились в ухмылке.
Янтарные глаза посмотрели на меня, но я так и не поняла, что было в этом волчьем взгляде. Повернувшись обратно к Александру, Ян оскалился, обнажая острые зубы. Выйдя из голодного оцепенения, я, наконец, осознала, к чему тут все идет, а именно - к очередной драке. И что-то мне подсказывало, что я наперед знаю победителя.
- Не надо, - попросила я Александра, встав перед его лицом, и загородив им друг друга.
Левая бровь вампира в удивлении поползла вверх. Позади прокатилось рычание.
- Ян, - услышала я голос Серафима. - Ты мне нужен.
И тут Александр неожиданно рассмеялся. Его, кажется, вообще забавляла вся ситуация. Но это не мешало ему еще и бесноваться. Наклонившись к моему лицу, он произнес:
"Я чувствую, как ты его хочешь, и меня это злит, а я не советую меня злить".
Я недовольно нахмурилась:
"Это мое дело, кого хотеть, а кого нет".
- Я предупредил, - вкрадчиво вслух ответил он.
Тут в пору было топнуть ногой и зайтись в истерике, если бы не понимание, что это все будет совершенно бесполезным и смешным для окружающих занятием. Только эгоистичный Первородный мог себе позволить такую наглость, чтобы запрещать что-то мне, когда у самого имелась жена. И кто? Смертная! Нет, вы только подумайте!
Рука Александра снова обхватила мое предплечье, и он повел меня к выходу, по пути обращаясь к Яну:
- Не расстраивайся, у тебя еще будет такая возможность.
Ян продолжал рычать, но оставался на месте, а рядом с ним уже был Серафим, который будто совершенно отказывался смотреть в нашу сторону. Он просто стоял, не обращая внимание на то, что у него из-под носа уводят его дочь. Чувствовал ли он себя так, будто я его предала? И что вообще могло быть скрыто за пеленой его серых глаз, в которые мне удалось заглянуть сегодня лишь однажды?
Что же до меня, то мне сложно было кого-то судить... сложно судить всех, кроме Александра. Но идти против Первородного довольно глупое занятие, если не подходить к нему с особой осторожностью. И это все с учетом того, что я совершенно не заслуживала, чтобы мне помогали.
Свою судьбу я решила сама, поэтому самой мне теперь из нее и... выпутываться.
***
Вытащив на улицу, Александр посадил меня в машину, сел рядом, и мы тронулись с места. Я не знала, куда нас везут, и даже не собиралась спрашивать. Мне было наплевать. Всю кожу саднило от чеснока, я дико хотела крови, и была совершенно не готова к такому повороту событий, который развернулся несколько минут назад. Первое - это чесночный дождь, который был явно нацелен на то, чтобы нам навредить. И второе - мне не нравилось отношение Александра к тем, кого я любила, а ко мне - так тем более. Он не имел права их трогать! Но он был Первородным, а это значило, что он имел право на все.
Повернув голову, я взглянула на профиль Александра. Он всегда был и остается для меня самым красивым мужчиной. Других нет, но были те, кто тоже смог завладеть моим вниманием. И сравнивая теперь свои чувства, я понимала, что они совершенно не похожи одно на другое. Я любила всех по-разному. Юлиана - как отца и наставника, Леонида - как сына и поддержку, а Александра... как мужчину.
Зеленые глаза вампира встретились с моими. Заворожено наблюдая, как по его лицу пробегают полоски уличного света, я думала о том, что же чувствую к нему в настоящий момент? Ненависть... трепет... восхищение... страх... и что-то еще, в чем я сейчас совершенно не хотела разбираться. "Только бы не прежние чувства" - уговаривала я саму себя.
