Я толкнула Александра в грудь и налетела сверху, пригвоздив его спиной к бортику. Кровь снова хлынула через края, а на губах вампира появилась довольная ухмылка. Я наклонилась к его губам и прошептала:
- Не позволю снова делать из меня игрушку.
- Очень смелое заявление. Ну что ж, попробуй доказать мне, что ты способна быть кем-то большим.
Сжав руками мои ягодицы, он подтянул к себе, так что створки моего лона скользнули по его напряженной плоти. Я выдохнула ему в губы, и пальцы сжались на его плечах. Боже, как же я его хотела! Я накрыла его рот в жадном поцелуе, одно движение бедрами, и я стала медленно опускаться на Александра, слишком остро ощущая, как его плоть заполняет меня всей свой длиной. Мой стон потерялся где-то в глубине его рта. Держась за крепкие плечи, я слегка приподнялась и снова опустилась. Пальцы Александра зарылись в мои волосы и потянули назад, заставляя прекратить поцелуй и обнажить перед ним шею, которую коснулись его губы, обдавая кожу тихим рычанием. Но я не хотела ему позволять снова себя кусать. Мы и так в буквальном смысле купались в крови. Положив ладонью на его горло, я оттолкнула от себя, пока он не уперся спиной в бортик ванной. Глаза Александра потемнели до цвета мокрой травы, и его взгляд стал таким хищным, как у изголодавшегося зверя, который добрался до своей добычи в полной уверенности, что эта добыча принадлежит теперь ему. И сидя на нем сверху, я уже начала сомневаться, кто из нас тут владеет ситуацией.
Я снова приподнялась и опустилась, и Александр стиснул в руках мои ягодицы, помогая мне найти нужный ритм... и опять же - нужный ему. Но меня он так устраивал, что я даже не собиралась возражать. А уже спустя минуту во мне стало спадать одно напряжение и быстро нарастать другое. Вся моя осторожность куда-то испарялась, и я уже могла только чувствовать... чувствовать и млеть от близости с этим мужчиной... когда-то... любимым. Но когда-то ли? Во мне все так смешалось, что я уже не могла в себе разобраться. Я прыгала на Александре, льнула к нему и стонала ему в рот, пока он терзал мои губы в жадных поцелуях. Это было так прекрасно, что очень скоро я почувствовала приближение разрядки. И в этот момент Александр прижал меня к себе, и его зубы ударили мне в шею.
Легкая боль на фоне удовольствия сделала его еще острее, и я задохнулась от нахлынувших ощущений... от ощущения его рта на моей шее. По телу волнами покатился экстаз, и я закричала, ныряя в омут его сознания. Но образов не было, были одни чувства на все безграничное пространство, которое очень быстро и резко приобрело свои границы, стягиваясь вокруг меня, обволакивая и сужаясь, и проникая в каждую клеточку моего тела. И это уже было чем-то, что выходило за рамки обычного, потому что это было похоже на то, что не так давно проделал со мной Серафим во время Обряда Крови. А это значило, что... Александр забирал меня у Серафима и привязывал к себе той связью, которая имела самые прочные и кровные узы. И это без моего согласия!
- Нет! - выкрикнула я, находя в себе силы для сопротивления и толкая Александра в грудь.
От моего толчка Александр влетел спиной в бортик, а я отлетела от него к другому краю ванной. Его глаза мгновенно похолодели, словно их зелень покрылась инеем, и я кожей ощутила всплеск его злости. Но на эту злость мне было совершенно наплевать.
- Не смей так делать без моего согласия, - зашипела я на него.
Александр медленно двинулся вперед. Не став дожидаться, пока он окажется рядом, я резко развернулась, собираясь выскочить из ванной. Но успела я лишь только дернуться, как руки Александра удержали меня на месте, крепко хватая за бедра. Его обнаженный и липкий от крови торс прильнула к моей спине, а неудовлетворенная плоть вжалась в ягодицы, напоминая о том, что он еще не получил своей доли разрядки.
- Ты, кажется, забываешь, с кем имеешь дело, моя прекрасная Маргарита, - прорычал он мне в щеку, скользя руками вниз по ногам и насильно раздвигая колени в стороны.
- Не трогай меня, - рыкнула я, пытаясь вырваться из его хватки, и понимая как это бесполезно.
Руки Александра поднялись на поясницу и заставили прогнуться в спине.
- Я сам решу, что мне с тобой делать, - хрипло ответил он, одним мощным толчком снова заполняя меня собой.
И надо же, а я ощутила такой прилив вожделения, что едва сдержала стон, закусывая губу до крови. Но как он смеет!.. насильно принуждать... меня... к удовольствию! - мои мысли прерывались с каждым его толчком, пока не пропали вовсе. Я была сейчас открыта и уязвима, и практически в полной его власти, злясь и изнемогая от вожделения, и ожидая нового удара в шею. Но Александр с этим медлил, дразня поцелуями и проводя шершавым языком по точке пульса. Когда я подстроилась под ритм Александра, его руки поползли вверх к моей груди, стиснули в ладонях и обласкали каждую из них. Сжимая край ванной, и держась за него же, я могла только тонуть в томительном блаженстве и стонать, пока рот не закрыли его окровавленные пальцы, которые я принялась жадно облизывать. И мне показалось, что это длилось бесконечно, пока нас обоих одновременно не накрыли волны чистейшего удовольствия, рассыпаясь внутри разноцветным фейерверком эмоций...
Александр зашевелился первый. Он поцеловал меня в шею, отчего я затаила дыхание в ожидании, готовясь взбунтоваться теперь, как следует. Но его губы отстранились от кожи, и больше ничего не последовало. Он оглядел мой профиль и тихо шепнул на ушко:
- Я могу это сделать в любой момент, и так, что ты ничего не сможешь мне возразить.
Я устремила на его лицо грозный взгляд и увидела ухмылку, самую мужскую и довольную. С этой ухмылкой он вылез из ванной и прошел в душевую кабинку, чтобы смыть кровь. Я села, неосознанно облизывая окровавленные пальцы, и думая о том, что это сейчас все такое было. Когда я думаю, что способна владеть ситуацией, Александр переубеждает меня в обратном, и все мое усердие коту под хвост. Почему? Я ведь совершенно отказываюсь плясать под его дудку... ну, не считая, конечно, секса, в чем не уступить ему было просто невозможно, потому что бороться против него и себя я не в состоянии.
Но чтобы все осмыслить, первое, что мне нужно было сделать - это успокоиться, потому что после такого секса и с Александром я была на грани сумасшедшего восторга, и что душила в себе злостью и обидой. Второе - мне нужно было подумать... в одиночестве. А третье - мне срочно нужен был совет Серафима.
Александр вышел из душа.
- Прошу, - предложил он мне зайти в кабинку после него, когда сам развернулся, взял полотенце и покинул комнату.
Дождавшись этого момента, я наспех приняла душ, закуталась в халат и вылетела следом.
