продолжилось:
– В городе заказов было мало, а беженцев – много. Мужу предложили работу здесь, на что он и согласился. Да и не очень-то хотелось жить в доме, где умер отец. В Шахин муж приезжает очень редко, и лишь для покупки хороших кузнечных инструментов, которые невозможно сделать самому. В последний приезд ему сказали, что какая-то молодая женщина ищет свою сестру, вышедшую замуж за кузнеца. Подробности совпали. Опять начались рыдания и снова потекли слёзы…
В домике при кузнице Евпл и Дарья прожили две седмицы. Сёстры всё не могли наговориться и каждый день вспоминали подробности прежней жизни. Дарья звала Хуршеду и её мужа Сэроша в Антиохию, но те лишь отнекивались – жить среди ненавистных им ромеев совершенно не хотелось.
Евпл всё это время следил за тем, как ухаживают за лошадьми и, даже, помогал в меру сил. Но вот пришло время расставания и сёстры еле смогли отойти друг от дружки, понимая, что видятся, скорее всего, последний раз. Повозка ехала по равнине, Дарья глядела назад и всё махала и махала на прощание платком, и слёзы ручьями текли по её щекам.
В Шахин молодая женщина приехала совсем разбитая, и заботливая Иотапа лишь бубнила, что та не думает ни о себе, ни о будущих детях. Да, обследование показало, что Дарья беременна двойней, и возвращаться в Антиохию в таком положении будет полным безумием.
Джамшид и Евпл ещё более сблизились, и почти каждый вечер хозяин дома рассказывал что-то из своей жизни. Он был огневиком и многие вещи, о которых Евпл никогда бы не смог додуматься, начали раскрываться со всей определённостью.
– Скажи, Джамшид, – как-то решился спросить парень. – Я знаю, маги-фэридуны не желают делиться своими секретами, а ты вот рассказываешь мне всё без утайки. Почему?
– Дело даже не в том, что ты вызволил моего сына из рук разбойников, – ответил мужчина после раздумья. – Я вижу, полное отсутствие в тебе ненависти к чужим для тебя людям. Между нашими империями столетиями существует вражда и она возвела непреодолимую стену недоверия. Я всегда считал, что государственные границы – лишь условные линии на земле, которые частенько передвигаются по воле случая, и за это обычные люди платят своей кровью.
– Спасибо за доверие, Джамшид, – поблагодарил Евпл. – Я на самом деле не вижу в жителях твоей страны врагов, которых следует ненавидеть всем сердцем. Мне противно бездумное уничтожение одних людей другими ради любой идеи, пусть даже той, что называется государственной необходимостью.
Тут парень вспомнил одну мысль, давно засевшую у него в голове:
– Знаешь ли ты что-нибудь о месте силы, которое выглядит полусферой, окутанной тёмной дымкой?
– Нет, Евпл. Я даже не слышал о таком.
– Мне однажды встретился человек, владеющий тайной данной силы, – и парень рассказал о странной атаке таинственного человека с множеством перстней на пальцах.
Джамшид внимательно выслушал и надолго задумался.
– Если всё было именно так, как ты рассказал, – начал он. – А не доверять тебе мне смысла нет, то это какая-то редчайшая и опаснейшая сила, о которой никто из фэридунов никогда не говорил. Ведь если довести её до совершенства, то один маг может выступить против нескольких сотен людей, совершенно их не опасаясь.
– Почему же он не смог взять меня под свой контроль? – задал Евпл важный вопрос.
– Не знаю. У меня когда-то был один пожилой наставник, который очень сильно помогал мне в начале моего пути. Так вот, он – один из немногих, от кого у меня нет секретов. Я напишу ему письмо и если он ещё жив, то нам надо будет съездить к нему и рассказать о том, что ты увидел.
– Сколько времени будет идти это письмо до него?
– Месяц, возможно.
– То есть, ответ придёт, в лучшем случае, через три месяца, если не затеряется по дороге. Может, будет проще сразу поехать к нему. За это время может много произойти, а он, как я понял, человек старый. Кстати, а где он живёт-то?
– Ты прав. Надо собираться и ехать сейчас, дабы потом не кусать локти, если опоздаем. Что касается города Амоля, куда мы отправимся, то он находится за хребтом, почти на самом берегу Каспийского моря…
Дарья, конечно, была совершенно расстроена таким неожиданным и скорым отъездом мужа.
– Не волнуйся, любимая. К тому времени, когда тебе настанет время рожать, я как раз и вернусь. Да и целители в Шахине имеются, стоит их лишь позвать.
– Я буду тебя ждать, муж мой. Тем более, что это не первая моя беременность, и я должна справиться. Да и твои амулеты исцеления тоже что-то да могут.
Евпл и Джамшид, сопровождаемые засидевшимися без дела бойцами, отправились к новой цели. Через две седмицы они достигли руин старинного города Арсакия, названного в честь белых саков – одного из скифских племён, образовавшее вокруг себя Мидийское царство. Прошло ещё почти две седмицы, и вот маги въехали в древний город Амоль, даже не предполагая, где находится человек, до которого они добирались целый месяц.
Как оказалось, дом мага Зандика, сына мага Гилани, находящийся в самой северной точке города, им показал первый же встреченный горожанин, что было удивительным для Евпла, но не для Джамшида, который всё время, потраченное на дорогу, рассказывал своему спутнику истории о своём великом наставнике.
Зандик сидел на крыше своего дома и смотрел на север, где, как он уверял каждого, виднеются воды Каспия, и никто из домашних даже не смел спорить по этому поводу с подслеповатым стариком.
Когда Джамшид, в сопровождении Евпла, поднялся наверх, то услышал, как наставник, не поворачивая головы произнёс:
– Давненько мы не встречались, мой юный друг.
– Да, наставник, – только и мог ответить ошарашенный мужчина.
– Ты думаешь, если мои глаза плохо видят, то я не узнаю о твоём приближении? – с лёгкой усмешкой произнёс старик. – А кто этот мальчик, что пришёл с тобой?
– Это путешественник из Ромейской империи, наставник.
– Ромей?
– Нет, он родом из очень далеких северных земель своей империи.
– Ну и хорошо. Что вас привело ко мне в дни, когда кости многих, кого я знал чуть ли не детьми, уже давно объедены стервятниками в башнях молчания?
– Наставник, – ещё раз склонился Джамшид, – мы пришли спросить о местах силы, над которыми клубятся тёмные дымки.
– Вот
