незачем магам заниматься такой низменной вещью, как продажа.
– Меня зовут Евпл, уважаемый, – решил взять инициативу в руки парень. – Я фэридун из Антиохии, и год назад я услышал в Хормирзаде, что в этих землях проживает много магов, с которыми мне может посчастливиться встретиться.
– Я Джахан, – торговец решил не употреблять к собеседнику обычное обращение уважаемый. – Да, в городе проживают маги-фэридуны, но я совершенно не уверен, что они изъявят желание встретиться с ромеем.
– Понимаю, – парень качнул головой. – Недавний военный конфликт и намного более долгое противостояние наших империй не даёт повода для дружеских отношений, но и не является непреодолимым препятствием для полезных бесед. Вот доказательство того, что подобное уже происходило.
И Евпл показал магические амулеты, с удовольствием наблюдая за ответной реакцией лавочника. Тому не понадобилось брать вещи в свои руки, дабы признать их подлинность.
– Ну раз так, – с неохотой признал Джахан. – То я могу сказать знакомым магам о твоём желании встретиться с ними. Как ты понимаешь, о содержании ответа я не могу заранее ничего сказать.
– Я остановился вот в этом постоялом дворе, – парень протянул записку с адресом. – Так что если кто-то согласится со мной встретиться, то достаточно будет известить меня или моих людей, которые разместились там же.
Последующие седмицы Евпл и Дарья занимались поиском родственников и исходили множество кузниц и литейных, но мужа сестры нигде не нашли. Зато парень ознакомился с некоторыми интересными образцами оружия, могущими расширить ассортимент его лавки в Антиохии. Маги тоже не торопились объявиться, и всё это создавало лёгкий налёт уныния на общем настроении.
Дабы как-то отвлечься, Евпл вышел за городские стены и отправился с парой бойцов побродить по горам, более похожими на холмы с редкой растительностью. Ничего конкретного от этой прогулки парень не ожидал, хотя и хотел найти нечто интересное. Этим нечто оказалась группа мужчин, быстро приближавшаяся к ромеям. Разбойники? Евпл решил не спешить и подождать развития событий.
– Эй, чужак, что ты здесь потерял? – послышался грубый оклик.
– Ничего, просто прогуливаюсь, – парень ответил как можно дружелюбнее, а вот сопровождающая его охрана положила руки на оружие.
– Просто прогуливаешься? – мужчина засмеялся. – Такой глупый ответ я давно не слышал. Вы сейчас отдаёте нам всё своё имущество, и мы позволим вам уйти отсюда живыми.
– А если мы откажемся? – попробовал потянуть время Евпл.
– Тогда ты сам себе виноват, – и с этими словами ватага бросилась вперёд.
Бежали они быстро, но недолго. Вот тела одного, второго, третьего разбойника стали протыкать большие ледяные сосульки. Когда оставшиеся обнаружили, что их стало намного меньше, сильный воздушный удар повалил всех на землю.
– Ну и кто теперь сам себе виноват? – спросил Евпл ранее говорившего с ним.
– Пощади, фэридун, – слова давались мужчине нелегко из-за травмы грудины.
– Почему ты меня так назвал?
– Разве не тебя послали выкупить парня, которого мы схватили?
Глава 4
Путь до лагеря разбойников оказался не очень долгим и через треть часа все оказались перед входом в пещеру, сокрытым кустарником. Внутри нашлась пара разбойников, охранявших заложника. Вернее, вот они там сидели и, вдруг, повалились ничком мёртвыми.
– Рассказывай, – повернулся Евпл к атаману, а охранники заканчивали с остальными бандитами.
– Я всё расскажу, только не убивай, – застонал мужчина, хотя и понял, что просьбы бесполезны. – Мы сегодня утром схватили этого мальчишку и я послал подручных за выкупом к его родителям. Ну а потом он стал нам угрожать, что все его родственники являются магами-фэридунами, и мы умрём раньше следующего вечера.
– Он не соврал, – кивнул Евпл своим бойцам.
Затем парень подошёл к пленнику и снял повязку с головы. Он, действительно, был очень молод, лет тринадцати-четырнадцати, наверное.
– Ты кто? – спросил мальчик.
– Меня зовут Евпл, я фэридун. А ты кто?
– Я Нариман, сын фэридуна Джамшида, сына мага Таджа из Шахина.
– Во как! Ну вставай, я отведу тебя домой.
Мальчик неуверенно встал и боком вышел из пещеры. Путь до города был неблизким и где-то на полпути он разговорился и уже не умолкал до самого длма. Так Евпл узнал, что Нариман ослушался приказа отца и ушёл далеко в горы, ища место силы.
– Для чего тебе было искать подобное место?
– Я много слышал об этом и хотел узнать, действительно ли оно бесполезно для меня.
– Убедился? – с улыбкой спросил Евпл.
– Нет, меня выследили и схватили разбойники, когда увидели на мне одежду из хорошей ткани. Так они поняли, что я не из бедной семьи и вынудили сказать адрес дома, где я живу, и потребовали выкуп.
– Значит, ты имеешь хранилище силы?
– Да, конечно. Ими обладают оба моих родителя.
– Тогда место силы для тебя действительно бесполезно, раз ты родился с хранилищем. Поверь мне, возможно, это и к лучшему, поскольку впитывание является довольно болезненным процессом.
– Так ты получил хранилище от самого всевышнего? – мальчик в изумлении остановился.
– Да, так, – с небольшой запинкой ответил Евпл.
– И каково оно – использовать место силы?
– Довольно болезненно, как я и сказал. В глазах темнеет, тело будто бы прокалывают сотни иголок, ноги не держат.
– Всё-равно, тебе очень повезло, – промолвил Нариман. – Таких как ты очень мало.
Они шли и Евпл рассказывал как получил дар, как путешествовал по миру, а его спутник слушал и изредка цокал языком от переизбытка эмоций. Дом Наримана находился в стороне от центра Шахина на одной из тех нешироких улиц, на которых с трудом разминутся две повозки.
– Я обязан представить тебя своему отцу, – убедительно сказал мальчик. – Иначе, он будет точно ругать меня, что я так безразлично отнёсся к своему спасителю.
– Хорошо, – со слабой дрожью в голосе согласился Евпл. Он и не думал, что таким образом познакомится с местными магами.
Дверь отворил привратник и с громким вздохом уставился на стоящих.
– Хозяин только-только пришёл домой, – проговорил он.
Нариман махнул рукой Евплу, чтобы он заходил в дом, а сам побежал внутрь и вскоре скрылся за очередной дверью. Пока парень осматривался, в глубине дома раздались восклицания и голоса, которые становились громче и ближе. Дверь открылась, и из неё вышел мужчина лет пятидесяти,
