нас? Нет, это даже лучше, никто не рискнёт к нам даже приблизиться сейчас, так как тогда у государя будут развязаны руки, чтобы рвать и метать всех за сына, кого он посчитает подозрительным, однако о таком действительно надо предупреждать. Потому что не знаю, как остальные, но я терпеть не могу такие сюрпризы.
Едва мы сели в автомобиль, я сразу обратил внимание на то, как много действительно было вокруг охраны. Люди в гражданском, которые стояли в стороне, тут же поспешили сесть в неприметные автомобили. Да и вся эта проезжая часть была необычайно пустой, её явно перекрыли, чтобы никто посторонний не помешал встрече.
В сумме, если взять всех, кого я заметил, их было не меньше сорока пяти человек, но, скорее всего, больше.
Машина была большой, больше, чем даже те роскошные автомобили, что были в автопарке домов. Длинная, отгороженный салон от водителя с сидениями не только сзади, но и спереди, где тут же начали всё трогать своими шаловливыми ручонками дети. Они даже умудрились достать из какого-то шкафчика бокалы, которые поспешила отнять Катэрия.
— Почему их посадили в отдельную машину? — спросил я. — Я имею ввиду, он сел с семьёй Марианетты? Он же сюда приехал ради Финисии, как я полагаю.
— Положено, — пожала плечами Катэрия, пытаясь пристегнуть детей.
— Положено ехать с её семьёй?
— С сопровождающим. Они не женаты, не обручены и не могут вот так просто оставаться вместе наедине. Принято, чтобы рядом всегда присутствовал взрослый, желательно, родитель одного из детей, чтобы они не наделали глупостей наедине.
— Других это не останавливало.
— Другие и не будущие наследники. К тому же, уважение к дочери — это уважение к её родителям, потому он оказывает честь матери, кто вырастила ребёнка.
— Всё сложно.
— Ну да, — села она рядом. — Со мной-то всё было гораздо проще. Раз-два, и мы пара.
— Если бы кто-то умел читать жёлтые надписи, не было бы раз-два, — ответил я.
— А ты жалеешь?
— О чём? — посмотрел я на неё.
Катэрия смотрела на меня пронзительным взглядом любопытных глаз.
— О том, что так случилось и мы вместе?
— Пока не приходилось.
— И мне.
Когда мы выехали на дорогу, каким-то чудесным образом машин вокруг практически не было. Обычные гражданские автомобили как бы невзначай выстроились вокруг нас, создавая своего рода кокон вокруг кортежа, чтобы ни одна случайная машина не подъехала ближе. Уверен, что с неба нас тоже точно так же контролировали.
— Словно важных особ везут… — пробормотал я.
— Ну, для наследника дочь Марианетты действительно важная особа. А он важная особа для государства, поэтому такая охрана, — ответила Катэрия, разглядывая через окно город. — Зато такси не пришлось вызывать.
— А так хотелось опять попасть в ловушку и убить водителя, да? — не удержался я.
Она лишь бросила на меня взгляд, после чего фыркнула и отвернулась обратно к окну.
Мы проезжали только по широким автомагистралям, и лишь раз, когда уже подъезжали к центру, кортеж свернул на узкие дороги. Но и здесь мы проехали мимо нашего отеля, который заранее забронировали. Видимо, сверху решили, что будет лучше поселить нас в другом месте, под собственной защитой. Тем и лучше, и хуже.
Лучше — не придётся беспокоиться о безопасности, хотя помня, какой дом помогает с управлением дворцом, покоя нам не знать.
Хуже — все наши операции, которые я собирался проводить, будет осуществить гораздо сложнее, так как я уверен, что за каждым нашим шагом будут следить. А именно они и были одной из важнейших задач.
Иначе говоря, Финисия знатно усложнила нам жизнь.
Мы поехали не прямиком во дворец. Проехав мимо величественного здания, мы направились дальше, объезжая территорию по кругу, пока не подъехали с другой стороны. Въехали через ворота мимо десятка охраны, оказавшись на внутренней территории, где покатились между различных зданий, в которых я узнал и зал советов, и государственные казармы. Здесь здания были столь же красивыми, как и дворец. Как говорила Марианетта, красота поместья и его территорий — лицо дома.
Мы остановились на круглой площадке перед гостиными домами, в которых позволяли остановиться действительно важным гостям. Иностранные послы, знатные дома или, как мы, друзья государственной семьи. Не успел я потянуться к ручке двери, как нам сразу же открыл дверь дворецкий.
— Добро пожаловать, господа, в государственный дворец, — отвесил он нам поклон.
Я вышел первым, после чего помог выйти Катэрии, а следом ловил детей, которые на своих маленьких ножках спешили разбежаться в разные стороны. Из соседней машины первым вышел наследник престола, галантно подав руку сначала Марианетте, а следом и Финисии, которая тупила глазки и краснела, не забывая держать осанку, чтобы лишний раз подчеркнуть свою грудь. Кален выпрыгнул сам, едва не поцеловав брусчатку.
Вокруг были тишина и спокойствие, несмотря на то, что территория дворца располагалась в большом городе в самом его сердце. Казалось, что мы оказались за городом. Круглая площадка, которая позволяла подъехать к любому дому, была окружена стройными рядами деревьев. В самом её центре бил вырезанный из камня фонтан, выпуская в воздух сотни струй. Людей, кроме охраны, что кружила вокруг нас, и прислуги, не было вообще.
— Прошу вас, господа, позвольте вас проводить к вашим покоям, — покорно попросил дворецкий, после чего повёл нас к главному гостиному дому. Остальная прислуга уже разгружала наш багаж, выстроившись за нами вереницей.
У самого входа мы встретились с семьёй Марианетты, где их поспешил оставить наследник престола.
— Мне было приятно провести с вами время, однако боюсь, что сейчас нам придётся расстаться, чтобы встретиться позже вновь, — кивнул он. Нам же пришлось поклониться в ответ.
— Большое спасибо, достопочтенный господин Максидос, что пригласили нас и помогли доехать, — вежливо ответила Марианетта, выпрямившись. — Надеюсь на скорую встречу. Разговор с вами был усладой для нас.
— Вы мне льстите, — улыбнулся он.
