Ситуацией, несомненно, управлял Питер. Началось с того, что он попросил ее забрать Томаса у отца, а кончилось тем, что вручил ей свою визитку и таким образом вынудил встретиться с ним. Да, он умеет использовать любую случайность себе на пользу.
Питер Рэмси… миллиардер, безжалостно добивающийся того, чего хочет?
На ум пришли известные слова Юлия Цезаря «Пришел, увидел, победил».
Сегодняшние миллиардеры — это те, кого раньше называли империалистами. Собственные интересы превыше всего, а какая цена стоит за этим — им безразлично. Сомнений нет, Питер Рэмси принадлежит именно к такой категории. Разве она интуитивно, еще не зная, кто он, не сравнила его с воином-викингом?
Что, если она игрушка в его руках? Но Эрин все равно не хочет отказаться от этого приключения. Она тоже попыталась повлиять на исход их знакомства, намеренно надев откровенное платье. Долгое время ее жизнь была довольно серой, и поэтому Эрин погрузилась в свои сказки… и путешествия. Причина? Чтобы разнообразить собственное существование.
А что случилось сегодня? Взаимное притяжение между ней и Питером Рэмси.
Возможно, это фантазия, которая продлится всего одну ночь, но пусть будет так.
Питер едва удержался, чтобы не развить бешеную скорость. Он был на подъеме, а это требовало активности. От присутствия рядом с ним Эрин ему казалось, что она все еще прижимается к нему и он ощущает ее тело, такое мягкое и податливое. Было от чего взыграть первобытным чувствам!
От возбуждения Питер не сразу заметил, что Эрин не произнесла ни слова с тех пор, как они выехали с Оксфорд-стрит. Большинство женщин болтушки, а Питеру не хотелось разговаривать, не хотелось нарушать магическое очарование момента. Он ожидал, что с этой женщиной получит наслаждение, и его переполняло желание осуществить задуманное.
А она молчит. Почему? Довольна тем, что проведет с ним ночь, или ее посетили менее приятные мысли?
Эрин сказала, что он затеял какую-то игру. Поверила она его ответу? Откуда ей знать, что он никогда прежде так не поступал?
Питер бросил на нее взгляд. Она сидела, расслабленно откинувшись на подголовник, закрыв глаза и положив руки на колени. Длинные локоны развевались вокруг совершенно спокойного лица.
— О чем вы думаете, Эрин? Фантазируете? — спросил он, вспомнив ее слова за обедом.
— Я здесь, с вами, — ответила она, еле заметно улыбнувшись.
Слава богу! Можно не беспокоиться насчет того, как она отнеслась к его поведению.
«Я с вами…» Или с миллиардами Рэмси? Отбросила прочь сомнения, когда перед ней замаячила возможность связи с ним, и…
Питер сжал зубы. Он не хочет так думать об Эрин. Во всяком случае, не сегодня. Он будет плыть по течению. Надо ловить момент. Она красива, восхитительна, а циничные предположения только притупят желание, и волшебство может исчезнуть. Выброси из головы дурацкие мысли и насладись этой женщиной, приказал он себе.
«Замок» Питера представлял собой фешенебельный пентхаус на холме около Бонди-Бич. Из подземного гаража они поднялись на лифте прямо в обширную гостиную, выходившую на террасу с бассейном. Эрин успела заметить шикарную обстановку. Питер сразу же повел ее по лестнице наверх, в спальню. Он отдернул шторы, закрывавшие целую стену, и перед Эрин предстал захватывающий вид.
Питер распахнул стеклянные двери и с улыбкой пригласил выйти на балкон. Затем встал у нее за спиной и обнял за талию. Его лицо было так близко, что теплое дыхание касалось уха.
— Эта ночь наша, Эрин.
— Да, — прошептала она в ответ, не в силах скрыть тех эмоций, которые переполняли ее.
Ночь была безоблачная, высоко в небе мерцали звезды и ярко светил серп луны. С моря долетал соленый легкий ветерок и слышался рокот волн, набегавших на пляж. Но основное чудо — это мужчина, обнимавший ее.
Эрин откинула голову ему на плечо. Какой он мускулистый, мужественный! Внутренний голос говорил: «Доверься ему». Это странно, потому что она едва его знает.
— Как приятно тебя обнимать, — сказал Питер, и в его голосе прозвучало удивление, словно он сам себе не верил. — Я хочу ощутить всю тебя, Эрин. — Его ладонь переместилась к пряжке ее пояска. — Можно я раздену тебя прямо здесь?
— Можно. — Ей хотелось, чтобы его руки прикасались к обнаженному телу. Она была уверена, что это будет потрясающе здорово. — Но и ты разреши мне раздеть тебя.
Питер засмеялся, и глубокий, гортанный звук заставил бешено забиться сердце. У нее в жизни не раз был секс: из любопытства, от одиночества, от необходимости закрепить возникшие отношения. Но слишком многое мешало, и в результате она снова и снова оставалась одна.
Сегодня все по-другому. Ее тело вибрировало от нетерпения. Эрин забыла о прошлом и не думала о будущем. Важно то, что происходит здесь и сейчас. Она никогда не чувствовала такого прилива бодрости.
Питер снял с нее поясок, и она услышала, как звякнула пряжка о плитки пола, а когда он легонько провел кончиками пальцев по ее руке и плечам, то по коже пробежали мурашки.
— Холодно? — спросил он и приподнял длинные пряди волос, чтобы добраться до бретели на голой шее.
— Нет. Это возбуждение.
Питер опять засмеялся, и в этом смехе было столько радости, что сердце у нее заплясало от счастья. Затем он поцеловал ее в затылок и развязал бретельку, которая удерживала платье.
Лиф платья скользнул вниз, и обнаженную грудь остудил ветер с моря. Соски напряглись и набухли. Зашуршала молния, и платье упало к ногам. Питер запустил большие пальцы за край крошечных трусиков — единственный предмет одежды, оставшийся на ней, — и быстрым движением спустил их.
— Эрин, приподними по очереди ноги.
Она послушно сделала то, что он просил. Он не снял с нее туфли, и было жутко эротично стоять в босоножках на высоких каблуках и ощущать, как его пальцы сначала обхватили ей лодыжки, затем поднялись выше, лаская икры, щекоча нежную кожу под коленями, гладя бедра, осторожно сжимая округлые ягодицы. Вот пальцы переместились на живот и ниже, к самому чувствительному месту.
Сердце у Эрин дико скакало, и она, едва дыша, вся отдалась прикосновениям Питера. Каждая жилка в теле дрожала, груди набухли, упругие соски еще больше напряглись. Питер заключил их в ладони и начал пощипывать.
Эрин тоже обуяло желание ощутить его тело. Она отвела в сторону руки Питера и развернулась лицом к нему.
— Теперь ты, — с настойчивостью произнесла она.
Он слегка нахмурился, и Эрин испугалась. Неужели она разрушила колдовство этой ночи и испортила то, что могло быть впереди?
Но Эрин напрасно волновалась: лоб его разгладился, глаза весело засветились, и он широко улыбнулся:
