что я встретилась взглядом с пронзительными голубыми глазами барса.
Глава 3
Итогом моей вылазки стала жуткая простуда. Потому родственников я встречала с лихорадкой, прикованная к кровати. Это и гиперопека графа стали причиной того, что новости империи я узнала лишь через неделю. Благо, все прошло по плану: главная героиня получила анонимку вовремя, и так же удачно обнаружила раненного в гуще леса. Также слаженно они разобрались с теми, кто заказал покушение, и начали чистку внутри империи.
А я... я предвкушала мой скорый день совершеннолетия и тур в сельскую местность с билетом в один конец. Всего-то два месяца потерпеть.
В это время я и моя семья продолжали заниматься своими делами. Хотя бизнес отца, разумеется, претерпевал серьезные издержки, учитывая, что творилось внутри империи, с которой граф Макрой вел торговлю на крупные заказы. Да и все королевство словно затаилось в нервном ожидании итогов разбирательств соседей.
Я же по этому поводу не переживала, напротив, воспользовалась данной причиной, как аргументом немного ужаться в расходах и отсиживаться дома, посещая лишь крупные мероприятия. Но и это было терпимо, учитывая, что моя основная головная боль внутри королевства в лице герцога Лесли внезапно скрылась с горизонта. В последний раз мы виделись в тот злополучный день еще до моей операции по спасению главного героя.
Однако, вместе с облегчением, этот же факт наводил на неприятные размышления. И предавалась нерадостным предчувствиям не только я, но и братец‚ который однажды спросил у меня:
— Ты в курсе, куда подевался Никэл?
— Он мне не отчитывался, — проворчала я, скрывая свое тревожное лицо за чашкой чая.
— Тебе не кажется это странным? Прежде он тебе едва ли ни ежедневно письма слал, а то и по нескольку раз на дню, сообщая о всех своих передвижениях. Даже когда вы поссорились, он не изменил своей привычки, — напомнил мне брат, отчего мой взгляд невольно скосился на камин. В котором я с удовольствием все послания Никэла и сжигала, не раскрывая. Но брат прав, с того дня, как я очнулась после простуды, от герцога Лесли не было ни единой весточки. Вернее будет сказать, они перестали приходить даже раньше, но уже после того, как я слегла с болезнью, что невольно наталкивает на невеселые мысли. Учитывая, что в то время единственным действительно важным событием были происшествия в соседней империи с участием главных героев, невольно становилось неуютно от одних только догадок.
Читая роман и даже оказавшись внутри него, я была уверена, что причина нападения империи на наше королевство заключалось в семействе Макрой и том вреде, что мы причинили Адриану. Но теперь, когда я исключила любую возможность причастности главного героя к несчастьям моей семьи, поведение герцога выглядит подозрительным.
Так ли уж сильно на нападение империи повлияла злодейская семья Макрой, или они были лишь одной из причин? Вспомнились так же и преступления Лесли, которые вскрылись позже, по отношению к зверолюдям. Работорговля в королевстве официально запрещена, тем более империя строго следила, чтобы их граждане не попадали на черные невольничьи рынки.
С богатством и влиянием герцога Лесли, он бы мог раздобыть одного-двух оборотней, но по книге у него был целая тюрьма с десятками плененных и истерзанными оборотнями. Как империя могла закрыть глаза на пропажу такого количества своих граждан?
Отсюда следует закономерный вопрос, который прежде меня отчего-то не посещал: откуда герцог достал столько пленников, и кто его покрывал все это время? И, разумеется, какую цену заплатил за это сам Лесли? Что-то я сильно сомневаюсь, что все дело в одном золоте.
Заметив мое выражение лица, брат все понял и насупился:
— Я слышал, что ты хочешь после своего совершеннолетия отправиться жить на окраины?
— Хочу‚ — осторожно подтвердила я, вспоминая, как отец от одной только мысли хватался за сердце и заливался горючими слезами, из-за чего мне пришлось идти на попятный и переводить свои слова в шутку, с намерением поговорить об этом уже когда придет время непосредственного отъезда.
Крейг помолчал, думая о чем-то своем, словно прикидывал риски. Идея оставлять меня в одиночестве далеко от семейного поместья ему не нравилась. Однако, он не говорил категорического «нет», как это было с отцом.
- Я поговорю с отцом, чтобы он не препятствовал твоему отъезду. Думаю‚ не стоит ждать самого совершеннолетия. Лучше отослать тебя как можно скорее.
Я едва не поперхнулась чаем и пораженно переспросила:
— Ты не против?
— Одна ты, разумеется, не поедешь. Если не выйдет поехать с тобой мне, я отправлю с тобой весь наш рыцарский орден.
— Ты спятил? Оставить отца и родовое поместье вовсе без защиты? — нахмурилась я.
— Отец не пропадет, а из-за отдаленности нашего поместья от столицы, оно не представляет особой ценности, как цель захвата.
С этим я была готова поспорить, видя, что брат просто пытается меня успокоить. Однако он продолжил свою мысль:
— Как бы то ни было. Чувствую, что скоро многое изменится. И не в лучшую сторону. И лучше бы тебе в этот момент быть как можно дальше от столицы и здешних дворян.
— Думаешь, отец согласится? — поразмыслив, робко спросила я. — Тем более, не вызовет ли подозрений то, что дочь графа Макрой не станет отмечать совершеннолетие в столице?
— Если рассказать ему о моих опасениях, о которых он, наверняка, и сам догадывается — согласится. Риск общественного неодобрения из-за отмены празднества совершеннолетия не сравнится с твоей безопасностью ни для отца, ни для меня, — уверенно кивнул брат и решительно поднялся с кресла в беседке, где пил со мной чай. — Я займусь этим вопросом, а ты начинай готовиться к отъезду. Лучше всего начать сегодня же.
— Крейг... — остановила я брата, который намеревался покинуть беседку. Красивый статный аристократ, который был так сильно похож на отца, остановился. - Я очень ценю... все, что вы с отцом для меня делаете, — произнесла я и смутилась. — А теперь проваливай, я уже устала от твоего общества, — тут же вспомнила я о поддержании образа, но успела заметить понимающую улыбку брата, которую он скрыл в уголках губ.
— Я тоже люблю тебя, Эдит, — хохотнул он, а после уже менее напряженной, летящей походкой сбежал по ступенькам беседки.
— Неужели я что-то упустила? — смотря вслед брату, с тоской и тревогой задала я вопрос в пустоту. — Надеюсь, все обойдется.
А через неделю империя объявила нашему королевству войну...
—
