выходим на петляющую мощеную тропу. «Ред-Берч» – третье здание от «Сикомор». Мы проходим «Черри-Блоссом» и «Силвер-Пайн», и я открываю перед Кристал дверь в наше маленькое лобби.
– Пришли, – говорю я, направляясь к лестнице.
– Ого, а ты не шутила. Вы правда соседи.
– О да.
– Ты, я смотрю, прямо в восторге.
– Не люблю хоккеистов, – бормочу я.
Ну, может, это не совсем правда. Моя лучшая подруга – хоккеистка.
И ее муж тоже, а он мне нравится.
И Беккетт.
И Уилл.
Хм. Стало быть, мне просто не нравится Шейн. Что ж, каждый день новости.
Мы поднимаемся на самый верх. Я подхожу к своей двери с маленькой серебристой табличкой «2А». Кристал я указываю на 2Б.
– Тебе туда.
– Спасибо.
Я вхожу в квартиру и закрываю за собой дверь. Из коридора доносятся голоса и раскатистый смех Шейна. Потом дверь закрывается с тихим щелчком.
В кухне я отправляю Джиджи сообщение.
Я: Какой у Шейна номер? Мне очень надо.
Я завариваю себе травяной чай и болтаю со Скипом, нарезающим круги по аквариуму. Остаток вечера я планирую отдыхать и смотреть по «Ти-Эр-Эн» реалити-шоу, которым я просто одержима. Сегодня специальный выпуск, встреча с участниками, и я с нетерпением жду, кто же в этом сезоне будет жить на знаменитой фазенде.
Я поудобнее устраиваюсь на диване, когда звякает телефон.
Это снова Перси.
Перси: Я спрашиваю просто потому, что было бы здорово повидаться, поговорить о жизни. Я пойму, если ты не захочешь, но мы решили остаться друзьями, так что…
В конце он добавил пожимающий плечами смайлик.
Я подавляю вздох. Я и правда сказала ему, что мы могли бы остаться друзьями, но я ведь просто хотела смягчить удар. А теперь, если я возьму свои слова обратно, покажу себя настоящей стервой.
Я: Привет. Прости, что не ответила раньше. Была с Джиджи. Если хочешь посмотреть со мной реалити-шоу, можешь ненадолго зайти сегодня, но, предупреждаю, я собираюсь лечь пораньше. У меня завтра утренняя смена – завтрак.
Перси: Я на часик максимум. Скоро буду.
Я практически чувствую восторг, исходящий от каждого его слова. И вижу, с каким энтузиазмом он улыбается, когда меньше чем через двадцать минут открываю ему дверь.
– Как твои дела? – спрашиваю я, когда он входит.
– Хорошо. Я только что из «Мэлоуна» – встречался с риелтором.
– В половину девятого вечера?
– Ага, он встретился со мной после работы. Я же говорил, что мои домовладельцы продают дом? Так вот, агент по недвижимости пытается помочь мне найти другое место, но пока ничего нет. Мне конец.
Перси арендовал таунхаус в городе, но в Гастингсе помимо проблемы с работой имеется еще и проблема с жильем. Хотя «Брайар» всего в десяти минутах езды на машине, официально Гастингс – не университетский городок, а значит, не годится для проживания нескольких тысяч студентов. Городской совет Гастингса только в последние пару лет согласился разрешить строительство зданий больше трех этажей.
– О господи, тебе что, придется жить в общежитии для аспирантов? – сочувственно спрашиваю я.
Перси вздыхает и ерошит волосы. Волосы у него шикарные. Грива густых каштановых прядей, вечно немного спутанных, даже когда на улице нет ветра. Еще у него точеные скулы и бледная кожа – сочетание, придающее ему сходство с викторианским принцем. Он всегда казался мне старше своих лет, не только из-за разницы в возрасте. Я бы даже поверила, если бы мне сказали, что на самом деле он – бессмертное создание, которому уже несколько веков.
Перси со стоном скидывает лоферы и проходит за мной в гостиную.
– Я не могу жить в общежитии. Там есть неплохие комнаты на одного, но остались только те, что с общей ванной. Иисусе. Это же сплошной рассадник бактерий. Мне нужна собственная ванная, ты же знаешь.
– Я тебя не виню. Сама такая же.
Я предлагаю ему выпить чаю, и, пока чайник закипает, мы болтаем о его ситуации с жильем. Только когда мы усаживаемся на разных концах дивана, он спрашивает, как дела у меня.
– А как ты поживаешь? – Выходит у него неловко.
– Хорошо. Лето, похоже, будет занятое. – Я двумя руками сжимаю кружку. – Удержаться на двух работах будет непросто. Я работаю почти каждый день.
– Мне нравится твой подход к работе. Ты напоминаешь мне меня. Я, когда учился, работал на трех работах.
– Да, помню, ты говорил.
Мы потягиваем чай. Перси наблюдает за мной поверх кружки, и я знаю, что он хочет спросить что-то еще. Вероятно, не встречаюсь ли я с кем-нибудь. К счастью, этот порыв ему удается подавить.
– Ну что, готов? – Свободной рукой я хватаю с журнального столика пульт. – На следующей неделе начинается новый сезон «Интрижки или судьбы».
Он морщится.
– Поверить не могу, что ты заставила меня посмотреть целый сезон этой ерунды.
– Три выпуска, Персиваль. Ты посмотрел всего три.
– Это на три больше, чем надо. – Зеленые, как мох, глаза весело сверкают.
Ладно, может, все не так плохо. Может, у нас получится остаться друзьями.
Я включаю «Ти-Эр-Эн» и сворачиваюсь у подлокотника дивана. В руках у меня кружка с чаем, на экране – титры спецвыпуска шоу «Интрижка или судьба». Следующие тридцать минут мы с Перси смотрим шоу, перекидываясь парой слов насчет первых десяти участников этого сезона.
– Господи боже мой, это же Стивен Прайс! – восклицаю я.
– Кто? – непонимающе переспрашивает Перси.
– Футболист из НФЛ. Ну, бывший футболист. Несколько сезонов назад он получил травму, пытался вернуться, потом снова получил травму. Так что теперь он официально на пенсии.
– Господи. Я только магистерскую пытаюсь защитить, а тут парень – мой ровесник, и уже на пенсии, – иронично замечает Перси.
Я изучаю следующую конкурсантку. Зоуи – шикарная брюнетка с большими глазами и невероятными губами.
– Виолончелистка, – замечаю я, читая текст биографии на экране.
– Бедная девушка. Какого черта она делает в этом шоу?
– О господи. Так – вот он. Вот мой парень, – я ухмыляюсь, когда следующий участник садится на стул и представляется на камеру. – Вот за кого я буду болеть.
– Он называет себя «Тот самый Коннор», Диана. И речь у него как у мажора. – Каждое слово Перси практически сочится отвращением, и я смеюсь в ответ.
– Не суди радиодиджея по каверу, – с укоризной говорю я. – Готова поспорить, в глубине души он душка. Ой, погоди-ка. Мне пришло сообщение.
От Джиджи. Она прислала мне номер Шейна.
Джиджи: Пожалуйста, будь с ним поласковей. Он теперь практически мой зять.
Поласковей? Она что, не знакома со мной?
Я открываю новое сообщение и начинаю печатать. Мне почему-то кажется, что
