сто раз более мощное. – Он наблюдал за реакцией генерала. – Событие, способное уничтожить большую часть технологической инфраструктуры планеты.
Монтгомери не выглядел шокированным, что подтвердило подозрения Вайса о его осведомленности.
– Мои источники в военном командовании упоминали о чем-то подобном, – сказал генерал спокойно. – Но конкретных данных у меня не было.
– Теперь есть, – Вайс указал на проекцию. – Совет Безопасности ООН только что принял решение о создании специального органа – Совета Выживания, с широкими полномочиями по мобилизации глобальных ресурсов для подготовки к катастрофе.
– И вы в нем будете?
– Разумеется. Консорциум контролирует слишком много ключевых ресурсов, чтобы нас игнорировать. – Вайс наклонился вперед. – Но я не для этого вас пригласил, генерал. Мне интересно ваше мнение о стратегическом положении в случае реализации такого сценария.
Монтгомери сузил глаза.
– Вы имеете в виду, кто выйдет победителем из глобального коллапса?
– Если хотите так выразиться.
Генерал задумался на мгновение.
– При полном коллапсе электронной инфраструктуры преимущество получат те, кто контролирует изолированные, защищенные системы. Военные бункеры, подземные комплексы, космические станции… – Он сделал паузу. – И, конечно, лунная колония. "Селена" может стать самым ценным активом человечества.
Вайс кивнул, удовлетворенный тем, что их оценки совпадали.
– Совершенно верно. И кто, по-вашему, должен контролировать эти активы?
– Официально? Международные организации под эгидой ООН, – ответил Монтгомери с легкой усмешкой. – Но мы оба знаем, что в кризисной ситуации выживает не самый благородный, а самый подготовленный.
Вайс улыбнулся. Вот почему он выбрал генерала. Не обремененный излишними моральными сомнениями, Монтгомери был человеком действия и понимал реальную природу власти.
– Я пригласил вас, генерал, потому что считаю, что мы можем быть полезны друг другу. – Вайс встал и подошел к окну, откуда открывался вид на футуристический горизонт Нью-Шанхая. – Этот кризис представляет не только угрозу, но и возможность. Возможность… перестроить мир.
– Перестроить? – повторил Монтгомери. – Интересный выбор слова.
Вайс повернулся к нему.
– Взгляните на историю, генерал. Великие цивилизационные скачки часто происходили после катастроф. Чума в Европе привела к Ренессансу. Мировые войны двадцатого века – к беспрецедентному технологическому прогрессу. – Он сделал паузу. – Возможно, нынешний кризис – это шанс избавиться от… излишнего веса.
– Вы говорите о людях, – уточнил Монтгомери, не как вопрос, а как констатацию.
– Я говорю о неэффективности, – возразил Вайс. – Мир перенаселен, ресурсы истощаются, несмотря на все наши технологические достижения. Семь миллиардов людей, большинство из которых потребляют, не создавая ничего ценного. – Он вернулся к столу. – Что если катастрофа – это возможность сохранить лучшее в человечестве? Интеллектуальную элиту, инженеров, ученых – тех, кто действительно движет цивилизацию вперед?
Монтгомери внимательно слушал, его лицо оставалось непроницаемым.
– И как вы предлагаете это сделать?
– Избирательное распределение ресурсов, – ответил Вайс. – Консорциум контролирует ключевые технологии, необходимые для создания защищенной инфраструктуры. Официально мы будем сотрудничать с Советом Выживания над глобальными решениями. Но параллельно… мы создадим собственные убежища. Для избранных.
– А моя роль?
– Безопасность, генерал. Ваша военная экспертиза, ваши связи в вооруженных силах будут бесценны. Особенно когда начнется паника. – Вайс наклонился вперед. – И, что более важно, ваши люди в космической программе могут обеспечить нам доступ к лунной колонии.
Монтгомери поднял бровь.
– "Селена" находится под международной юрисдикцией. Доступ строго контролируется.
– Пока, – согласился Вайс. – Но в чрезвычайной ситуации правила меняются. Особенно если у нас будут свои люди на ключевых позициях.
Монтгомери обдумывал предложение. Как бывший командующий космическими войсками, он всегда считал, что военный контроль над космосом – единственный способ обеспечить безопасность. А теперь, с надвигающейся катастрофой, его стратегическая ценность многократно возрастала.
– Что вы предлагаете конкретно? – спросил он наконец.
Вайс улыбнулся.
– Альянс, генерал. Консорциум предоставит ресурсы и технологии. Вы обеспечите безопасность и стратегическое планирование. Вместе мы создадим убежища для интеллектуальной и генетической элиты человечества. – Он сделал паузу. – И когда пыль осядет, мы будем теми, кто определит направление восстановления цивилизации.
– А Совет Выживания? ООН?
– Они будут слишком заняты попытками спасти всех, – отмахнулся Вайс. – Благородная, но обреченная задача. Ресурсов просто недостаточно.
Монтгомери медленно кивнул.
– Ваше предложение… интригует меня. Но я должен быть уверен, что мои люди также будут включены в список "избранных".
– Разумеется, – согласился Вайс. – Ваши ключевые офицеры и их семьи будут в приоритете. На самом деле, я рассчитываю, что вы поможете с критериями отбора для военного персонала.
Монтгомери встал, принимая решение.
– В таком случае, господин президент, я думаю, у нас есть основа для сотрудничества. – Он протянул руку. – Хотя я предпочитаю называть это не "альянсом", а "стратегической необходимостью".
Вайс пожал его руку, удовлетворенный результатом встречи.
– Как скажете, генерал. Важно не название, а результат. – Он отключил защитный экран. – Я свяжусь с вами после первого заседания Совета Выживания. А пока, предлагаю начать составление списков приоритетного персонала и ресурсов.
Когда Монтгомери ушел, Вайс вернулся к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу. Миллионы людей, живущих своей обычной жизнью, не подозревающих о том, что их звезда готовится нанести удар, который может отбросить цивилизацию на столетия назад.
Но не всю цивилизацию, думал Вайс. Только ее лишние части. То, что останется, будет чище, эффективнее, рациональнее. Мир, созданный и управляемый интеллектуальной элитой, без бремени перенаселения и неэффективного распределения ресурсов.
Может быть, подумал он, эта катастрофа – именно то, что нужно человечеству. Очищающий огонь, из которого возродится новая, лучшая цивилизация.
Его размышления прервал сигнал коммуникатора.
– Господин президент, – раздался голос его ассистента, – вам сообщение от Совета Безопасности ООН. Первое заседание Совета Выживания назначено на завтра.
– Отлично, – ответил Вайс. – Подготовьте мою виртуальную переговорную комнату и запросите полный доступ к данным о солнечной аномалии.
Все начиналось, и Адриан Вайс был полон решимости использовать этот кризис по максимуму.
Глава 3: Мобилизация
Элайджа Хокинс стоял перед зеркалом в ванной своей служебной квартиры в ГЦСФ, пытаясь завязать галстук – задача, которую он обычно избегал, предпочитая повседневную одежду ученого. Но сегодня был не обычный день. Сегодня он выступал перед Советом Выживания – органом, созданным специально для противодействия угрозе, о которой он предупреждал месяцами.
– Проклятая штука, – пробормотал он, в третий раз распуская неровный узел.
– Позвольте мне, – голос Ситары Пател застал его врасплох. Она стояла в дверях ванной, уже одетая в элегантный темно-синий костюм, который идеально подчеркивал ее профессиональный статус.
Прежде чем Элайджа успел возразить, она подошла и ловко взялась за концы его галстука.
– Вы всегда так нервничаете перед публичными выступлениями? – спросила она, ее пальцы работали с впечатляющей эффективностью.
– Только когда речь идет о конце света, – ответил Элайджа, стараясь скрыть дискомфорт от близости другого человека.
Ситара слегка улыбнулась, затягивая узел.
– Не конец света.
