сейчас я просто хочу добраться домой и проверить, нет ли от него сообщений.
– Конечно, – доктор Чен слегка сжала ее плечо. – Держи меня в курсе, хорошо?
Серена кивнула и поспешила к выходу. На улице было странное оживление. Люди стояли группами, глядя на свои устройства или обсуждая что-то с озабоченными лицами. Общественный транспорт работал с перебоями, информационные голограммы на остановках мерцали и выдавали сообщения об ошибках.
Решив пройтись пешком, Серена направилась к своему дому в жилом комплексе для семей военных и гражданского персонала космической программы. По пути она пыталась связаться с матерью через свой имплант, но система работала с задержками и помехами.
Дома ее встретила непривычная тишина. Обычно автоматизированная система управления приветствовала ее, регулируя освещение и температуру под ее предпочтения. Сейчас же дом казался безжизненным, словно спящим.
– Мама? – позвала Серена, проходя в гостиную.
Ее мать, Грейс Ли, сидела перед экраном, отображающим новости. Она обернулась, услышав дочь, и Серена заметила тревогу в ее глазах, хотя мать пыталась это скрыть.
– Серена, ты вернулась. Как школа?
– Нормально. Сеть работала с перебоями. – Серена подошла ближе, глядя на экран. – Есть новости от папы?
Грейс кивнула, и напряжение в ее плечах немного ослабло.
– Да, слава богу. Получила сообщение около часа назад. "Кассандра" пережила пик шторма с минимальными повреждениями. Твой отец в порядке.
Серена выдохнула с облегчением.
– А что вообще происходит? Я слышала разговоры в школе о массовых отключениях энергии.
Грейс жестом указала на экран.
– Это самая мощная солнечная вспышка в современной истории. Она вывела из строя около трети глобальной спутниковой сети. Многие регионы лишились электричества. – Она помедлила. – Но самое тревожное – слухи о том, что это может быть только началом. Некоторые ученые предупреждают о возможности еще более сильных вспышек в ближайшие годы.
Серена нахмурилась, вспоминая свои недавние исследования для школьного проекта по астрономии.
– Это связано с солнечным циклом?
– Не совсем, – ответила Грейс. – Обычно солнечные циклы предсказуемы, но, похоже, в этот раз что-то не так. – Она отвернулась от экрана. – В любом случае, не стоит слишком беспокоиться. Власти заверяют, что ситуация под контролем.
Но что-то в голосе матери заставило Серену сомневаться в этих заверениях.
– Ты не выглядишь убежденной, – заметила она.
Грейс слабо улыбнулась.
– Ты слишком хорошо меня знаешь. – Она вздохнула. – Твой отец… В своем сообщении он был немногословен, но я почувствовала, что он обеспокоен. Сильнее, чем обычно.
Серена кивнула, понимая. За годы службы полковника Ли в космосе, семья научилась читать между строк его официальных сообщений, улавливая истинное значение за сдержанными формулировками.
– Он упомянул какого-то доктора Хокинса, – продолжила Грейс. – Физика, который, кажется, предсказал эту вспышку. И теперь они проводят какие-то особые измерения.
– Хокинс? – Серена активировала свой имплант, пытаясь найти информацию, но сеть по-прежнему работала нестабильно. – Никогда о нем не слышала.
– Я тоже, – Грейс встала. – Давай поужинаем. Из-за перебоев с электричеством многие рестораны закрыты, так что я приготовила настоящую еду.
Серена удивленно подняла брови.
– Ты готовила? Сама?
Грейс рассмеялась.
– Не смотри так шокированно. Я жила до того, как кулинарные синтезаторы стали обычным делом, знаешь ли.
Во время ужина Серена продолжала думать о ситуации, анализируя все, что ей было известно о солнечных вспышках и их влиянии на Землю. Как и ее отец, она обладала аналитическим умом и страстью к науке, особенно к биологии и экосистемам.
– Мама, – сказала она наконец, отложив вилку, – если эти слухи правдивы, если действительно грядут более сильные вспышки… что это будет означать для нас? Для всех?
Грейс помолчала, взвешивая, насколько откровенной следует быть с шестнадцатилетней дочерью. Но она всегда относилась к Серене как к равной, уважая ее интеллект и зрелость.
– Если вспышки будут достаточно сильными, – сказала она наконец, – они могут повредить энергетические сети, вывести из строя спутники, нарушить коммуникации. В худшем случае, значительная часть нашей технологической инфраструктуры может быть уничтожена.
– И мы вернемся в прошлое, – задумчиво произнесла Серена.
– В некотором смысле, – кивнула Грейс. – Но человечество адаптируется. Мы всегда это делали.
Позже вечером, когда мать уже ушла спать, Серена сидела в своей комнате, пытаясь использовать нестабильную сеть для поиска информации. Слабый свет экрана освещал ее сосредоточенное лицо, так похожее на лицо отца – те же пронзительные глаза, та же решимость.
Она нашла немного о докторе Элайдже Хокинсе. Физик, специализирующийся на гелиофизике, работает в Глобальном Центре Солнечной Физики в Швейцарии. Несколько научных публикаций о солнечных аномалиях, малоизвестных за пределами узкоспециализированного сообщества.
Но одна деталь привлекла ее внимание: пять лет назад жена Хокинса, тоже ученый, погибла во время исследовательской экспедиции, связанной с изучением солнечной активности. Статья была скупой на детали, но упоминала, что причиной стала "неожиданная радиационная буря".
Серена задумалась, есть ли связь между этой трагедией и нынешними предупреждениями Хокинса. Мотивация часто была ключом к пониманию действий людей, как часто говорил ее отец.
Внезапный сигнал прервал ее размышления – входящее сообщение высокого приоритета. От отца. Серена быстро открыла его.
"Серена, надеюсь, у вас с мамой все в порядке. Ситуация здесь стабилизируется. Станция понесла минимальные повреждения, все системы жизнеобеспечения функционируют нормально.
Но я связываюсь не только для того, чтобы сообщить о нашем состоянии. Мне нужна твоя помощь. Ты упоминала свой школьный проект по моделированию экосистем. Насколько продвинутой является ваша симуляция?
Я знаю, это странная просьба, но если возможно, проведи следующий эксперимент: смоделируй влияние длительного отключения электроэнергии (от одного до шести месяцев) на городскую экосистему. Особенно интересуют эффекты для систем производства продовольствия и водоснабжения.
Это чисто академический интерес, связанный с нашими текущими исследованиями. Отправь результаты, когда сможешь.
Люблю тебя и маму. Береги себя. Папа."
Серена перечитала сообщение несколько раз. "Чисто академический интерес"? Отец никогда раньше не интересовался ее биологическими проектами, предпочитая обсуждать физику и инженерное дело. И просьба была слишком конкретной, слишком срочной.
Он готовился к чему-то. Собирал информацию о возможных последствиях катастрофы, о которой еще не объявили публично.
Серена почувствовала холодок по спине. Если ее отец, один из самых уравновешенных и рациональных людей, которых она знала, начал готовиться к такому сценарию, значит, угроза была более чем реальной.
Она сделала глубокий вдох и начала настраивать свою симуляционную программу. Если она и могла чем-то помочь в этой ситуации, так это предоставлением точных данных. В конце концов, как часто говорил отец, в кризисе ключевую роль играет информация.
За окном небо все еще переливалось зеленым и пурпурным, но теперь эти цвета казались не столько красивыми, сколько зловещими. Предвестниками перемен, которые вскоре могли изменить мир до неузнаваемости.
