не удержалась и шепнула в ответ:
– Приду!
Он радостно улыбнулся, попрощался до вечера и ушел.
Весь день я не находила себе места. Я прекрасно понимала, что может ожидать меня наедине с любимым мужчиной посреди ночи в его комнате. Я хотела этого и я боялась этого. Но мне уже было семнадцать, почему бы и не решиться? Тем более, что у него, похоже, самые серьезные намерения.
Я снова достала перешитое платье, в котором ходила на свидание неделю назад и, нарядившись, села на кровати. Впереди был еще целый час. И я решилась. Плюнула на все приличия и пошла в комнату Вениамина прямо сейчас. Не могла я дальше сидеть на месте и ждать, просто с ума сходила от волнения.
В крыло общежития, где жил Вениамин, я пробиралась Тенью, то есть под покровом невидимости. Мне было очень страшно, что меня кто-нибудь застанет тут и, конечно, сразу же поймет, куда, к кому и зачем я иду. Я дошла до комнаты Вениамина, уже хотела стать видимой и постучать в его дверь, как услышала мужские голоса. Испугавшись, что меня увидит кто-нибудь посторонний, я не стала возвращать себе видимость, решив дождаться, когда Веня снова останется один. К счастью, дверь была приоткрыта и я могла видеть и слышать все происходящее, чтобы вовремя и правильно отреагировать.
– Ты что тут делаешь? – возмущался мой любимый, – Мы же договорились, что ты сегодня ночуешь у парней в соседней комнате. Я же жду кое-кого.
– Ты что, всерьез решил встречаться с этой замухрышкой Пумой? – удивленно спрашивал Веню его сосед Глеб. – Я еще понял бы, если бы это была Лиса. Роскошная девица!
– Вот именно! Только к Лисе той на кривой козе не подъедешь. Мозги запудрит и ни с чем оставит.
– Это да, не любит она тебя.
– Поэтому и хочу к ней подобраться поближе. А через кого еще к ней подобраться, как не через одну из ее лучших подруг. Не через Осу же. За ту Баев-младший голову оторвет.
– А то и еще чего не менее ценное, – хихикнул его сосед.
– Вот именно. А так я буду как бы ухаживать за ее соседкой, захаживать к ним в гости. Узнаю Лису получше.
– И как ты потом с ней сблизишься, если за Пумой ухаживать будешь?
– Придумаю что-нибудь. Например, с Пумой что-нибудь случится, мы будем утешать друг друга и…
– В смысле – случится? Ты чего это задумал?
– Да ничего я не задумал, – принялся оправдываться Вениамин. – Просто пока не знаю, там посмотрим. Но сейчас ко мне придет эта замухрышка и ты не должен мне мешать налаживать с ней отношения.
– В горизонтальной плоскости налаживать-то?
– Так если практически само в руки идет, кто ж откажется-то? – хихикнул Вениамин.
– Зря ты так, – покачал головой Глеб. – Ну да я тебе не указ. Раз уж девки сами к тебе в постель падают, то сами во всем и виноваты. Ладно, пошел я, учебник только возьму с собой.
И я на цыпочках проскользнула по коридору подальше от этой комнаты.
Глава 13. Пума
Я ввалилась в нашу комнату, еле сдерживая слезы. Девчонки сидела на своих кроватях и занимались своими делами: Лиса накладывала на лицо ночной крем, а Оса тренировалась читать книгу с помощью внутреннего зрения. Увидев меня, они подскочили и кинулись ко мне. Я упала в их объятья, уже не сдерживая слез.
– Пума! Пумочка, что случилось?
– Этот козел обидел тебя? Он что-то сделал? – это уже возмущенная Лиса готова бежать и убивать обидчика.
– Н-н-нет… Не успел.
И я все рассказала об услышанном разговоре. Девчонки были в шоке. Оса сказала:
– Я сейчас, – и вышла из комнаты.
Лиса, наверное, уже мчалась бы убивать Вениамина, если бы не ее нежелание сейчас оставлять меня одну. Я ревела у нее на плече:
– Лисонька, как же ты была права! И какая я была дура, что обижалась на тебя и не слушала. Я же совсем голову потеряла, ничего вокруг не видела и не слышала. И слушать не хотела.
– Да лучше бы я ошибалась! – возмущалась Лиса.
Она заварила какой-то успокаивающий чай и заставила меня его выпить. Вскоре вернулась Оса. Не одна, с Ромкой. Рома Баев был ее то ли парень, то ли друг. Я не совсем понимала их отношений. То есть, отношение Ромки к Осе как раз было понятно: он никого, кроме нее не видел, надышаться на нее не мог. А вот Оса, похоже, кроме как друга, его не воспринимала.
Я уже слегка успокоилась и когда Роман сел на стул и потребовал “Рассказывай все в подробностях”, уже смогла более-менее спокойно и обстоятельно все рассказать. Парень выглядел очень задумчивым. Немного подумав, он сказал:
– Официально мы ему, конечно, ничего предъявить не сможем. Не доказать, что у него был какой-то нехороший замысел. Но я с ним поговорю. По-мужски. Больше и близко его к себе не подпускай! Девчонки, проследите!
Девочки согласно кивнули. Да я и сама уже видеть этого мерзавца не хотела. Рома ушел, а подруги, напоив меня еще порцией успокаивающего чая, уложили спать. Лошадиная доза успокоительного подействовала. Я уснула крепко и до утра.
Подъем в Школе ранний, так что наутро мы все были, конечно, не выспавшиеся и разбитые. По идее, в воскресенье можно было с утра и поотсыпаться, но я привычно отправилась на пробежку. В моем психическом состоянии физические нагрузки мне были просто необходимы. Поэтому я, как всегда, обогнав неспешно пробегавшую привычным маршрутом Осу, обежала крепость несколько раз и влетела на полосу препятствий. Я лезла на стены, перебегала по узкой доске через ров с водой, проползала под колючей проволокой и мне становилось легче. Мозги прочищались от розового тумала последних недель, хотя осталась здоровая злость.
На завтраке в столовой Вениамина я увидела издалека. Фонарь под его глазом тоже было бы сложно не заметить. Девчонки тут же напряглись, прикрывая меня от него, но тот сделал вид, что незнаком с нами. А когда увидел Ромку, спешащего к нам с подносом с довольно обильным завтраком, вообще предпочел удалиться в противоположный угол зала.
– Что ты ему сделал? – удивленно спросила Романа Оса.
– Поговорил. По душам, – ответил Ромка, пряча сбитые кулаки. – Он ни к кому из вас больше и близко не подойдет.
Он и правда не подошел. Мало того, спустя несколько дней он покинул Школу. Поговаривали, что папочка пробил ему теплое местечко при мэре их города и Вениамин не стал заканчивать Школу, решив, что больше нет в
