религиозного песнопения и чата в WhatsApp – все это развивается во время мессы Крестного пути (лат. Via Crucis). Помимо пересечения разных дискурсов (религиозного, поэтического и разговорной речи) здесь происходит и стилистическое смешение «высокой» латыни с кампанским (беневентским) диалектом.
Метатекстовые дискурсивные маркеры смешиваются с интерперсональными, образуя «скопления» дискурсивных маркеров (cumuli, в терминологии [Bazzanella 2001]) и обозначая границы разных дискурсов, на которые разбит текст и которые включают сплетни о мужьях и соседях, голос автора текста и фрагменты католического церковного богослужения, воссоздающего основные моменты страданий крестного пути Иисуса Христа:
e poi iniziamo noi
scusate donne Bè chiedo perdono…
ma prego dite pure Donna Fortù!
tz mi potreste dire che ore sono?
Eh u sacc’ quist’ nun fenisc’ chiu…
infatti assì n’s mov’s fa nott
u sacc’ donna bè nun ne parlamm’!
ch’io ho detto a mio marito torn’alle ottto
sapit’, a casa mia nun digiunamm’ (В. В. Дзолло)
5. Коммуникативный фактор контекста основан на референтивной (коммуникативной) функции и выражается с помощью контекстуальных дискурсивных маркеров.
В отличие от характерной для обыденного языка референции, соотносящей высказывание с предметом во внеязыковой действительности, в поэтическом дискурсе мы имеем дело с автореференцией, которая выражается с помощью контекстуальных дискурсивных маркеров, пространственных и временных дейктиков (здесь, сейчас, этот, тот и т. п.). Эти единицы служат для отсылки к художественной коммуникативной ситуации и выражают отношение говорящего к параметрам коммуникативного акта в границах поэтического высказывания.
То, что касается специфики персонального дейксиса в поэзии, распространяется и на темпоральный и пространственный виды дейксиса. В современной поэзии они выступают в роли маркеров сдвига между разными режимами интерпретации, динамизируя дейктический центр. Они указывают на момент создания текста в онлайн-режиме, затем – в момент прочтения их адресатом, и далее – при транскодировании из виртуального в бумажный режим.
Такой дейктический сдвиг, происходящий между разными интерфейсами, часто встречается в «гибридных текстах» – постах в социальных сетях, опубликованных позже в бумажных изданиях. Например, посты Л. Рубинштейна (позже вышли в книге «Кладбище с вайфаем», 2020) часто начинаются с дейктической экспликации позиции наблюдателя (указательное поле origo, выраженное маркерами «здесь-сейчас-я»), которая смещается, дистанцируясь от читателя во времени и пространстве, вместе со сменой носителя:
Увидел тут фотографию, на которой изображена юная дева, в руках у которой самодельный плакат с надписью: «Хочу жить в СССР»; Вот, например, сегодня мимо меня прошли двое молоденьких полицейских, оживленно о чем-то беседующих; Время от времени – а теперь все чаще – возникает в разговорах известная идиома про «грабли».
В текстах-постах А. Скидана из книги «Лит.ра. Избранные ФБ-записи» (2022) дейктические маркеры получают разные формы выражения, например, функционируя как компоненты тегов (#теперькогдавмоейжизнипоявиласьэллендея), когда они участвуют в запуске механизма поиска по тегам в элементах информационных блоков, в блогах, форумах. Обычно в качестве таких компонентов тегируют полнозначные слова (человек, радость, город). В гибридных текстах Скидана эти дейктические маркеры регулярно выступают в качестве показателей дейктического сдвига, фиксируя «переменную» точку здесь-и-сейчас:
Только что прочел песню? Памятник в Дублине?.. Но теперь, когда в моей жизни появилась Эллендея, ничто не может помешать мне смотреть на памятник Молли Малоун в Дублине.
Таким образом, одним из основных механизмов, характерных для поэзии в новых медиа, является транскодирование, сопровождающееся акцентированием прагматических маркеров, которые индексируют сложные отношения субъекта высказывания с действительностью и языком. Транскодирование влияет на все коммуникативные параметры, что выражается с помощью прагматических маркеров, получающих новые функции в поэзии в новых медиа. Оно лежит в основе наблюдения субъекта за процедурами переформатирования поэтического языка и коммуникации из бумажного или аналогового формата – в цифровую среду и vice versa.
Глава 3
Интерфейсы новейшей поэзии
Смена коммуникативного хода и множественная адресация
§ 1. Поэзия в интернет-пространстве
В отношении поэзии, реализованной в интернет-пространстве, существует множество терминов, относящихся к смежным, хотя и не всегда тождественным явлениям. Так, например, под «киберпоэзией» (cyberpoetry) понимаются произведения, созданные при помощи компьютера (в том числе нейросетей), часто с интерактивным и мультимедийным компонентом (Е. А. Смердова; M. L. Ryan; K. Zervos). «Дигитальная поэзия» (digital poetry) – широкое понятие, обозначающее практику, которая продолжает традицию конкретной и визуальной поэзии и подразумевает использование компьютера для отображения стихотворения и взаимодействия с ним, а также включает в себя элементы гипертекста, компьютерной анимации, кодирования и голограмм (Э. Шмидт; Ph. Bootz; Johnston D. J.). Термин «постинтернет-поэзия» (post-internet poetry) означает, что новый формат поэзии не мог существовать до изобретения интернета (B. Sellers, K. Goldsmith).
Термин «сетевая поэзия» (как аналог Internet poetry, e-poetry, online poetry и т. д.) может употребляться в двух значениях: в широком смысле это все поэтические тексты, опубликованные в интернете и так или иначе задействующие специфику цифрового пространства (Ю. В. Бартош; N. Shakargy; F. Kraushaar). В узком понимании этого феномена выделяют любительский характер произведений, опубликованных на открытых платформах и не нуждающихся в признании профессионального сообщества (при этом их аудитория может быть достаточно широкой) (Е. В. Гусева; М. А. Кронгауз, К. А. Щукина). Подчеркнем, что все приведенные понятия не обладают унифицированным значением, и их интерпретация варьируется в различных исследованиях. В настоящей книге мы не используем указанные термины, так как в фокусе нашего внимания находится не столько канал реализации и сформированные им форматы, сколько лингвопрагматическая специфика новейшей поэзии, обусловленная новыми медиа.
Коротко обратимся к исследованиям, посвященным литературе в эпоху новых технологий. В книге «Cybertext: perspectives on ergodic literature» Э. Аарсет рассматривает эстетику и текстовую динамику цифровой литературы и ее разнообразных жанров, помещая ее в традицию «эргодической» литературы [Aarseth 1997]. Он заимствует этот термин из точных наук, чтобы описать динамическую структуру текстов, в процессе восприятия которых от читателя требуется выполнение определенных действий. Произведение формируется посредством читательской интеракции (последовательность фрагментов, развитие нарратива и т. д.). В период осмысления специфики нового пространства реализации художественного дискурса появился ряд альтернатив понятию «читатель»: «interactor» (M. Douglas; J. Murray), «wreader» (writer-reader) (G. Landow; A. Rau), «vuser» (viewer-user) (B. Seaman) и т. д. Такое разнообразие обозначений онлайн-читателя и его полифункциональность свидетельствуют о многокомпонентном устройстве адресации, что в большей степени проявлено в интернете.
Дж. Ди Росарио в книге Electronic Poetry (Understanding poetry in the Digital Environment) относит электронную поэзию к широкому спектру экспериментальных практик на границе форматов, задействующих возможности компьютерного интерфейса и доступных
