одаривает меня еще одной холодной улыбкой.
— Молодец, — она снимает левую туфлю и бросает ее на пол.
— Подожди! Разве я не могу выбирать?
— Нет, — она смеется. — Я думала, я здесь главная. А теперь поторопись, пока я не потеряла интерес.
Милая весенняя богиня, эта женщина заводит. Как будто меня ударили в зад кнутом для скота, я снова ускоряюсь, проводя кулаком по члену, который еще не полностью смягчился. На этот раз удовольствие более интенсивное. На грани боли, поскольку я не ждал между раундами. Но я могу это сделать. Я делал это раньше. Мой член меня не подводит. В конце концов, дни ожидания сотворили чудеса с моим выступлением. Несколько минут поглаживаний, и я уже кончаю снова. Я торжествующе смеюсь, когда вторая порция спермы проливается на пол к ее ногам.
— Хорошо, — Леди Мел снимает вторую туфлю.
Я тяжело дышу. Мое сердце учащенно бьется. Я почти не чувствовал оргазмов; я был так сосредоточен на ее реакции, на достижении своей цели.
На этот раз я не могу оставаться твердым. Я пытаюсь, но мой член не слушается. Я стону от разочарования, когда леди Мел отступает, садится на диван и смотрит на меня. Она все еще полностью одета, за исключением туфель. Я думал, что вечер пройдет не так.
— Окажите мне небольшую помощь, Моя Леди.
Она задумывается.
— Какой помощи ты хочешь?
— Твой жакет? Твое платье? Рука помощи, — я трогательно указываю на свой упрямый член.
Она возражает.
— Нет. Сделка есть сделка. Я сказала, что сниму предмет одежды на каждый твой оргазм. Я ничего не говорила о какой-либо помощи. Тем не менее я чувствую себя великодушной, поскольку это наша первая встреча.
Я гадаю, что она имеет в виду, когда она откидывается немного назад и ее ноги раздвигаются. Подол юбки задирается и открывается вид. Я мельком вижу черные трусики.
Это все, что нужно. Мой член снова оживает, подстегиваемый ее улыбкой.
— Вот. Видишь? Ты прекрасно справляешься сам.
Похвала заводит меня, как ничто другое. Это потрясающе. Я привык, что девушки заискивают передо мной, но эта женщина несколькими словами сломила меня и превратила в своего раба. Я сжимаю член, который снова набухает, когда она шире раздвигает ноги и задирает подол своего платья.
О блядь.
Трусики кружевные, и если я прищурюсь, то почти вижу намек на симпатичную киску. Есть ли под тканью легкие завитки волос? Я не могу разобрать. Я двигаю рукой быстрее, кряхтя и потея, страстно желая взглянуть на нее поближе.
На этот раз, когда я кончаю, спермы не так уж много. Оргазм кажется слабее, менее удовлетворяющим.
Я реву от разочарования, когда она сбрасывает жакет с плеч и одергивает юбку.
— Продолжай.
Мой член обмяк. Я, пошатываясь, подхожу к ней и опускаюсь на колени.
— Пожалуйста, Моя Леди. Дай мне попробовать. Поверх трусиков. Я не буду смотреть, обещаю, — так близко к ней, запах, который я помню, проникает в мои ноздри, заставляя меня жаждать ее. Если бы я мог прикоснуться ртом к ее маленькой щелке, я знаю, что у меня снова встал бы.
Что-то мелькает на ее лице, но исчезает слишком быстро, чтобы я мог разобрать, что именно. В следующий момент она откидывается назад и задирает юбку до самой талии. Я больше не могу ждать.
Я зарываюсь лицом между ее бедер. Она ахает, когда мои рога раздвигают ее ноги. Я должен остановиться. Я знаю, что должен. Только я не могу. Все, что я могу сделать, это глубоко дышать и впитывать аромат, которого я жажду. Я трусь своим широким носом вверх и вниз по шву ее влагалища. Леди Мел сидит очень тихо, не шевелясь. Я едва слышу ее дыхание. В любой момент она может положить этому конец, и я останусь таким неудовлетворенным, несмотря на мои недавние оргазмы.
Невероятно, но мой член снова оживает. Он еще не затвердел полностью, но это движение вселяет в меня надежду.
Я ласкаю ее трусики, мой длинный толстый язык увлажняет ткань снаружи, желая, чтобы это была ее влажная плоть. Намек на ее сладость, пропитывающий ткань, слишком хорош, чтобы быть правдой. Гребаный рай.
Мел стонет и отталкивает меня, держась за оба рога. Я неохотно позволяю ей.
Однако это сделало свое дело. Мой член тверд и стоит по стойке смирно, как будто бедняжка еще не переутомился.
Она выглядит слегка раскрасневшейся, когда садится и поправляет юбку.
— Я жду.
Я хочу умолять ее сжалиться надо мной. Показать мне эту хорошенькую киску вместо того, чтобы снимать платье, как она, я знаю, сделает в следующий раз. Я не хочу. Я стискиваю зубы и заставляю свое тело сопротивляться оргазму. Удовольствие — лишь крошечный всплеск того, что могло бы быть.
Я фыркаю, дергаюсь, и дело сделано.
Я вздыхаю.
Моя Леди встает.
У меня слюнки текут, пока я жду, когда она поднимет платье. Она медленно, дюйм за дюймом, поднимает подол вверх по бедрам, обнажая всю эту бледную, идеальную кожу.
Затем она останавливается.
Вместо того, чтобы стянуть платье через голову, она зацепляет пальцами пояс своих трусиков.
Срань господня!
Пока я смотрю, она стягивает трусики, даже не показав мне свою киску, когда подол юбки возвращается на место. Затем она делает шаг вперед и кладет трусики в мою раскрытую ладонь. Я, моргая, смотрю на нее.
— Молодец. Ты произвел на меня впечатление. Поэтому я подумала, что сжалюсь над тобой и подарю тебе их сейчас. Разве это не то, чего ты хотел?
Чего я хотел? Чего я хочу, так это чтобы она поднесла свою сочную маленькую киску и села мне на лицо. Я хочу лизать и лизать, пока ей не придется ухватиться за мои рога, чтобы не упасть. Я не могу подобрать слов.
— У тебя еще остались силы?
Мне требуется мгновение, чтобы осмыслить то, что она сказала. Я опускаю взгляд на свой член. Бедняга выглядит так, словно только что пробежал марафон. Я качаю головой.
— Дайте мне двадцать минут, Моя Леди.
Она смотрит на свой телефон.
— Боюсь, это бронирование всего на час. Возможно, в следующий раз. Пожалуйста, оставь трусики себе. Я найду выход, — с этими словами она надевает туфли и берет сумочку.
У меня ничего нет. У меня даже нет голоса, чтобы позвать ее снова.
Что, черт возьми, здесь только что произошло? Я почти уверен, что меня трахнули, хотя она даже не прикоснулась ко мне. И я почти уверен, что мне это чертовски нравится.
Я, пошатываясь, бреду в спальню и со
