королевой мира.
Я должна быть осторожна. Вся эта история с доминированием явно может вызвать привыкание.

9
Джаррадек
Я заставляю уголки рта оставаться в прежнем положении — изогнутыми в улыбке, которой я не чувствую. У меня болят щеки, шея напряжена, а между рогами зарождается головная боль.
Сегодня вечером.
Мне нужно продержаться всего несколько часов, и тогда она позволит мне кончить.
Это, блядь, неестественно. Я из тех быков, кто кончает дважды в день.
Последняя неделя была особым адом. И все это мне приходилось терпеть во время предвыборной кампании. После каждого долгого, предельно долгого дня я даже не чувствовал, что могу пойти выпить или где-нибудь вкусно поужинать. Испугавшись того, что я могу натворить, когда столкнусь с искушением, я спрятался в своем пентхаусе, делал заказы на дом и, по сути, жил как отшельник.
Все для того, чтобы я мог доставить ей удовольствие.
Боже мой, я надеюсь, что она будет довольна мной, когда я увижу ее. Даже если она будет мучить меня так же, как на прошлой неделе. Даже это было бы блаженством по сравнению с тем, что я испытываю сейчас.
Когда я, наконец, добираюсь до представительского люкса в Вэст Булевард, горячий душ, который я принимаю, не расслабляет мои мышцы и не смывает зловоние необузданного желания, которое, я знаю, должно исходить из каждой поры.
Оставляя дверь незапертой, я проверяю, на месте ли надпись у меня на животе, затем опускаюсь на колени и жду.
Тихий стук в дверь через несколько минут заставляет мое сердце бешено колотиться, а член мгновенно становится полутвердым.
— Открыто.
Леди Мел толкает дверь. По крайней мере, я предполагаю, что это она. Она не говорит. Со своего места, с опущенной головой, я могу разглядеть только ее ноги, когда она входит в комнату. На ней те же черные туфли на каблуках, что и в тот вечер, когда мы впервые встретились. Когда она останавливается передо мной, я заставляю себя оставаться неподвижным, склонив голову.
— Кто сказал тебе встать на колени?
— Никто, Моя Леди. Это казалось правильным. Тебе это нравится?
Наступает долгая пауза.
Тревожная пауза.
Ее голос мягок, когда она отвечает.
— Мне нравится твое отношение. Но я думаю, что мне нравится больше, когда я могу хорошо видеть, какой ты большой и сильный.
Я виляю хвостом и выпячиваю грудь. Ей нравится моя сила.
— Тогда мне встать?
— Вообще-то, я думаю, тебе лучше сесть. На кровать.
Это заставляет мой член приподняться и обратить на себя внимание. Я спешу к кровати и сажусь, складывая руки на коленях. Это дает мне возможность оценить ее внешний вид, когда она пересекает комнату и направляется ко мне.
Она одета в тот же обтягивающий топ, который был на ней в ресторане. Тонкая талия подчеркнута, а грудь приподнята. Черные туфли почти бесшумно ступают по плюшевому ковру гостиничного номера.
Она такая красивая. Ее распущенные волосы ниспадают на плечи, а пухлые губы блестяще-розовые. Это более мягкий оттенок, чем ярко-красный, который я видел на ней раньше, и я думаю, он ей идет. Она может быть жесткой, но Леди Мел добрая. В этом я уверен. Сегодня вечером она будет добра ко мне.
— Снимай штаны. Вынимай член, — она улыбается мне, и я начинаю задаваться вопросом, не ошибаюсь ли я.
Я выскакиваю из штанов, мой член уже полностью встал от ее близости и моего вожделения к тому, что будет дальше.
— Пожалуйста, скажи, что я смогу посмотреть на тебя сегодня вечером. На всю тебя.
Ее улыбка становится шире.
— О да. Сегодня вечером ты можешь посмотреть. Тебе, возможно, даже разрешат прикоснуться, но ты не должен кончать.
Я уставился на нее. Она не может быть серьезной.
Но она серьезна. Вместо того, чтобы спорить, я закрываю глаза и делаю глубокий вдох через ноздри. Это только разжигает пламя. Ее запах повсюду, становится насыщеннее и слаще, пока она стоит там. Мой член пульсирует, и я наклоняюсь, чтобы поправить его.
Мел смеется.
— В прошлый раз ты сказал мне, что я не смогу больше доить тебя. Не волнуйся. Я слушала. Я всегда буду слушать. Сегодня я вообще не буду доить тебя. И если ты справишься очень, очень хорошо, то, возможно, сможешь доставить мне удовольствие.
Бляяядь!
Я сжимаю свой член в кулаке и начинаю качать, предполагая, что это то, чего она хочет.
Она останавливает меня.
— Не сегодня вечером, — затем, прежде чем я понимаю, что она делает, она оказывается на коленях между моих бедер. Я почти кончаю прямо в этот момент. Мел заменяет мою руку своей маленькой, мягкой, и я дрожу в ее ладони, пока она осматривает меня.
— Тебя действительно так приятно держать в руке, — она медленно поглаживает вниз, затем снова вверх.
Я хнычу.
— Так мило, — она делает это снова. Вскоре она увеличивает темп, пока это не превращается в непрерывную пытку. Ее маленькая ручка движется вдоль моего члена, и мой живот сжимается от удовольствия. — Это то, чего ты хотел в прошлый раз?
— Да! Нет. Я хотел увидеть тебя. Заставить тебя кончить, — Боже мой, что она делает со мной только одной рукой.
Она останавливается.
Я ахаю. Леди Мел отступает назад, прежде чем я успеваю сделать что-нибудь настолько глупое, как схватить ее, и начинает раздеваться. Корсетный топ расстегивается сзади. Она снимает его так же легко, как бабочка срывается с цветка, и роняет на пол. Я смотрю на две самые идеальные груди, которые я когда-либо видел. Они маленькие. Я мог бы поместить в рот целую грудь. Обхватить ее языком. Черт возьми, я хочу этого. У меня текут слюнки, когда она расстегивает молнию на юбке и выходит из нее тоже, оставляя ее обнаженной.
Обнаженная!
Неудивительно, что ее запах повсюду. Ее киска голая и гладкая прямо передо мной. Звук, который исходит от меня, — это не слово. Это гортанный стон. Необузданная потребность.
Леди Мел поднимает ту же нежную руку, которой она мучила меня, и жестикулирует.
— Ложись на спину.
Означает ли это то, на что я надеюсь?
Я заползаю обратно на кровать, отодвигая подушки, чтобы они не мешали моим рогам. Мой член гордо торчит, ожидая ее. Страстно желая.
Леди Мел забирается на меня, но вместо того, чтобы сделать то, на что я надеялся, она опускается мне на грудь. Я вынужден терпеть, что эта сочная пизда так близка и к моему члену, и к моему рту, но ни на том, ни на
