такой портал… Это… это вообще возможно⁈ — Волконский смотрел на меня так, будто перед ним стояло само божество.
Я снисходительно усмехнулся:
— Для кого-то — невозможно. Для меня — вопрос времени.
— Как ты это сделал⁈ — Голицын подпрыгнул еще раз.
— Тайна мастерства, — таинственно ответил я.
— А-а-а, ну конечно, — простонал Зубов. — Всегда так!
— Ну мы-то когда-нибудь тоже так сможем? — с надеждой спросил Волконский.
Я многозначительно посмотрел на них.
— Возможно… когда-нибудь… в следующей жизни.
— Вот же ж… — Голицын застонал, но тут же снова засиял. — Нет, все равно! Ты невероятен, учитель!
— Не спорю, — сдержанно кивнул я.
Видимо, на этом можно было заканчивать. Я поднял руку, призывая к тишине:
— Друзья, соратники, благодарю вас за теплые слова, — я сделал паузу, наслаждаясь вниманием. — Все награды принимаю, все комплименты записываю, но, боюсь, мое присутствие здесь более не требуется.
— Морозов… — Краев предостерегающе нахмурился.
— Всем спасибо, до свидания, — не обращая на него внимания, я развернулся и направился в сторону поместья.
За спиной раздавались приглушенные обсуждения, кто-то тихо выругался, кто-то восхищенно вздохнул…
А я был доволен. Отличный был вечер.
Подъезжая к поместью, я ощутил, как усталость навалилась с новой силой. После такого дня неудивительно. Едва переступив порог, я прямиком направился в свои покои, предвкушая, как рухну на кровать и забудусь в заслуженном сне.
Но стоило мне только дойти до кровати, как в голове щелкнуло: я ведь так и не решил вопрос с заказом.
С тяжким вздохом я сел на край постели и набрал номер, с которого мне звонил представитель черного рынка. Ожидаемо, телефон был выключен.
— Ну конечно, — проворчал я. — А как мне тогда с ним связаться?..
Ответ пришел быстрее, чем я ожидал: телефон в руке завибрировал, принимая входящий вызов с незнакомого номера.
— Алло?
— Ну здравствуй, — в трубке раздался ровный голос.
— Коля, — я кивнул сам себе.
— Он самый.
— Как дела с моим заказом?
— В процессе. Примерно неделя, плюс-минус. Если нужно быстрее — это возможно, но потребуется дополнительная оплата.
— Неделя меня устраивает, — отмахнулся я. — Торопиться некуда.
— Как скажешь.
Я чуть прищурился:
— Кстати, как мне с тобой связываться?
Коля коротко усмехнулся.
— Ты только что сделал это.
Интересный метод. Я не удивлюсь, если он сам решает, когда доступен для общения.
— Ладно. Тогда жду новостей.
— Они будут, — заверил он. — Ах да… Когда прибудет груз, не удивляйся.
Я усмехнулся:
— Это угроза?
— Скорее предупреждение, — с тем же ровным тоном ответил Коля. — О способе оплаты тебе скажет курьер.
— Прекрасно, — лениво протянул я. — Тогда до связи.
— До связи.
Связь прервалась.
Я посмотрел на телефон, затем на кровать, на секунду задумавшись, не проверить ли еще что-нибудь. Но усталость взяла верх.
Проблемы завтрашнего дня пусть остаются завтрашними.
Я проснулся неожиданно поздно — солнце уже пробивалось сквозь плотные шторы, обещая спокойный день. И что самое удивительное, впервые за долгое время у меня действительно не было срочных дел. Конечно, наверняка нашлись бы какие-то мелочи, которые следовало бы сделать… но откровенно говоря, мне не хотелось.
Поэтому я решил потратить день на что-нибудь неторопливое. Например, проверить, как идут дела в поместье.
Приведя себя в порядок, я неспешно вышел из спальни и направился вниз. На лестнице заметил Марфу, мою горничную. Девушка замешкалась, наткнувшись на мой взгляд, густо покраснела и, низко опустив голову, поспешила скрыться за ближайшей дверью.
Я мысленно пожал плечами. Ну да ладно.
Спускаясь в столовую, я предвкушал завтрак, и, как оказалось, не зря. Настасья сегодня особенно расстаралась. Впрочем, она всегда готовила превосходно, но на этот раз аромат еды буквально окутал меня, заставляя забыть обо всем на свете.
Завтрак я принимал в одиночестве. Матвей Семенович все еще возился с бумагами рода — человек он был педантичный, и бумажная волокита, похоже, доставляла ему странное удовольствие. Григорий о чем-то беседовал со строителями, периодически жестикулируя. Видимо, обсуждали ремонт поместья. Нянька в последнее время почти не выходила из своей комнаты…
Я взял чашку с чаем, откинулся на спинку стула и позволил себе на мгновение расслабиться. Сегодня я никуда не торопился.
Закончив с едой, я встал из-за стола и направился к Григорию. Раз уж я решил проверить дела в поместье, то стоит начать с самого очевидного — ремонта.
Еще подходя к дворецкому, я услышал его напряженный разговор со строителями. Григорий говорил строго, но без злобы, с нотками усталости, а вот его собеседник явно не был в восторге от беседы.
— Вот тут, например, — голос дворецкого был полон укоризны, — штукатурка уже начала отходить. Дождь пройдет — и все начнет крошиться.
— Да все нормально там! — возмутился бригадир. — Это же временно!
— Временная штукатурка? Интересный подход, — ехидно заметил Григорий. — А тут что? Балка неровно встала, смещение почти на два пальца.
— Да это ж не страшно! — буркнул строитель. — Кто это вообще проверял?
— Специалист, — ледяным тоном ответил дворецкий. — Которого я сам нанял. И который нашел еще вот это…
Он жестом указал на список. В нем значилось немало «приятных» сюрпризов:
— Неаккуратно проложенные трубы, из-за чего в будущем возможны протечки. Одна из дверных рам скособочена, и дверь в нее не входит нормально. Каменная кладка на заднем крыльце имеет трещины, что явно не сулит ничего хорошего. Доски на складе закреплены кое-как, могут начать шататься от любого сквозняка.
— Слушайте, ну мы же договаривались, что все будет в рамках бюджета! — раздраженно воскликнул бригадир.
— В рамках бюджета, но качественно, — вмешался я, делая шаг вперед.
Строитель вздрогнул, но быстро взял себя в руки.
— Барон… Мы же честно работаем, а эти недочеты… ну, мелочи же!
— Мелочи? — я усмехнулся. — Хорошо. Давай договоримся: ты переделываешь все некачественные работы за свой счет. И вдобавок мы получаем скидку.
— Скидку⁈
— Ну конечно, скидку, — развел я руками. — Ведь если ты так уверен, что все нормально, значит, тебе не составит труда все переделать быстро и качественно?
— Да это… — он запнулся, осознавая, что в любом случае ему придется уступить. В конце концов, спорить с заказчиком, особенно когда этот заказчик — аристократ, да
