мечом наготове. Его мундир был в пыли, а лицо напоминало помидор, забытый на сковородке. За ним собралась целая армия: дула танков были направлены в сторону портала, боевые маги в специальных костюмах держали заклинания наготове, бравые вояки нервно поглаживали стволы автоматов.
Я усмехнулся, и портал за моей спиной громко схлопнулся, оставив после себя запах горелой резины и… ванили? Плюм отрыгнул синим дымком и сдулся обратно в белое облачко.
Руку обожгло, и я перевел взгляд на свой перстень на среднем пальце. Кольцо задрожало, а затем щелкнуло, и на пластине появилась руническая пятерка с изображением кинжала. Теперь никто из Кликов не посмеет назвать меня новичком…
Глава 4
* * *
Краев стоял, скрестив руки на груди, наблюдая, как Лев Морозов, с его вечной самоуверенной ухмылкой, уверенным шагом направился прямо в портал.
— Морозов, стой! — попытался остановить его Виктор, но даже он понимал, что слова были бессмысленны.
Этот человек не слушал никого. Абсолютно. И сейчас он делал то, что считал нужным, совершенно не заботясь о здравом смысле или общей стратегии.
Толпа вокруг пришла в движение. Кто-то негодовал, кто-то с восхищением шептался, а трое молодых аристократов, видимо, решив не отставать в эпичности, рванули за ним следом.
И… не смогли.
Они просто врезались в невидимую стену, словно портал захлопнулся перед их носами. Один из дворян — чересчур резвый — с размаху влетел в преграду и свалился на землю, потирая ушибленный лоб.
— Что за чертовщина⁈ — раздался чей-то возмущенный голос.
Краев нахмурился. Это было странно. Даже слишком.
Однако недоумение всех собравшихся достигло пика через несколько секунд, когда… Морозов вернулся!
Он просто шагнул обратно, как ни в чем не бывало. Живой. Невредимый. Даже не потрепанный.
В лагере воцарилась гробовая тишина.
— Это… Как? — кто-то ошарашенно уставился на него, будто тот был пришельцем.
Но на этом все не закончилось. О нет. Этот наглый щегол… снова зашел внутрь, вернее залетел… Он будто бы оседлал неведомого зверя и оправился в полет! Краев потер переносицу.
— Он что, издевается?
Офицеры и аристократы вокруг замерли в ступоре. Никто не знал, как реагировать. Воины, которым Морозов уже показал свою мощь, смотрели на происходящее с выражением «да что вообще тут творится?». Все заслуги по защите города начинали меркнуть по сравнению с выкрутасами, которые он проворачивал.
Однако на этот раз он не вернулся. Минуты шли, но его не было.
— Может, он… не смог? — раздался чей-то тихий голос.
Краев молчал. Хотелось бы сказать, что его не волновало, что случилось с Морозовым, но он понимал: если этот человек действительно не вернется, это будет потерей… нет, катастрофой.
Прошло еще больше времени. И вот, когда все уже начали думать, что портал навсегда забрал этого безрассудного артефактора… что-то изменилось.
Магическая структура разом содрогнулась, вспыхнув ярким светом. И в этот момент Лев Морозов вышел обратно. Но это было еще не все.
Портал, этот огромный, ужасающий разлом, начал сжиматься. Магия вокруг дрожала, словно кто-то насильно уничтожал саму суть этой аномалии.
И через несколько секунд… он исчез. Полностью. Все застыли. Никто не мог поверить своим глазам.
Краев был не из тех, кто легко поддавался эмоциям, но даже он в этот момент ощутил… ну, нечто похожее на шок.
Этот человек… один… закрыл портал такого уровня.
— Это невозможно, — тихо выдохнул кто-то рядом.
Но вот он стоял перед ними, абсолютно реальный, живой, с выражением лица, которое как бы намекало: «А вы в этом сомневались?».
Виктор Краев молча смотрел на него, понимая только одно. Мир после этого дня уже не будет прежним.
* * *
Я с удовольствием посмотрел на свое кольцо, на котором явно проявилось что-то новое. Отлично. Значит, даже само мироздание решило, что мои подвиги достойны повышения ранга. Хотя, честно говоря, мне и так было неплохо.
Тем временем ступор у окружающих начинал проходить. Кто-то шевельнулся, кто-то зашептался, а один особо эмоциональный вояка даже выдал солидную тираду, состоящую исключительно из мата. Приятно, когда твои деяния вызывают такую живую реакцию.
В любом случае, день я провел прекрасно. Но, пожалуй, уже пора отправляться домой, в поместье, налить себе чего-нибудь горячительного и расслабиться. Забористого пойла серых варваров мне было мало.
Однако, как я и ожидал, меня никто так просто не отпустил.
Первым, как ни странно, в себя пришел Краев. Он шагнул ко мне, смерил взглядом, в котором явно боролись две противоположные эмоции, и выдал:
— Морозов… Вот что мне с тобой делать? С одной стороны, ты спас город. С другой — поступил настолько безрассудно, что хочется тебя как минимум выпороть.
Я усмехнулся.
— Так выбери что-нибудь одно.
— Вот в том-то и дело, что не могу, — он тяжело выдохнул, проведя рукой по лицу. — Пожалуй, ограничусь тем, что представлю тебя к награде.
— Как угодно, — флегматично отозвался я.
И тут ко мне подошел еще один человек.
Этот был мне не знаком, но выглядел он солидно. Форма, суровый взгляд и повадки вояки. Определенно, представитель военных. В отличие от Краева, он не стал устраивать долгие нравоучения. Эти ребята были простыми: что в голове, то и на языке.
— Морозов, — произнес он, глядя на меня с уважением. — Спасибо. Ты избавил Севастополь от огромной угрозы.
Просто. Четко. Без лишних слов. Вот этот мужик мне понравился.
Не успел я толком насладиться признанием военных, как ко мне стремительно направилась Лиза Ефремова.
— Морозов, ты безумец! — выпалила она, сверкая глазами.
— Спасибо, я стараюсь, — галантно поклонился я.
Лиза закатила глаза, но в голосе уже не было прежней резкости.
— В одиночку войти в портал, откуда валили монстры⁈ Да даже самые отчаянные из военных не решились бы на такое!
— Ну, видишь ли, Лиза… — я выдержал театральную паузу. — Они не я.
Она раздраженно вздохнула, но во взгляде промелькнула тень беспокойства.
— Просто… В следующий раз думай головой, прежде чем лезть в смертельную авантюру.
— Конечно, конечно, — заверил я ее самым честным голосом.
— Ты врешь.
— Возможно.
Она недовольно сжала губы, но спорить не стала.
Зато тут же, словно стая возбужденных воронят, ко мне подскочили Дмитрий Зубов, Павел Голицын и Алексей Волконский.
— Учитель! — радостно выпалил Зубов. — Это было нечто!
— Настоящий подвиг! — Голицын аж подпрыгивал от возбуждения.
— Ты в одиночку закрыл
