Читаем без скачивания Пацаны и пацанки - Евгений Бузни

Катя прекрасно знала этот совет, но техника её ещё ни разу не подводила, и она расслабилась. Разговор в больнице был для неё настолько интересным, что она едва успевала поворачивать диктофон, направляя его на говорящих, и совсем забыла проверить его работу.

Встревоженная плачем дочери, мать вошла в её комнату, спрашивая:

– Что случилось, Катюша?

Продолжая всхлипывать, она объяснила.

– Этот Володя просто необыкновенный. Он такой серьёзный, такой умный. Я таких никогда не видела. Что я теперь ему скажу? Они рассчитывают на меня, а я? Такое большое дело закрутили.

– Дочка, зачем ты убиваешься? Ничего страшного. Во-первых, главное не то, что будет опубликовано, а то, что эти ребята что-то делают. Во-вторых, попробуй сейчас же написать всё, что помнишь. Ты мне очень интересно рассказала. Так и напиши. А о деталях переспросишь по телефону.

Слёзы на глазах девушки высохли. Она посмотрела на мать большими удивлёнными глазами.

– Как ты права, мама. Мне же не обязательно цитировать. Основное я всё помню. А имена сейчас узнаю. Ещё нет девяти, Володя, наверное, не спит, так что можно звонить. У меня есть номер его мобильника.

Трубка домашнего телефона снята, номер набран. Издалека донёсся голос Володи, и Катя сразу представила его круглое лицо с торчащим вихром волос на голове. Спрашивая, она едва могла спрятать волнение в голосе:

– Добрый вечер, Володя, это Катя из «Московского комсомольца».

– Я узнал. Рад слышать.

– Правда? Я тоже рада. Я не разбудила?

– Нет-нет, слушаю, Катя. Есть проблемы?

Катя так хотелось снова говорить с Володей, что не успела заранее придумать, что говорить, потому сочиняла на ходу:

– Я села за ваш материал, но хочу уточнить имена, если не расслышу на диктофоне. Забыла записать, как обычно делаю. Как зовут девочку, которая в тебя влюблена?

– Это какая же? Мы все влюблены друг в друга. Мы учимся вместе с первого класса.

– Ну, та, что тебя всё время за руку держала и успокаивала, как мама.

– A-а, это Вика Белая.

– У неё волосы мне показались каштановыми.

– Волосы да, каштановые, а фамилия Белая. Её папа работает в министерстве культуры. Какой-то главный специалист. Я надеюсь, что он поможет Вике организовать поддержку нашему патрулю.

– Ага, поняла. Твоя мама с нею знакома?

– Катя, что за смешной вопрос? Мама всех знает в нашем классе. Половина ребят живут в нашем огромном доме. Мы часто собираемся вместе по праздникам. Мы как одна семья и потому любим друг друга. Но ты же не только о Вике хочешь узнать?

– Нет, конечно. Я просто подумала, что она самая… Впрочем, я поняла. А как зовут девушку в очках, что б я не перепутала?

– Это Таня Иванкина. Она отличница и очень педантична. Поэтому я предложил ей помогать Фёдору.

– А его как фамилия?

– Ты не поверишь, но у него спортивная фамилия Бегунов. Он вообще-то новый человек в нашем коллективе. Недавно поселился у нас в доме и пришёл в наш класс. Так что мы с ним по-настоящему ещё не подружились. Но постараемся сойтись с ним.

– Ну и как зовут полненькую девочку?

– Люда Звонкина. У неё мама дизайнер. А Люда сама прекрасно рисует.

Катя торопливо записывала всё в блокнот. Поблагодарив за информацию, сказала, что садится писать и потому желает скорейшего выздоровления и спокойной ночи.

В окно забрезжил рассвет, когда Катя закончила печатать свою статью. Даже когда пришёл дедушка, её не позвали, чтобы не отвлекать от работы. Впрочем, летние ночи коротки. Катя успела ещё и поспать, прежде чем мама разбудила её на завтрак. Протирая глаза и позёвывая, она, сделала наскоро гимнастику, умылась, распечатала статью на принтере, сунула её папе для прочтения и уселась за стол поглощать обязательную утреннюю кашу, наблюдая за реакцией отца, которую весьма трудно было рассмотреть пока он, молча, допивал свой кофе.

В столовую комнату вошёл дедушка.

– Доброе утро, дедуль. – Катя вскочила и обняла майора, одетого по-утреннему в домашний халат. – Нашли киберов?

– Не так это просто, внучка. К Вальдемару съездили, но по указанному адресу его не нашли. Адрес он, скорее всего, выдумал. Но найдём и его и дружков. Дело серьёзное. Вчера просто не успели. А когда твой герой поправится, проведём с бандитами очную ставку, и всё сразу определится. Киберы – народ заметный. Найдём.

Закончив чтение одновременно с последним глотком кофе, отец Кати качнул одобрительно головой:

– Как редактор, должен сказать, что написано грамотно. И название броское «Тимуровцы нашего времени». Тут ассоциация и с книгой Гайдара «Тимур и его команда», и с романом Лермонтова «Герой нашего времени». Мне думается, что это неплохо. Но как читатель, могу выразить удивление. Я полагал, что сегодняшнюю молодёжь уже не интересуют общественные проблемы. Это, можно сказать, для меня открытие, что есть такие молодые люди, которые хотят что-то делать, а не пить пиво и заколачивать бабки. У вас в школе, насколько я помню, никаких подобных идей не было.

– Ты прав, папа. Я сама была в шоке, когда слушала Володю. Это такой удивительный человек!

– Ты не влюбилась ли в него, малышка? Не помню, чтоб ты кого-нибудь так расхваливала. Даже в статье это чувствуется.

– Папа! – Катя возмущённо бросила чайную ложку на стол. – Он же ещё мальчишка. Как ты можешь так говорить?

– Шучу, малышка. Шучу. А ты чего ложку бросаешь? Не влюбилась и ладно. Чего волноваться-то?

– Кроме того, папа, у него полно влюблённых в него девочек. Они поддерживают все его идеи.

– И правильно. Пусть поддерживают.

Несколько иной разговор состоялся у Кати, когда она принесла статью в редакцию. Завотделом, не просто крупный, а массивный мужчина в возрасте, приближающемся к сорока годам, в футболке, обтягивающей широкую грудь, с трудом скрывающую внушительный живот, снисходительно взял протянутый Катей пластиковый файл, вынул вложенные в него листы бумаги и, глянув только на заголовок, насмешливо бросил:

– Только этого нам не хватало: рекламировать тимуровцев. Мы, слава богу, не в советское время живём. Совковая идеология давно в прошлом. Чего тебя дёрнуло?

Катя сжала зубы, сдерживая закипавший в ней гнев, и тихо попросила:

– Аркадий Феликсович, я очень прошу вас, прочитайте сначала статью, а потом скажите своё мнение. А то мы начнём спорить неизвестно о чём. Папа, например, одобрил.

– Ну ладно, ты меня папой не стращай, – примирительным тоном сказал Аркадий, которого все в редакции звали по имени, кроме практикантки Кати. Ему прекрасно было известно, что её отец главный редактор крупного издательства и хорошо знаком с главредом газеты. – Я ведь только о заголовке пока высказался. Мы его никогда не пропустим.

– Аркадий Феликсович, я всё же хочу, чтоб вы сначала прочитали то, что я написала. Не люблю спорить попусту.

Аркадий смолчал и углубился в чтение, время от времени подхмыкивая себе в нос. Дочитав до конца, резюмировал:

– Так, Катя, тема раскрыта. Учишься не зря. У главного героя вихор, как сама революция. Это ты мощно сказанула. Материал обсудим на редсовете. Вопрос не такой простой, как тебе кажется. Мы сами в газете используем молодёжные жаргоны, чтобы быть ближе к нашим читателям, а тут ты предлагаешь бороться с тем языком, которым живём. Это сегодняшняя реальность. Как можно против неё выступать? Нет, статья может вызвать большой шум. Не уверен, что это нам надо, но подумаем. А пока иди, отдыхай. Или сначала зайди в отдел писем. Почитай последние отзывы. И в интернете посмотри. Составь небольшой обзор корреспонденции.

– У меня к вам ещё просьба. – Катя сделала паузу, словно подбирая мысленно нужные слова. – Не могли бы мы выдать ребятам что-то вроде удостоверений в том, что они действуют от имени редакции? Это бы им очень помогло.

Грузное тело завотделом дёрнулось в кресле, выдавая неудовольствие.

– Ты во что меня втравливаешь? Очень сомневаюсь, что эта идея мальчишек кому-то вообще придётся по душе. В советское время да, это пошло бы на ура. Там все были зомбированы. А у нас сейчас свобода действий. Демократия. Понимаешь? За неё мы боролись. Но не будем сейчас разводить дискуссию. Разговор окончен. У меня и без тебя забот хватает.

Четверо Вика, Люда, Таня и Федя вышли из больницы, где оставили поправляться своего лидера Володю, и направились домой. Все жили в одном здании, но в разных подъездах. Люда и Вика были подругами, и пошли сразу к Вике домой поделиться своими девичьими тайнами и планами. Квартиры Тани и Фёдора были в разных подъездах, но Таня вдруг сказала:

– Федя, может, начнём заниматься сегодня, чтоб не терять времени? Можно пойти ко мне. Мои сегодня ещё на даче, никто мешать не будет.

Девушка сама от себя не ожидала такой смелости. Как-то само сорвалось с языка.

Фёдор пожал плечами:

– Пойдём. Только… Короче, я не помешаю?

– Коротко говоря, – с лёгкой иронией в голосе, сказала Таня, – ты не помешаешь, но давай, ты всё же будешь следить за собой и не говорить каждую минуту своё «короче». С этого и начнём наши занятия.